without words

      Жизнь протекала как обычно, лишь слова заменялись мелодиями, а солнце уходило только ночью, отдавая свой караул манящей луне. Старшеклассникам в весеннюю пору приходилось думать об экзаменах больше, чем о собственном ужине, но не все выпускники были столь ответственны. Брендон каждый свой день проводил в гостях у Тайлера, который, кажется, не намеревался посетить последний школьный месяц. Ури незаметно уводил Тая из дома, в тихий парк, где парни всегда репетировали свои выступления, и на этот раз, отдыхающие здесь люди могли услышать одну из оригинальных песен, написанных Тайлером. Сюда не приходили ненавистники их творчества, поэтому это было самое уютное и приятное место. Только теперь Брендон поёт соло, и всё внимание уходит на его превосходный голос, а Тайлер слабо улыбается проходящей толпе и полностью отдаётся своей игре. Наверное, это было единственным его спасением. На самом деле, он часто грустил, когда находился в одиночестве, но иногда поднимал себе настроение односторонними разговорами с Брендоном: брюнет веселил Тая, как только мог, и тот очень старался отвлечься от всего ужасного, что накапливалось в его голове за день. Сейчас же его пальцы проходят по тугим струнам, в душе разжигается искра, наполняющая его огромной энергией, маленькая толкучка возле них постепенно увеличивается, превращаясь в шумную толпу. Тайлер замечает, как знакомые девушки со школы заинтересованно шушукаются, обмениваясь переглядками, и тихонько смеются. Он тоже смеётся, потому что милая блондинка подмигнула ему, и в душе у него смешалась огромная феерия эмоций, что его улыбкой можно было осветить всё ночное небо. Казалось бы, всё шло просто чудесно, они плавно отыгрывали любимые композиции, знакомый народ одаривал их комплиментами, но и тут без сюрпризов обойтись не смогло. Небольшая группа подростков, появившаяся со стороны цветущих кустарников, зацепила внимание Тайлера. Это были одноклассники Брендона, главные школьные задиры, вечно требующие незаслуженного внимания и похвалы. Среди них были и парни с параллели Тая, по совместительству участники отборной по баскетболу. От них всегда несло жестокостью и пьянством, будто разгульность была их жизненным кредо, но больше всего удивляла их огромная популярность в школе, которая явно доставалась им нелегальным способом. Ни один уважающий себя человек не стал бы голосовать за их группу, но всё же «Соболи» будут организовывать выпуск старшеклассников. Эта идея мало кому нравилась, но просить перевыборы было бесполезно, поэтому Брендон будет проводить свой выпускной где угодно, но только не в школе. Они шли навстречу толпе, за которой было еле слышно Тайлера и Брендона, но вполне понятно, почему люди столпились возле небольшой лужайки. Впереди всех молча шли баскетболисты, которые уткнувшись в телефоны, не смотрели даже под ноги, а за ними остальные, курящие и что-то очень бурно обсуждающие. Тайлер отвлекся разглядыванием одного из них, из-за чего потерял ритм и сбился, на что Брендон тихо прошипел: — Уже закругляемся? — он мимолетно взглянул туда же, куда смотрел Тайлер и оскалился. — Таак, народ, спасибо что пришли, мы закончили, всех люблю. Росс, позвони мне, хи-хи. Толпа постепенно расходилась, Брендон взял в охапку свою установку, вместе с тем Тайлера под бок, и они двинули прочь оттуда. За спинами раздавались несообразные крики и посвистывания, перерастающие в неразборчивую речь, но парни не останавливались. — Эй, Ури, твою-то задницу я из тысячи узнаю, — послышался хриплый голос, явно попорченный табаком. — А кто это там с тобой, твоя подружка? Познакомишь нас с красавицей? Тайлер обернулся, чтобы послать его куда подальше, жестами разумеется, но увидел парня с малиновыми волосами, которого три минуты назад точно не было в их компании, и сердце его заколотилось в такт мыслям. — Охх, Джишва, это же тот пацан, которому ты зарядил мячом по голове, — Брендон развернул Тайлера и шепнул ему не обращать внимания на них, даже если очень хотелось зарядить по накуренной морде его одноклассника. — Тайлер, я потом разберусь с Даном и его тупыми дружками, пойдем домой. Тай не думал о том, что было до его потери голоса, и на вопрос матери «кто кинул в тебя мячом?», он говорил, что не видел. Но на самом деле, он не хотел принимать такого позора и не сообщал об этом даже Брендону. Он пошёл пробоваться в команду не потому, что очень хотел играть, а потому, что там был самый красивый капитан и он больше нигде не мог его видеть, кроме как на тренировках. Тайлер был влюблен в Джоша Дана. Капитан команды молчал, пока его приятели ржали, наблюдая за скрывающимися из виду парнями. Он молчал, потому что где-то глубоко чувствовал себя виноватым, что даже не удосужился извиниться. Но он бы и не извинился, ведь теперь он в «Соболях» и никому ничего не должен, тем более какому-то десятикласснику, который не сумел вовремя поймать мяч.  

***

— Так, значит, мне надо нагнать своих псов на Джоша, за то, что лишил тебя голоса, — сурово выпалил Брендон, нахмурив свои идеальные брови и сделав шумный глоток имбирного чая. Это плохая идея, Брен, — высветилось на экране мобильника Тайлера. Впервые за две недели он почувствовал давящую боль не из-за обиды. Больно из-за щемящего в груди чувства, которое разрушило его жизнь. Мягкое облако дыма, вылетающее изо рта Джоша, совсем юношеские черты лица и слегка развивающиеся на ветру розовые локоны — всё это не выходило из его головы, и заставляло его руки дрожать, а коленки подкашиваться. И сам не понимая почему, он каждый день любовался командными фото, вернее только капитаном команды, и в очередной раз жалел, что влюбился в самого недоступного человека в школе. Брендон болтал без умолку о мести за Тая и его хитром плане по свержению лидера Соболей, что оба они не заметили, как день сменился вечером, а Ури уже как на полчаса опоздал на свой автобус. — Господи, если встречу по пути домой этих придурков, — Брендон отпустил Тайлера из объятий и поймал на себе испепеляющий взгляд. — То, разумеется, станцую с ними сальсу. А ты что подумал? Тайлер кивнул на сдавленный смешок Ури и затем проводил его до парадной. Он остался один. Но Тайлеру это было на руку. В одиночестве размышлять было легче, а слёзы никто не мог разглядеть среди ночной тишины. Сегодня он снова вспомнил о своей слабости, с которой не может справиться, и напомнил себе о том, что никогда не станет лучше, даже если пройдет тысяча попыток маскировать свою боль и обманывать свои чувства.