Мой истинный - убийца?

POV Анни       В общем, после того как, Рему, все-таки удалось уговорить меня выслушать Элиаса, ну посмотрим, как он оправдываться будет. Мы отправились обратно к камере, потому что по его словам, все сидят у нас, ну прям в гости пришли, чайку попить. Ладно-ладно, что-то я сильно язвлю, так вот, когда мы только начали подходить к камере, на меня вылетел братец и сбил меня с ног.  — Анни, ну прости, я не хотел тебя обидеть, просто я так скучал по папе, ну выслушай его, пожалуйста. — начал тараторить мой братец, да так, что я еле понял, что он там пробубнил сквозь слезки, слава богу, что не заревел. Я то знаю, что если это произойдет, затопит всю тюрьму, пока его успокоишь. Я, кстати с уверенностью могу назвать себя психологом высшей степени.  — Хорошо-хорошо, я именно для этого и пришел, успокоился, как говориться и готов выслушивать объяснение. — погладив братика по голове и подняв нас с пола, сказал я.  — Ну и что же ты хочешь мне сказать? — садясь на против Элиаса, спросил я.  — Прости, что я вот так пропал…  — Точнее «умер». — перебил я, Элиаса.  — Братик прошу не перебивай, выслушай сначала. — опять у брата глаза на мокром месте, господи, ну и козявка, давит на жалость, а ведь знает, что я не могу сопротивляться.  — Хорошо, больше не буду, только сырость не разводи.  — Так вот, я конечно очень сожалею, что бросил вас, но мне нужно было подстроить свою смерть, так как они могли начать охоту и на вас, на моих детей, а этого я допустить ни как не мог…  — В смысле, начать на нас охоту, и кто вообще эти люди о которых ты говоришь? — снова перебил я папу, но уже не грубо, а скорей с опаской, все-таки я его люблю, пусть он нас и бросил, но он относился к нам с такой нежностью и любовью, что долго злиться я на него не могу. — И да, я не могу поверить, ведь при помощи семейной печати, её носители ощущают жив ли он или мертв, но я не чувствовал твоей, как это?  — Я не могу сказать имена тех кто охотился за мной, но могу сказать, что кто-то узнал про нашу печать и захотел завладеть её особенностями. Я подстроил свою смерть, чтобы подозрение отпало от вас, так как на тот момент, вы знали его рецепт и способ нанесения. Я также поменял всю информацию на счет вас, так для всех казалось, что вы оба приемные, а не только Лир, а значит с вас спадет подозрение. Но я не ожидал, что Лаэрт, сделает из вас наемных убийц и воров, не такой судьбы я для вас хотел.  — Понятно… Но я хочу тебе сказать, что «отец» узнал, что ты тренируешь нас тайно, а после твоей, псевдо-смерти, решил воспользоваться шансом, так как он знал, что ты точно не позволишь нам делать это. Так что, можно сказать, что это и твоя вина тоже…  — Но, братик… — начал перебивать меня Лир, но я не дал ему это сделать.  — Я все понимаю, ты хотел нас защитить и я прощаю тебя, за твой поступок, но как мы потеряли с тобой связь, если бы мы знали, что ты жив…  — Нет, если бы вы знали, то те кто за вами следили первое время, догадались, что мы чем-то связаны и тогда вас точно не оставили в покое. А скрыть связь было немного сложно, но я нашел способ, оказывается, что если печать смазать смолой, то печать перестанет работать.  — Подожди, ты что, мазал её постоянно смолой, пап, с тобой все в порядке, тебе случайно кирпич на голову не упал? — на эти слова на меня все так глянули как будто я сказал, что-то не то… ой, бля-я-я, я же его папой назвал. — А ну хватит на меня так смотреть, я же не изверг какой-то, все-таки он мой папа, могу же я собственного папу, папой называть. — черт, кажется я покраснел, ааа, чё делать-то.  — Анни, ты все-таки не изменился, ты до сих пор стесняешься называть меня папой, это так мило, я все ни как не мог от тебя добиться этих слов, а тут. — и этот… папа, бросился ко мне и чуть не задушил в своих объятиях, брат тоже не стал стоять в сторонке и присоединился к семейным обнимашкам. Только я не ожидал, что он прыгнет на нас и мы упадем на кровать и они придавят меня.  — Слезьте с меня немедленно, я сейчас задохнусь. — пытался я выбраться из-под них, но они не хотели меня отпускать.       Как вдруг, мы все оказались у кого-то на руках, я был в шоке от наглости, того кто посмел взять меня на руки, как оказалось это были, парни которые все время присутствовали во время нашего разговора.  — Не понял самовольности, а ну быстро поставили моего брата и папу на пол. — сказал я Капралу и Велору. — Ну и меня естественно. — это я сказал Рэму, который в свою очередь не отпустил меня, его примеру последовали и остальные.  — Вы чё, охренели, или оглохли, я сказал быстро поставили нас на пол. — не спорю сказал немного грубо, но зато это очень эффективно, все меня послушались, даже Рэм.  — Во-первых, руки распускать вам никто не давал, а во-вторых, эти двое мои, и я их так легко не отдам. — подойдя к своему брату и папе, поцеловал их в щечку, они кстати точно также поступили, поцеловав меня в щечки с обеих сторон.  — Ха-ха-ха-ха-ха-ха, ой не могу помогите, сейчас сдохну. — сквозь смех начал я говорить. — Вы только… на них гляньте… сейчас от ревности помрут… ха-ха-ха-ха-ха… Ща лопну… ха-ха-ха-ха.       Короче, я похоже настолько заразительно смеялся, что Лир и Элиас, тоже начали смеяться. А эти болваны так и смотрели на нас и вдруг заулыбались. Мы резко перестали ржать как лошади, и отошли от них на хрен подальше, потому что это было очень необычно, красиво и вообще реакция на них нас испугала не на шутку.  — Чего это вы лыбитесь, а ну ушли от сюда, пока я не треснул чем-нибудь тяжеленьким.  — Согласны. — согласились со мной Лир и Элиас.  — А чего вам не нравиться, просто вы выглядели так мило, что мы и не сдержались. Кстати мы теперь прекрасно слышим ваш запах и у кого-то скоро течка начнется. — сказал Рэм и меня как током прошибло. Фак, таблетки, мы забыли их выпить и у Лира же течка, так надо валить.  — А ну ушли на хрен отсюда подальше, я вам не отдам братика… — но не успел я это сказать как по камере, разлился очаровательно вкусный запах моря.  — Братик, мне что-то не очень хорошо, я себя странно чувствую, все тело болит.  — Аааааа, господи, она началась, чё делать, чё делать-то… Ладно, а ну все кроме Велора ушли на хуй, или иначе я за себя не ручаюсь, если вы еще хоть на шаг приблизитесь. — Элиас, постарался вывести этих двоих, а Велор подошел ко мне, но смотрел он не на меня, а на моего братика, и кажется еле сдерживался.  — Ладно, я даю тебе разрешение, но если я узнаю, что ты сделал братику больно, кастрирую, и я не шучу. — на этой мелодии я вышел из камеры, и закрыл дверь, хорошо, что здесь звукоизоляция.  — Ну что же, папа пошли есть, я от всех этих событий свалившихся на мою голову, проголодался… Ну и так как я сегодня добрый, то так уж и быть накормлю и вас, остолопы.  — Ура, мне так нравилось когда ты готовил мне кушать, я до сих пор не могу забыть, тот вкус блинчиков, с кленовым и шоколадным сиропом. — сказал мой папа.  — Ну раз так, тогда сегодня готовлю блинчики с кремом и шоколадным сиропом. Надо еще и Лиру с Велором сварганить., а то помрут с голоду… Ааааааа. — мой крик по моему, не услышали только глухие.  — Что такое? — обеспокоенные моим резким криком спросили меня все.  — У меня нет противозачаточных, рано еще Лиру деток заводить и... — начал тараторить я, но папа быстро это пресек и сказал, что дал Лиру таблетки на всякий пожарный и когда он только успел.  — Ну, тогда все нормально, наверное, можем идти. - наконец спокойно выдохнув, я спокойно пошел в столовую.       Мы оставили эту парочку наедине, я конечно переживаю, но Велор, вроде, хороший, хоть и острый на язык, обидеть не должен...