Мучитель

      А во сне Нура видела его. Как он смотрел в ее глаза. Его красивое тело. Его запах. Его голос. Вильям протянул руку, собираясь коснуться ее лица, но девушка ничего не почувствовала, выгибаясь ему на встречу и хмурясь, страстно желая, чтобы Магнуссон притронулся к ней. А сам парень ей улыбался. Или, наоборот, был зол на неё?.. Я накажу тебя… Тебе не понравится, — прозвучали его слова в голове у девушки. Она дёрнулась, захотела убежать, но что-то не пускало ее; Нура забилась, отчаянно пытаясь сдвинуться с места и громко дыша, но Вильям неумолимо приближался. — Раздевайся. — Твёрдо произнёс он, когда вдруг оказался вплотную к ней. — Что?.. — беззвучно спросила Сатре, испуганно глядя ему в глаза.       Тот молча встал перед ней на колени, расстегнул пуговичку на брюках и медленно спустил их в самый низ. Положил ладони на ее бёдра, оглаживая, а потом тихонько поцеловал над резинкой трусиков. Нура замерла, через несколько мгновений запуская обе руки в его волосы, а затем поняла, что теперь она и Вильям смотрят на себя со стороны: второй Магнуссон уселся на край кровати, подтаскивая вторую Сатре к себе и укладывая на свои колени лицом вниз. Он нежно погладил ее ягодицы, а затем принялся жёстко наказывать ладонью, вызывая у Нуры-копии слезы, а у настоящей — такой испуг и смятение, будто шлепали ее, а не двойника. Настоящий Вильям посмотрел на неё, хитро ухмыляясь и шагая к ней; внезапно сон закончился.       Первокурсница открыла глаза, часто дыша и вздрагивая. Что это было? Ее бёдра были плотно сжаты, а низ живота приятно сводило; всё тело было липким от пота — девушка нахмурилась и глубоко вдохнула, пытаясь отойти от этого странного происшествия. Очевидно, она возбудилась и смогла кончить во сне. Потому что Вильям наказывал ее там. От этой мысли Нуре стало настолько противно, что захотелось расплакаться. Прошло уже три дня с того момента, как она и Пенетратор были в его спальне, но картинки в голове все ещё всплывали, а тяжёлые сны мучали каждую ночь. Сатре ходила сама не своя, толи старательно пытаясь спрятаться от своего мучителя, толи страстно желая показаться ему на глаза. В любом случае, его не было в школе. Как и Криса, как и большинства Пенетраторов. — Эй, привет, солнышко, — ласково тронул ее за руку Эскильд, когда Нура вышла из своей комнаты. — И снова не в настроении, — удрученно цокнул языком рыжий. — Что же с тобой происходит в последнее время? — заботливо спросил он, но блондинка не пожелала принять дружелюбное отношение, слегка отталкивая от себя друга и направляясь в ванную. — Просто оставь меня, — мотнула головой она, а затем обернулась к соседу, — Эскильд, я не собираюсь говорить с тобой о своих проблемах, понимаешь? Просто… — У тебя что, температура?.. — прервал ее рыжий, шагая к ней и касаясь лба. — Эскильд! — возмущённо воскликнула Сатре, отмахиваясь. — Да ты горишь! — парень провёл рукой по щеке и шее подруги. — Ты вся мокрая и покрасневшая, тебе в школу нельзя, — заявил он. — Отстань, — девушка попыталась зайти в ванную, но Эскильд удержал ее за запястье, не пуская. — Эй, Линн, помоги мне! — загорланил он; из комнаты рыжей донёсся странный полустон-полувздох — парень закатил глаза. — Слушай, я в порядке, — вывернулась Нура, — мне просто нужно немного личного пространства, — хлопнув дверью перед носом друга, она скрылась из виду.

***

      В классе по норвежскому с утра было не очень шумно, когда Эва опустилась за парту рядом с белокурой подругой и улыбнулась ей. — Привет, — Нура слабо улыбнулась в ответ, обнимая Мун. — Я больше не выдержу, — мотнула головой та, доставая учебники. — А?.. — Этих секретов с тем, что Вильям давит на тебя. Ты сама не своя, Нура… Когда ты расскажешь девочкам об этой проблеме?       Блондинка помолчала, подпирая розовую щеку ладонью и тяжело вздыхая. — Я не знаю. Нужно с ними поговорить, наверное, — она прикрыла глаза, покусывая нижнюю губу. — Да, — кивнула Эва. — Мы все вместе сможем решить это.       Сатре задумалась, гадая, где сейчас Вильям и почему он вообще стал интересовать ее. — Сделала домашку по норвежскому?.. Нура! — дёрнула Мун подружку за рукав мягкого свитера. — Что?.. — с уставшим выражением лица переспросила та, медленно переводя взгляд с чистой школьной доски на Эву. — Боже, ты вообще спала? — грустно улыбнулась Мун и обняла подружку одной рукой. — Ты такая… никакая сегодня. — Брюнетка оглядела Нуру с ног до головы. — Точно, — просто согласилась та, кладя голову на руки и закрывая глаза. — Нет-нет-нет! — Эва заставила Сатре сесть ровно, доставая из ее рук сумку и открывая. — Что ты… — Помолчи… Вот она! — девушка выудила из глубины коричневой сумки красную помаду Нуры и заговорщицки закусила губу. — Иди ко мне, — приподняв голову не сопротивляющейся девочки за подбородок, брюнетка аккуратно накрасила ее губки этой самой яркой помадой, затем стерев большим пальцем лишнее и самодовольно подняв брови. — Ну, теперь Нура со мной, — спокойно вернулась Эва к повторению домашней работы, а блондинка с грустью подумала, что так всегда и происходит: она будет разбитой или самой счастливой, сонной или бодрой — погоду всегда сделает какая-то там помада.       Вильям был в ее мыслях все время: на уроках, по дороге домой и в школу, в ванной комнате, в постели. Воспоминание не хотело отпускать ее — оно давило на грудь нелегким грузом, потому что раньше никогда в жизни Нура никому не подчинялась, и уж тем более не подвергалась насилию. Слова не желали складываться в предложения, застревая в горле и мешая свободно разговаривать с подругами. Ей нужно было рассказать кому-нибудь.

***

— Вильде, где тебя носило вчера? И позавчера?.. — спросила у подруги Сана, когда девочки собрались пообедать на школьном дворе. — Нам с Крис пришлось самим болтать с «Пепси Макс» о спонсорстве и остальной ерунде — те ещё занозы. — Что?.. — приподняла бровки блондинка. — Ах, ну да, — отведя взгляд, кивнула Вильде. — У меня были… некоторые дела. — Некоторые дела?.. — насмешливо переспросила Эва, кусая свой сандвич. — С каких пор ты не рассказываешь нам обо всем?       Девушка глубоко вздохнула, сдерживая радостную улыбку и оглядывая подружек. — Боженьки… Пообещайте держать рты на замке! — возбужденно произнесла Вильде, теребя подол юбки в пухлых пальчиках. — Это насчёт Пенетраторов? — хмыкнула Сана: блондинка счастливо закивала. — О… только не говори, что… — Последние три дня у парней были репетиции, а я выследила их и смогла влиться в компанию! — прервав мусульманку, выпалила девушка.       Нура и Эва настороженно переглянулись, Крис расхохоталась, а Сана закатила глаза. — Зачем? — раздраженно спросила она, поправляя свой чёрный платок. — Их песня — просто невообразимая крутизна! — пропустила Вильде вопрос подруги мимо ушей, мечтательно накручивая прядь волос на палец. — Они не ходили в школу, потому что решали какие-то вопросы с другими парнями из «Якудзе»… Я думала, будет большая потасовка, но пока что всё довольно спокойно, — с горящими глазами сообщила она.       Нура нервно сцарапывала лак с полировки стола, не в силах слушать дальше. — Вильде, я… — вздохнув, проговорила она: подруги, давно ждущие, когда она заговорит с ними о происходящем с ней, разом устремили на неё взгляды. — Девочки, вы все должны кое-что узнать, — она запнулась и замолчала. — Что, Нура? — ласково спросила Крис, ободряюще кивнув ей. — Мне нужно поговорить с вами, — с трудом произнесла она, глядя в пол, — но не здесь. — Можем у меня, — сразу предложила Эва, — вечером. Матери не будет дома до выходных, так что… — Я могу! — тут же согласилась Вильде; Крис кивнула. — Конечно, — Сана погладила девочку по руке, — ты не обязана проходить через всё сама, через что бы ты не шла.       Сатре глубоко вдохнула и выдохнула, не позволяя себе заплакать. — Спасибо, — прошептала она, не глядя на подруг.

***

      Когда Нура, Сана, Крис, Вильде и Эва оказались дома у последней, на улице было уже почти совсем темно. — Я принесу чай, — улыбнулась Мун подругам, когда все удобно расположились на ее кровати, — Нура, ты мне не поможешь? — выразительно посмотрев на Сатре, спросила она.       Та приподняла брови, не двигаясь с места, но через несколько секунд, увидев серьезный взгляд брюнетки, вздохнула и поднялась. — Послушай, — разливая кипяток по цветным чашкам, проговорила Эва, посмотрев в глаза Нуре, усевшейся на высокий стул, — не занимайся сейчас политкорректностью ради Вильде, окей? — напрямую сказала она. — Но я… — Просто расскажи всё, — серьёзно оборвала Мун блондинку. — Она переживёт.       Сатре помолчала с минуту, подперев голову рукой. — Хорошо, — кивнула она. — Я скажу.       На часах было около семи. — Крис, твоя — с птичкой, — протягивая подругам чашки, Эва проследила взглядом за Нурой, которая устроилась рядом с Вильде, положив голову на ее плечо. — Спасибо, — засмеялась толстушка, — это как раз моё духовное животное.       Девочки засмеялись.       Отпивая из чашек горячий чай, все расслабленно замолчали, прижимаясь друг к другу. — Нура, — тихо позвала Сана. — Да?.. — через пару мгновений ответила та высоким голосом. — Что случилось?       Эва ободряюще кивнула блондинке; Сатре тихонько откашлялась, отставила чашку на тумбочку и ровно села, вдыхая и обводя взглядом подруг, останавливаясь на Вильде. — Вильям — нехороший человек. С ним никому не стоит связываться, — подрагивающим голосом начала она. — Поверь мне, Вильде, он не стоит тебя.       Брови последней поползли вверх. — Прости меня?.. — тонким голосом переспросила она. — Нура, он сделал что-то с тобой? — напрямую спросила Сана взволнованно; Крис напряжённо переводила взгляд с неё на блондинку. — Да. — Голос девочки сильно дрожал.       Кажется, она не помнила, в какой момент начала плакать, а в какой закончила изливать душу подругам, но знала точно — после этого ей очень полегчало. Сана заботливо поглаживала ее по спине, Эва утирала слезы и целовала в щеку, пока Крис что-то возмущённо бурчала; только Вильде сохраняла достаточно холодное выражение лица, поджимая губы и что-то интенсивно обдумывая. — Ты должна поговорить с ним, — Сана покачала головой. — Мы придём на помощь, если это не подействует, но он уже причинил тебе боль, — со злостью продолжила она. — Придётся сказать… — Как это возможно? — внезапно подала голос Вильде, прерывая мусульманку. — Что?.. — шмыгнув носом, переспросила Нура. — Как возможно то, что тебе не понравился секс с Вильямом? — недоуменно спросила блондинка. — Вильде, он изнасиловал Нуру, — раздраженно вставила Эва. — Я знаю, но… какая разница? — тихо проговорила она. — Это ведь Вильям, — удивлённо сказала девушка. — Ему можно делать это, разве… — Бред! — резко оборвала подругу Сана, мотая головой. — Ты нездорова? Никому, абсолютно никому не дозволено пользоваться телами других людей, причинять боль, Вильде! — Нужно бороться, — вмешалась Эва, — и мы поможем. — Решительно не понимаю, зачем, — пожала плечами Вильде. — Лучше подчинись ему, Нура, — посоветовала она. — Если он чего-то хочет — обязательно получает, — со вздохом грустно улыбнулась она.       Сатре устремила на неё взгляд, полный непонимания и раздражения. — И ты так просто говоришь об этом?! — воскликнула она. — Он ведь пользуется тобой, и… — И я никогда не сопротивляюсь, потому что это Вильям, — закивала блондинка. — Помолчи, Вильде, — бросила Сана, а затем повернулась к Нуре. — Ты поговоришь с ним. Завтра, послезавтра — тогда, когда вы встретитесь. И если это не поможет — нам придётся принять меры. — Я в деле, — согласилась Крис; Эва одобрительно замычала. — Спасибо, — слабо улыбнулась подругам Сатре, но в ее голове — где-то далеко и глубоко — появилась совсем новая и очень отличающаяся от остальных мысль: а что, если Вильде права?

***

      Тёплые объятия подруг, их добрые слова и готовность защищать ее освещали Нуру изнутри, когда она и девочки, распрощавшись на улице, разошлись по домам. Шагая по улице и считая высокие фонари, девушка грела руки в карманах. Нужно было спешить в уютную квартиру, где ее ждали в гостиной Эскильд и Линн, но ногам мешала навязчивая идея разговора с Вильямом. В голове уже прокручивались предложения, которые она скажет парню, выражение лица, с которым не позволит ему прикоснуться к ней. До его дома всего два квартала. Почему-то хотелось расправиться с этим прямо сейчас.       Нура остановилась на несколько секунд, глядя в сторону своего дома, а затем решительно развернулась и зашагала по дороге к месту, где столько всего пережила каких-то три дня назад. Ноги сами несли ее, по неизвестной причине первокурсница хорошо запомнила путь к дому Магнуссона. Потому что там случались вещи.       Мысли блондинки прервали мужские голоса, раздающиеся со стороны двора. Громкие и раздражённые мужские голоса. Нужно было остановиться, но Нура медленно шла на звук. Потому что там был голос Вильяма. Приближаясь к повороту, девушка ощущала, как от волнения сердце выпрыгивает из груди, а холодные пальцы немеют.       Невозможно было разобрать отдельных слов, но то, что увидела Нура, когда оказалась с другой стороны дома, говорило само за себя: трое незнакомых парней в темно-синих куртках издавали нечеловеческое рычание, отдавая друг другу команды. И все трое избивали Вильяма. Резко затормозив, девушка зажала рот руками, сдерживая крик. В этой неравной схватке Пенетратор не сдавал позиций, но трое парней явно перевешивали одного.       Нура замерла, быстро дыша и наблюдая, как двое с усилием удерживали Вильяма, а третий наносил удары. Нужно сделать что-нибудь. Сам крик сложился голове Сатре уже после того, как она, направляясь к дерущимся, открыла рот: — Вильям!       Тот молниеносно поднял голову, а через мгновение с силой лягнул замешкавшегося обидчика ногой в живот, одновременно давая локтем в ребра другому и ударяя в лицо третьего. Только один из них упал на землю, но остальные не поспешили вернуться к своему занятию, тоже заметив Нуру. — Ой-ой-ой, кто пришёл! — корчась от боли и потирая рёбра, выплюнул высокий блондин. — Магнуссон, это твоя маленькая подружка? — Алекс, разве мы посмеем обидеть Вильяма в присутствии ребёнка? — издевательски протянул низкорослый шатен крепкого телосложения.       Пенетратор загородил Нуру своей спиной, тяжело дыша и с ненавистью глядя на отступивших обидчиков. — Проваливайте, парни, — тихо и твёрдо произнёс он. — Как страшно! — противно рассмеялся Алекс, тем не менее не подходя. — Ладно, мы уйдём, — бросил третий из них. — В следующий раз твои люди должны быть готовы, Магнуссон.       Когда группа парней повернулась спиной, Нура медленно обошла Вильяма, останавливаясь вплотную напротив него. Он все ещё быстро дышал, глядя вслед своим обидчикам поверх головы блондинки. — Эй, — тихо позвала Сатре; Пенетратор явно не успокаивался. — Вильям, — Нура помедлила, а затем положила свою ладошку на часто поднимающуюся грудь парня, прикрытую только футболкой. — Дыши.       Магнуссон опустил голову, а затем посмотрел в глаза Нуры. На его скуле был синяк, на щеке и подбородке — глубокие царапины. Внезапно он положил обе свои ладони на небольшую ручку первокурсницы; та вздрогнула, опуская глаза и заправляя волосы за ухо. — Тебе нужно обработать травмы, — тихо проговорила она, чувствуя, как шарик внутри неё, наполненный злостью и обидой на Вильяма, стал немного меньше. — «Травмы», — криво усмехнулся тот. — Дома есть аптечка, — через несколько секунд сказал он.

***

      Они были в просторной кухне, освещаемой одной слабой лампой; Нура копошилась в коробке с лекарственными препаратами, пока Вильям сидел на кухонной тумбе, не отрывая взгляда от девушки.       Она поставила на поверхность рядом с ним всё необходимое и подняла на него глаза. — Я не достану до тебя вот так, — тихо проговорила она.       Пенетратор соскочил с тумбы, подошёл вплотную к Сатре и, легко приподняв над полом, усадил на столешницу, затем привычным движением раздвинул в стороны ее колени и встал между ними, оказываясь немного выше Нуры. — Кто эти парни? — спросила она, смачивая ватку перекисью и касаясь царапины.       Магнуссон поморщился, вдыхая. — Может, подуешь? — насмешливое попросил он. — Ты не дул, когда лишал меня девственности, — покачала головой девушка, стирая оставшуюся кровь с лица Вильяма. — Почему ты пришла сюда? — улыбнувшись, спросил он. — Я уже задала тебе вопрос, на который ты не ответил, — блондинка посмотрела ему в глаза. — Это были «Якудзе», — закатил глаза Пенетратор, — ты не знаешь, Нура, — снова поморщился он. — Я закончила — теперь ты не умрешь от заражения крови, — сделав вид, что ее не волнует последняя реплика парня, произнесла Сатре. — И даже в случае…       Внезапно Вильям наклонился и поцеловал её в губы. Нура почти задохнулась, чувствуя его горячее дыхание и сильные ладони на своей талии. У него был вкус сигарет и крови; Сатре вздрогнула, неосознанно запуская тонкие пальцы в его волосы. — Прошу, останься со мной на ночь, — пылко прошептал он ей в губы.       Прошу. Он впервые не приказал, а попросил, и это заставило девушку снова испугаться. — Я не переживу ещё одного изнасилования, — с болью произнесла Нура, инстинктивно возвращаясь к губам Вильяма и позволяя его языку проникнуть в ее рот. — Я не трону тебя сегодня, — покачал головой он.       Подхватив девушку под бёдра, Пенетратор осторожно снял ее со столешницы и отнёс в спальню. — Я рад, что ты пришла.       Нура опустила глаза, сидя на кровати и почему-то отчаянно краснея. Находиться с ним в спальне было страшно, но девушка успокаивала себя тем, что Магнуссон очень устал.       Вильям склонился над ней, запуская пальцы под края кофты; блондинка позволила ему снять эту одёжку, не поднимая взгляда. На изгибе ее шеи виднелось темно-красное пятнышко. — Прости за это, — прошептал парень, аккуратно прижимаясь к нему губами и нежно зализывая.       Когда оба оказались в нижнем белье, брюнет лёг рядом с Нурой. На белой коже ее бёдер отчётливо виднелись синяки от его пальцев. Не смотря на болезненно скривившуюся девочку, Вильям провёл по ним пальцами. Потом, накрыв их обоих одеялом, он прошептал ей на ушко: — Спасибо, что полечила меня.