Гадание - вещь непредсказуемая!

POV Гермиона       Эх, что может быть лучше жасминового чая?       Все ученики нехотя шли в Большой Зал. На их лицах так и выделялась гримаса отчаяния, боли и страдания. Такое чувство, что они свои ночные кошмары увидели. Оу, нет, увидят. Контрольная по ЗОТИ будет интригующей, но я не уверена, что напишу отлично. Если я в своих силах не уверена, боюсь представить лицо Рона, который тоже смешался с живыми «мертвецами». Тьфу! Не дай Бог!  — Всем привет! — хмуро поздоровался Уизли. Я одарила рыжеволосого вопросительным взглядом, мол «Ничего не чувствуешь?». И, казалось бы, ответ был написан на лице, если бы не… — Ах, Лаванда, — мечтательно произнёс друг. Из неоткуда взялась туча и ударила своей молнией мне прямо в сердце. Это, конечно, метафора, но как же это больно осознавать. Моё сердце, кажется, разбито на мелкие кусочки, которые не склеить больше. Всё…утро испорчено!       Вокруг меня образовалась тёмная аура. Сидящие рядом, поняв, что происходит, нервно сглотнули. Убью…убью…убью!       Что может быть хуже, чем разрыв сердца? Нелегко понять Джинни, которая так и не может взглянуть в сторону Малфоя. Ей что, его поцелуй приснился, что ли? Ей то больше везёт, у неё не… Тот-Кого-Нельзя-Называть. Я в печали. А может, отправиться в туалет Плачущей Миртл? Неплохая идея, если честно.       Кстати, а что делать с Маховиком Времени? Выкинуть? Разобрать по частям? Отдать директору? Отправиться в прошлое? Последнее, несомненно точно, отпадает. И угораздило же меня вляпаться по самое «не хочу», но я реально не хочу, чтобы моим «суженным» был сам…кхем, ну, вы поняли. Ладно, я признаю его врагом, да ещё каким! Но я не могу понять: почему он?!       Это точно какое-то проклятье! Несомненно! Безупречная догадка! Или…кто-то надо мной жестоко пошутил? Уж лучше второе, чем первое.       Из мыслей меня вывел совиный галдёж. О, почту принесли! Много сов кружило над столами и учениками, которые с волнением выглядывали своих «почтальонов». Неожиданно что-то грохнулось по мою левую сторону к Рону Уизли. Я не удивлюсь, если это будет подарок от его матери. Налив в небольшой серебряный кубок яблочного сока, я, медленными глотками, начала пить.  — О, угадайте, кто мне прислал открытку! — обрадовался Рон. Впервые вижу такое счастье на его лице после того, как ему присылают посылки.  — Ну? И кто же это? — заинтригованно спросил Гарри. Рыжеволосый паренёк помедлил. Ну же, давай, нам всем интересно! Это лично мои мысли. Да и вообще, — реально интересно  — Лаванда Браун! — воскликнул он. Из-за такой неожиданности я поперхнулась. Я начала откашливаться в кулак. Джинни, к счастью рядом сидящая, помогла избавиться от этого дерьма.  — Спасибо, — поблагодарила я свою подругу, на что так, широко улыбнувшись, кивнула и продолжила свою трапезу. Хех, и где торжественные слова директора Дамблдора. Я бы так и оставалась на этой теме, если бы Рон не сказал:  — Гермиона, разве тебе ничего не принесли? — с неким удивлением спросил друг и захихикал. Ничего смешного нет. Не смейся! А он так и продолжал смеяться. С каждым разом, хохот становился всё громче и громче. Сердце треснуло по швам, раскололось, оставив лишь маленькую надежду на то, что Рон не утратил тёплых чувств ко мне.  — Рон, не надо, — настороженно провозгласил Гарри, смотря на меня. POV Автор  — Рон, не надо, — насторожившись, сказал брюнет, оглядев Гермиону. По её лицу было видно, что та и сама волнуется. Вокруг воцарилась темнейшая аура. Такое чувство, что Миона вот-вот освободит своих внутренних демонов, которые просто задушат тех, кого она так сильно ненавидит. Вот и Рон, к его несчастью, оказался в их числе. Да как он может смеяться над ней? Над своей девушкой и лучшей подругой! Слово «ненавижу» просто искрилось в её карих глазах. Не даром говорят: девушки страшны в гневе.       В один миг по всему Залу раздался звонкий шлепок и удар об пол серебряного кубка, из которого вытекал жёлтый напиток со вкусом яблока. Все сразу же замолчали и стали наблюдать за этой, пусть и трагичной, трогательной сценой. Это было то, о чём никто в «Хогвартсе» не мог подумать; Грейнджер дала пощёчину своему парню, бывшему парню, Рону Уизли.       Щеку парня покрыл красный отпечаток от ладони, заполонив всё веснушчатое пространство и часть глаза. На этот раз, нервы у шатенки не выдержали.  — Ублюдок, — прошипела она. — А я верила тебе! — сказала Гермиона и из её глаз потекли горькие, горячие слёзы. Они были прозрачны, словно хрусталь. Сказать, что Слизеринцы тоже были в шоке, — ничего не сказать. Они и сами-то всего толком и не поняли.       Шатенка вся в слезах выбежала из Зала, с огромной силой хлопнув дверью. С минуты на минуту стояла тишина, а после все стали тихо обсуждать поведение девушки и парня, который получил нехилую пощёчину. Некоторые презрительно косились на рыжеволосого парня, а некоторые просто расхотели с ним общаться. Такую девушку упустил! Да, заучку, но такую красивую, смелую, отважную и женственную.

***

      Гермиона неслась по коридору словно тайфун. Из-за этого, она чуть не врезалась в профессора зельеделья. Северус Снейп как всегда был угрюм, недоволен и зол. Да что с него взять; он и так декан «Слизерина». То и понятно, что он такой недружелюбный.  — Осторожнее, мисс Грейнджер, — прошипел учитель и, обойдя девушку, пошёл в сторону Большого Зала. Странно, он даже про завтрак и намёка не подал. Может, он сошёл с ума? Или, может быть, чей-то приказ? От таких мыслей у шатенки разболелась голова. Глупости! Снейп может и не был приятным человеком, но каждый же имеет право на изменение, любовь и счастье. Если вы, конечно, не Волан-де-Морт. От этого имени по коже Гермионы прошёлся табун мурашек. Брр, само имя пахнет и сулит смерть. Аж до костей холод страха доходит.

***

 — Плохо, — проговорила сама себе девушка, заходя в заброшенный женский туалет, где по слухам обитает Меланхольная*, Плачущая Миртл. Туалет действительно был заброшен. Хотя, по его виду такого и не скажешь. Миона прошла вглубь помещения. — Странно, здесь так свежо, — подумала она.       Вдруг из толчка белого унитаза показалась девчачья голова. Вода, которая находилась внутри, выплеснулась наружу и чуток затопила помещение. Гермиона вздрогнула. А как же? Представьте, идёте вы в туалет по важным делам, а из унитаза вылетает призрак.  — Хорошо, что не Василиск, — подумала девушка. Девочка в очках мило улыбнулась; нашла собеседницу по горю.  — А я вот гляжу на тебя и не могу унять…страх, — процедила приведение Миртл и чуть-чуть улыбнулась уголками губ. — Вот ты зачем сюда пришла? — спросила Плачущая и заметила, как на глазах у шатенки вновь образовались ручьи слёз. — Оу, понятно, — пропищала Миртл и подлетела к Гермиона. — Давай поплачем вместе?

***

      Прошло полтора часа. Довольно долго, не так ли? Всё-таки, Миртл хорошая девушка, пусть и мёртвая.  — Спасибо, Миртл, — улыбнулась Гермиона, стряхнув рукавом мантии последние слёзы. Брюнетка улыбнулась. Она была брюнеткой, но в виде приведения она прозрачно-голубая.  — Не за что, приходи ещё!.. — Миртл хотела ещё что-то сказать, но сделать этого не дал стук чего-то открывающегося. Обернувшись, девушки увидели, что раковины с зеркалами расходятся, а посреди них огромная, тёмная пустая дыра. — Ой-ой, Тайная Комната вновь открыта! — испугалась та и, заверещав, удалилась в толчок унитаза. Да уж, поддержала. Зато успокоила. И на том спасибо!       Гермиона немного помедлила, прежде чем посмотреть в низ. Оу, а оттуда несло мертвечиной, гнилью, плесенью и издавались какие-то непонятные, страшные звуки. «Хогвартс. Место, где всегда происходит какая-нибудь хрень!».  — Прыгай… — раздалось из той тёмной дыры. Шатенка вздрогнула и нервно сглотнула. Что это может быть? — Прыгай!.. — более уверено произнёс таинственный голос. Повторять ему больше не надо было, ведь девушка, поскользнувшись на воде из унитаза, полетела вниз, громко крича и закрывая глаза…

А ведь всем казалось, что с этим покончено!..