Пятьдесят оттенков Бейбарсова

Болтливый сфинкс

      Для начала вспомним, что же произошло с Глебом после драконбольного матча в финале «Проклятия». Об этом рассказывает он сам в сцене у стрелочницы (цитата дана в сильном сокращении, оставлены только факты):        «— В тот день я упивался своим благородством и тем, как я вопиюще несчастен. Тогда я считал, что победил Тантала и покорил его зеркало. О том, что быстрые победы всегда лукавы, я как-то не подумал. Не прошло и двух дней, как ночью мое сердце остановилось. Я попытался вякнуть, что некромаг не может умереть, не передав дара, но оказалось, что это все большая лабуда. Едва я катапультировался, как обнаружил, что меня вообще-то уже ждут, причем, как это ни печально, совсем не златокрылая стража. В Тартаре мне, разумеется, не понравилось. Я стал рваться оттуда, бузить и вести себя громко. Но это, опять же, никого не удивило.       — А как ты вырвался из Тартара? — наивно спросила Таня. — Сбежал?       –Из Тартара не сбегают. Мне помогли сойти с электрички. Правда, ты не обрадуешься, когда узнаешь, какой билет с меня потребовали. Еще недавно я бы не сказал. Но теперь, после этого ранения, я понял, что провидение не на моей стороне и нет смысла отягчать наказание… Мой билет — ты! Лигул сказал, что согласен вернуть меня в мир живых при условии, что я приведу ему тебя. Я надеялся, что надую Лигула. Лигул поставил мне на скуле свою печать… нет, не смотри… А потом он вышвырнул меня. Через девять дней я отправлюсь прямым экспрессом в Тартар. А теперь, с этой раной, возможно, и быстрее. Теперь я могу сказать правду. Я не хотел отдавать тебя Лигулу! Я подумал, что, возможно, если Ванька умрет раньше, чем пройдет названный горбуном срок, то мне удастся освободиться от клятвы и подсунуть Лигулу его. В конце концов, мы связаны через зеркало Тантала. Ну, а я получу тебя! Я обрек Ваньку на смерть. Я заманил его к упырям, думая, что они прежде бросятся на его живую кровь! Подло — не подло, мне было плевать! „Раз я не могу прикончить его сам, пусть это сделают упыри!“ — рассуждал я. И что в результате? Ванька рисковал раз в десять больше, но все равно ранен я!».       Мы видим, что Гулеб силён как никогда: «Уже несколько минут личность Бейбарсова казалась ему раздвоенной. Будто их не двое было в комнате, а по меньшей мере трое. Причем третьей была не Таня, чье имя они так часто упоминали». Бейбарсов ведёт себя на редкость цинично: отправляется на нечестную дуэль с Ванькой, обещает Танин эйдос Лигулу. У некромага вдруг появляется слабость к брендовым шмоткам, что отвечает характеру тщеславного Буй-Борса («Глеб был одет с иголочки. Дорогие светлые туфли, не ведавшие соленой каши подмороженных улиц, черный костюм от Червелли и Гробано, белоснежная рубашка»). Почему? Что стало катализатором пробуждения двойника? Бейбарсов же смог уйти от Тани, почему вернулся?       Глеб действительно победил Тантала, но оказалось, что тот оставил ему прощальный подарочек. Суть произошедшего, пусть без технических подробностей, объяснила Лена: «Волк, проглотивший кобру, проглотит одновременно и весь ее яд. Некоторое время волк будет ощущать себя победителем, но после яд неминуемо утянет его в могилу! Ты сама видишь, что творится с Глебом? Разве это прежний Глеб?». Теперь Тантал не просто временный подселенец, а по-настоящему часть Глеба — и это намного хуже!       Важнейший фактор, не позволяющий Бейбарсову скатиться в беспросветный мрак, — Таня. Резкое неприятие Таней некромагических штучек вроде крови вепря, дуэлей и угроз остановить противнику сердце в какой-то мере удерживали Глеба от этого (например, в «Перстне»). Бейбарсов был уверен, что Гроттер — на сто процентов светлая, и ему надо хоть немножечко соответствовать. И тут в ходе экскурсии по Тартару Лигул показывает ему Таниных предков и кое-что объясняет по семью Гроттер. «-Таня не такая, какой кажется. Она не твоя! Я тоже думал про нее, как ты, но ошибался. Она ведьма! Поверь мне, потомственная! Ее прабабка раскапывала землю под виселицами, искала корни мандрагоры. Она же выкапывала трупы. А двоюродный дядя ее отца, Леопольда Гроттера? Знаешь, какое у него было прозвище? „Маг отравленное дыхание“. Ему приносили портрет человека. Он дышал на него, и человек умирал, не болея, внезапно и скоропостижно. Я видел их! Я говорил с ними. Они согласны с тем, что Таня должна принадлежать мне…». Мы видим, что Глеб отлично вписывается в компанию милых родственничков. «Свет и мрак раздирают ее изнутри на две почти равные половины. Недаром Чума-дель-Торт стремилась получить ее тело… Дело не только в тех силах, что Танька у нее забрала. Там это знают». Из этих рассказов он видит тёмную сторону Тани. А значит, и ему самому можно расслабиться в вопросах этики и морали.       В «Сфинксе» Глеб и не стремится увидеть Таню — они встречаются только в финале, в будке Галины Николаевны. У него отпадает потребность говорить с ней, общаться без немедленных попыток склонить к отношениям. Гулеб не дурак — он понимает, что такого Глеба Таня не оценит. А значит, и встречаться с ней бессмысленно — до тех пор, пока он не устранит Ваньку.       Как мы помним, в «Проклятии» Глеб смог победить Тантала не только любовью к Тане, но и с помощью «подпитки» светом от Валялкина. Но почему фокус перестал работать в «Сфинксе»? Дело, на мой взгляд, обстояло так. В «Проклятии» Ванька не знал о Зеркале почти ничего, следовательно, сопротивляться слиянию личностей не мог. В «Сфинксе» же он всё узнает и начинает напряжённую внутреннюю работу по изгнанию из себя Глеба: «Вот уже несколько месяцев, с тех пор, как Глебом было украдено зеркало Тантала, Ванька упорно сражался с самим собой. Каждый час, каждый миг он с упрямством выкорчевывал из себя Бейбарсова, пустившего в него физически ощущаемые корни. Сливаться с Глебом он не желал. Изредка он подходил к зеркалу, и ему чудилось, что и в лице его проявляется нечто чуждое, мертвенное, властное. Точно и не его это лицо, а чей-то чуждый дух отпечатался на нем». Не принимая его качеств, он не отдаёт ему своих — ещё один источник света для Глеба потерян.       Надо заметить, что мало эпизодов у Тани и Глеба, Тани и Ваньки — Гроттер вообще как-то в стороне от событий. Парни на дуэли дерутся, отношения выясняют, Глеб вообще в Тартар залетел, а Таня учится ратной магии, разгадывает загадки сфинкса, рефлексирует с Ягуном. Почему? Да потому, что к 14-й книге («Птицу титанов» я считаю 10-й) отношения любовного треугольника окончательно устоялись. Таня находится в эмоциональном ступоре после того, как увидела сходство Ваньки и Глеба (сначала природное, а потом уже усиленное Зеркалом). Развития отношений уже не будет — смысл вставлять эпизоды, в которых персонажи топчутся на месте?       Итак, Глеб приходит к моральному опустошению и кризису из-за полученных сил Тантала. Они дают слишком много власти, а Глеб к этому совершенно не готов — «Хочешь уничтожить самого хорошего человека — надели его всесилием» (Ленка).       Апогея его переживания достигают, когда он ранит себя обломком косы Аиды. Только в этот критический момент он позволяет себе написать письмо Тане. Она прилетает к Галине Николаевне, и происходит, пожалуй, их самый откровенный и важный разговор.       Эта сцена является переломной в судьбе некромага. Он отказывается от своих прежних убеждений в духе Раскольникова («необыкновенные люди имеют право совершать всяческие преступления и преступать закон» — у Достоевского; «Подло — не подло, мне было плевать!» — у Емца). Глеб расписывается в собственной подлости, недальновидности и самонадеянности.       Нельзя не заметить, как Глеба потряс Тартар («Там все ведут себя громко, ну пока у них есть какие-то силы. А так как силы дает только свет, а света там нет, то очень скоро они теряют все, что принесли с собой, и их серые тени носит по бесконечной пустыне, как повисшие в воздухе тряпки. Ну да это те, кто избежал особых мук», «Тартар мерзостен даже не тем, что там пламя и холод. Гораздо больше мучит то, что там нет любви, надежды и света. Казалось бы, плевать, да вот только совсем не плевать… Там плохо даже тому, кто считал, что он и живет злом, и дышит злом», «в Тартаре зло предоставлено самому себе и показано таким, какое оно есть. Без иллюзий»). Таня абсолютно верно замечает, что тот, кто побывал в Тартаре, никогда не будет прежним.       Итак, даже кратковременный визит привёл Глеба в сильнейшее нервное расстройство, а через девять дней ему придётся вернуться в Тартар навсегда. Ни о каком всесилии, власти (их он якобы получил с силами Тантала) речи быть не может. А тут ещё и Лигул неосознанно вгоняет ему шпильку: «Он сказал, что я ему особо не нужен, поскольку у него тут есть и более яркие злодеи». В общем, спесь с Глеба здорово сбили. Жестоко, конечно, но в итоге это пойдёт на пользу.       «Внезапно Таня поняла всю трагедию Глеба. Это был сильный, яркий и неординарный человек, наделенный множеством дарований, но, увы, лишенный простой и для многих врожденной способности говорить себе „нет“». «Таня ощутила острый укол жалости. Из жалости явилось понимание». Наконец, она понимает Глеба. Теперь он не сможет её испугать («Нельзя любить того, кого боишься» — «Локон»; в «Проклятии» у Тани сходные мысли были в день выпускного, когда Глеб закрыл люк на крышу). Итак, Тане оказано наивысшее со стороны Бейбарсова доверие — только перед ней он может позволить себе слёзы. И вот после этой сцены я вполне вижу Таню и Глеба вместе.       До «Сфинкса» Бейбарсов выполнял, скорее, роль Ванькиного антипода. У Ваньки — настоящая любовь, у Глеба — страсть и одержимость. До «Сфинкса» с Бейбарсовым Таня остаться никак не могла, так как это нарушило бы всю идею серии. После того, как Глеб смирится с потерей магии, со своим бессилием (по сравнению с некромагическим-то прошлым!) он вполне сможет любить Таню более глубоко, без пафоса и эгоизма. Лично я не отказалась бы от 15-й книги в исполнении Емца, в которой они наконец бы сошлись. Это было бы верно даже с педагогической точки зрения — любовь исправляет человека, и всё такое.       Итак, образ Глеба раскрыт автором очень даже логично. Завязка — «Колодец». («Птица титанов» — просто теоретическая база, в композицию сюжета я её не включаю). Развитие событий — «Локон». Затишье перед бурей — «Перстень». Максимальный накал страстей — «Проклятие» и «Сфинкс» (он же и заключение).       Напоследок вернёмся к вопросам, которые есть в описании. «Почему Таня и Глеб не вместе?». Это вполне обоснованно до «Сфинкса», но после него заявление Сарданапала, что «у него с тобой всё кончено», кажется мне несколько натянутым. Через некоторое время, когда Глеб восстановит душевное равновесие, он вполне сможет попытаться ещё раз — и, очень возможно, что успешно.       «Почему от книги к книге ухудшается авторское отношение к Бейбарсову?». Оно не ухудшается. Авторский стёб и издёвка проявляются исключительно в те моменты, когда в Глеб силён двойник. Вот Гулеба Емец развенчивает на протяжении всей серии — и делает это, в принципе, справедливо.       В качестве бонуса хочу заметить, что образ Бейбарсова имеет несколько прототипов в мировой литературе.       • Раскольников, о котором уже говорили («Преступление и наказание»). Часть статьи Раскольникова — взгляды Буй-Борса. Соня (Таня) помогает Родиону (Глебу) духовно переродиться. Правда, Таня не осталась с Бейбарсовым до конца, в отличие от героев «Преступления и наказания»;       • Печорин («Герой нашего времени»). «Это же целый Печорин!», — говорит Ванька в «Проклятии», об одном человеке, явно подразумевая Глеба.       • Базаров («Отцы и дети»). Глеб своим поведением отрицает многие моральные нормы, как и нигилист Базаров. Любовь для Глеба, как и для Евгения, стала серьёзным испытанием, сломала их убеждения, мировоззрение. Сцена у стрелочницы очень даже напоминает сцену смерти Базарова: Одинцова (Гроттер) приезжает к Базарову (Бейбарсову), и у них впервые происходит искренний и откровенный разговор, в котором Евгений (Глеб) наконец-то не выпендривается;       • Князь Андрей («Война и мир»). А точнее, сцена «Наташа у раненого князя Андрея» является довольно прозрачным прототипом сцены у стрелочницы;       • Хитклиф («Грозовой перевал»). В своей любви к Кэтрин часто переходит последние границы здравого смысла;       Есть ещё пара персонажей, например мистер Рочестер («Джен Эйр»), Онегин. Но там сходство не так очевидно, а потому останавливаться на них не буду.       Надеюсь, что статья оказалась небесполезна, спасибо за внимание!