Избранная. История Луны.

— Люди такие глупые, — ныла я, сидя на диване в квартире у Седрика – моего парня-вампира. — Как ты можешь так говорить? Ты же сама когда-то была человеком, — ответил низким и слегка охрипшим от курения голосом Сед. — А кто виноват в том, что ты теперь вампир? — возмущалась Шанна. Демонесса выглядела как обычный человек. Правда, только на первый взгляд. Стройная высокая девушка в бордовых сапогах, шортах и топе, с огненно-рыжими короткими волосами. Кажется, её причёска называется боб-каре. Глаза Шанны, с её вертикальными зрачками, были словно врата в Тартар. Иногда они ужасают, а иногда как будто манят к себе. Ну, я к ним привыкла, и они меня не удивляют. — Заткнись, — выдала я демонессе. — Опять Шанна? — Ага. — Сначала я подумал, что ты сошла с ума. — Ушло много времени и сил, чтобы доказать тебе обратное, — улыбнулась я. Дело в том, что Шанну, ровно как и Еву, вижу только я и мои кровные родственники, а также боги и демон, которых осталось не так уж много. — Весёлые были времена, — сказал Сед и присел рядом. — Я тогда чуть дом не снесла, — ответила я, и мы с Седриком слились в поцелуе. Если вы спросите, люблю ли я его - я затруднюсь с ответом. Сейчас я не испытываю эмоций. Разве что настороженность или спокойствие. Мы с Седом встречались ещё когда я была человеком. Это он меня обратил. Сейчас я с ним, вероятно, потому, что не люблю перемен. Порой я сама себе противна. Я достаточно богата, и у меня есть свой дом, но я часто ночую у Седа. Шанна бесится, но особо не возражает. Она недолюбливает Седрика. Но он - чистокровный вампир, и состоит в Тёмном клане, так что встречаться с ним почётно. Я же обращённая и состою в Сумрачном клане(такие считаются мусором, но я как-то смогла подняться). Основные отличия этих кланов – это чистокровность вампиров и их питание. В Тёмном клане, например, состоят чистокровные, либо сильнейшие полукровки – вампиры, рождённые от союза вампира и человека; питаются они человеческой кровью. В Сумрачном состоят полукровки и, за редким исключением, обращённые. Чистокровный у нас только Барон – создатель и глава клана. Питаемся мы кровью людей, которых стараемся не убивать. Иногда пьём не особо вкусную свиную кровь. А вот в Светлом клане только обращенные, и пьют они кровь животных. Бывшие люди всё-таки. Тёмные их презирают. Мало того, что я обращённая, так я ещё встречаюсь с чистокровным. И не просто чистокровным, а племянником короля вампиров. Естественно, меня многие не любят. Но мне, если честно, плевать. Я чувствую себя в безопасности рядом с Седом. Он понимает, что я не такая, как прежде, что не испытываю к нему никаких чувств, но он всё равно рядом. Он всё равно заботится обо мне, как раньше, и так же согревает меня своей добротой. Я несколько раз порывалась порвать с ним, но не смогла. Я слишком к нему привязана.

***

Утро выдалось тяжёлое. Мало того, что пришлось проснуться, так ещё и Седрик умудрился смыться на работу и не попрощаться. Да и мне на работу не хотелось. Я лежала в кровати, укутанная в мягкое одеяло, насквозь пропитавшееся запахом сигарет. Было лень даже думать, не то что двигаться. Но Шанна умеет доставать. — Вставай! Поднимайся! Тебе на работу надо! Ты сильно опаздываешь! — ныла в ухо демонесса. — Отстань, — проборматала я и поуютнее закуталась в одеяло. — А кто работать будет? — Я гомункула отправила. Дай поспать. — А самой поработать не хочется? Сколько можно гомункулов отправлять? Люди же привыкнут к ним и, когда ты придешь, примут тебя за гомункула. — А мне-то что? — А ну марш на работу! — Я ленивая задница. Дай поспать, — я поглубже зарылась в подушку. — Луна! Поток силы закрою! — Умеешь же ты испортить настроение, — проворчала я, высунувшись из-под одеяла. Пришлось вылезти из уютной кровати и отправиться на улицу, где стоит сырая дождливая погода. Да... Лето в этом году выдалось неважное. Страшно подумать, какой будет осень. По пути на работу меня чуть не сбила машина, я наступила в лужу и меня облаяла собака. Пустяки, но неприятно. Вдобавок ко всему, мне на хвост сел охотник. Сколько бы я ни плутала по улицам Москвы, не могла от него оторваться. Он, уже не скрываясь, быстро приближался ко мне. В конце концов, охотнику надоело бродить за мной, и он спустил на меня рычащего волка. Мне не хотелось быть покусанной довольно крупной псиной, и я принялась удирать от неё. Люди расступались на моём пути и с любопытством оборачивались. Охотник бежал следом, боясь упустить меня из виду. Я забежала в тёмный безлюдный переулок и резко остановилась. Волк набросился на меня и получил пяткой в челюсть. Однако, отлетев на пару метров, снова кинулся ко мне. Тут подбежал охотник. Я думала, он старше. Оказалось, за мной гнался парнишка не старше 25. Но я не успела его толком рассмотреть. Волк и охотник атаковали меня одновременно. Отбросив псину, я не смогла увернуться от удара охотника и отлетела на несколько метров. К моему величайшему удивлению, охотник применил магию. Но это невозможно! Может, я ошиблась? Это новое оружие охотников? Одно я знаю точно - ни один человек на Земле не способен применять магию. — Что здесь происходит — послышался голос откуда-то сзади. Это был полицейский. Не думала, что буду благодарна копу за свое спасение. Охотник недовольно зыркнул на хранителя правопорядка и ушел, грозно обернувшись на меня.

***

— А вот если бы ты пользовалась энергоодеждой, этого бы не случилось, — поучала меня Шанна, пока я зашивала дырку на рукаве любимой кофты, — она бы просто затянулась и всё. А с материальной одеждой ещё возиться надо. — Ты же знаешь, что я не люблю энергоодежду. Она, может, и практичная, но совсем не имеет веса. Кажется, что я голая по городу расхаживаю. — Тогда зачем ты напридумывала столько различных моделей? — Они удобны в драках. Так я лучше чувствую своё тело. — А если драки неумышленные? Они, знаешь ли, приводят к ранам. — Это всего лишь царапина, — ответила я, откусив нитку. — Одна царапина, вторая… А силы-то капают. Евы рядом нет, чтобы вести себя так беспечно. А если у тебя в самый ответственный момент совсем не останется сил бороться? — ворчала демонесса. Шанна никогда не любила Еву, но последние действия Богини выходили за рамки понимания Демона, вот она и ворчит. — Такого не будет. — Почему ты так в этом уверена? — Ева не бросит меня. — Она уже бросила тебя, когда ушла к этой девчонке! — перебила меня демонесса. — Она спасла меня! — Она тебя погубила! Лишила эмоций! Разве это жизнь? — Это лучше чем смерть! — А ты знаешь, что такое смерть? — так горько спросила Шанна, что я сразу же заткнулась и пожалела о сказанных словах. — Не думай, что всё знаешь только потому, что тебе известно больше, чем смертным. Ты ещё слишком юна, чтобы спорить со мной. — Но я достаточно взрослая, чтобы сама вершить свою судьбу! — выдала я и вышла из кабинета, хлопнув дверью. Шанна, может, и заботится обо мне, но временами она слишком назойлива. Но я всё равно рада, что она у меня есть. — Луна! Луна, погоди! — окликнул меня курьер Петя. — Тебе чего? — Шеф тебя зовёт. Срочно. — Сейчас приду. — Нет. Ты не поняла. Он очень-очень срочно зовёт тебя. Рвёт и мечет. — Иду я, иду. Дойдя до кабинета шефа, я немного помялась, но вошла. В помещении творился жуткий бардак. Казалось, тут испытывали ядерное оружие. Разные фотографии молодой модели были раскиданы по кабинету. Такая же участь постигла статуэтки, некоторые из которых были разбиты. Стулья были опрокинуты, а шторы наполовину сорваны с петель. Среди всего этого хаоса я узрела нашего главного редактора и, собственно, шефа. — Афанасий Петрович, вы меня звали? — поинтересовалась я. Рослый мужчина лет сорока пяти грозно обернулся и оглядел меня с ног до головы. Максим же (главный редактор) печально взглянул на меня и снова опустил взгляд. — Ты чего без стука? — нервно спросил Афанасий Петрович. — Так я стучала. — Да? — Да. — Ладно. Максим, давай, — кивнул он замученному парню. Жаль его. Мало того, что он редактор журнала, так у него еще проблемы с его невестой. — Взгляни на эти снимки, — Максим протянул мне стопочку снимков. Я присела и бегло просмотрела фотографии. Видно было, что модель опытная. Снимки получились шикарные. Я не нашла ни одного неудачного из предложенных. — Снимки отличные. — Дело в том, что Афанасию Петровичу не нравятся эти снимки, — главный редактор недовольно взглянул на шефа, — они, видите ли, посредственные. Зато он хочет видеть на обложке тебя. — Но я не могу. Я же не модель. — У тебя интересное лицо, — наконец заговорил Афанасий Петрович. — Но... — Никаких «но»! Завтра в два фотосессия, и это не обсуждается! — Я же говорил, что она откажет. Надо ставить эти снимки, — всё так же подавленно сказал Максим и пододвинул стопочку снимков поближе к шефу. — Нет, — коротко ответил Афанасий Петрович. Максим обречённо взглянул на меня. Весь его вид умолял меня согласиться.Меня это абсолютно не волновало, однако, Шанна, похоже, придерживалась другого мнения. Она принялась жечь меня изнутри, давая понять, что я должна дать положительный ответ. Я никогда не могла перечить Демонессе. В итоге, я появлюсь на обложке модного журнала. Многие девушки мечтают о таком, но мне это совершенно параллельно. Только мороки больше. В конце концов, я сбежала из редакции раньше положенного и поплелась в «пристанище» - место, где собираются все вампиры Сумрачного клана. Замок находился за городом в лесу. Машину я оставила дома, а добираться туда и обратно далеко, поэтому я взяла такси. О своем решении я пожалела на втором часу стояния в пробке. Может, нужно было поехать на метро? На месте бы такси и вызвала. Хотя куда мне спешить? Я - вампир, да ещё и избранная. У меня в запасе вечность. По дороге мне расхотелось в «пристанище» и я стала искать себе занятие. Забравшись на свой веб-сайт, я заметила, что был оформлен запрос на убийство. Сверив место и время, я решила выполнить заказ прямо сейчас. Тем более, ехать недалеко. Расплатившись с раздражённым шофёром, я вышла из машины и, пройдя пару улиц, пришла к клубу. Неоновая вывеска переливалась всеми цветами радуги, а из самого здания доносилась динамичная музыка. — Впервые отправляют запрос на бармена, — слегка удивлённо сказала Шанна, появившаяся рядом. — Тебе-то что? — Да просто странно. — Думаешь, заказы могут поступать только на миллионеров или политиков? — Люди здесь близки к краху. Ещё немного, и хлынет вторая волна. — Перерождение? — Типа того, — усмехнулась Шанна, — ты же знаешь про потоп. Люди сами спровоцировали природную аномалию, а на Богов свалили. — Думаешь, нечто подобное повторится? — Не думаю - знаю. Земля – это тюрьма для магов. Здесь должно быть много ограничений. Сейчас люди живут слишком свободно, ещё немного - и они снова запрут себя в клетке. Таков закон существования этой планеты. — И никто за этим не следит? — Никто, — Шанна задрала голову, всматриваясь в небо. Я вошла в клуб, предварительно сменив одежду. Ну не люблю я энергетическую! — Привет! — поздоровалась с барменом, еле перекричав громкую музыку. — Привет! — ответил парень со шрамом на щеке. — Мена Марина зовут! — Стас! — парень протянул руку для знакомства. — Давно здесь работаешь? — Два года! — И не надоело? — Ничуть! — Налей текилы! Парень послушно выполнил заказ. Потом повторил его. И ещё. И ещё. И ещё раз повторил. Я не пьянею, но вид делать могу. — Стас, а ты симпатичный! — Тебе, наверное, уже хватит! — Да ну, нет! Налей ещё! Юноша пододвинул мне стопку с напитком, а я резко схватила его за шею и собралась было его уже укусить, как меня остановила боль в боку. Я резко согнулась, схватившись за кровоточащую рану. — Пить надо меньше! — крикнул мне на ухо Стас, подумав, что у меня заболела печень. Я кивнула и, расплатившись, отошла от барной стойки. Парня я пусть не укусила, но оцарапала. Сам помрёт дня через два. Сейчас меня беспокоило кое-что другое. Рана уже зажила, но нанесена была серебряным кинжалом. Не думаю, что местные хулиганы могут похвастаться такой побрякушкой. Скорее всего, это охотник. В моих жилах течёт серебро, так что этот металл для меня не то что не вреден, он даже полезен. Негодный я вампир. Выйдя на улицу, я огляделась, но никого не увидела. Зато услышала, как позади меня из-за угла кто-то вышел. Обернувшись, я увидела того же охотника, что встретился мне утром. Рядом с ним рычал знакомый волк. Парень уже уверенно направлял на меня пистолет. У охотника была аккуратная причёска, поверх футболки надета рубашка, на ногах потёртые джинсы и старенькие кроссовки. Судя по комплекции, он хорошо за собой следит, аж клыки выдвигаются (что является признаком возбуждения). Но почему-то мой взгляд застрял на его глазах - серых, глубоких и до боли знакомых. Они вызывали какое-то тепло на душе. Однако выстрел в грудь оторвал мой взгляд от глаз охотника. Как и ожидалось, пуля была серебряная. — Ты кто? Новенький? — Здесь недавно, — ответил он, опустив оружие. — Уходи, быстро! — слышался где-то в сознании голос Шанны. Чего это она? Я постояла какое-то время, но потом всё же рванула с места. Если уж Шанна говорит, что нужно драпать, значит, нужно драпать. Завернув за угол, я слегка поскользнулась на луже, однако не притормозила. Пока я бежала до ближайшего метро, охотник успел выстрелить в меня. И попал в плечо. Ишь, снайпер! Однако на этот раз пуля была не серебряная, а золотая, а хуже золота для меня ничего не придумаешь. И, что самое странное, я не почувствовала запах пороха. Но я не стала заострять на этом внимание. Мне бежать надо.

***

— Что с этим парнем не так? Почему ты мне сказала, чтоб я бежала? — расспрашивала я демонессу, пока шла по лесу в сторону «пристанища», — ты знала, что он выстрелит золотом? — Знала, — мрачно ответила Шанна. — Кто он? Ты его знаешь? — говорила я, держась за истекающую кровью рану. Что поделать. Такое у меня только от золота. — Знаю. — Ну! — Тебе незачем знать. — Шанна! — возмущённо воскликнула я. — тогда я сама узнаю! На его пистолете был знак северной общины охотников. Проберусь туда и разузнаю, кто он такой. — Не смей к нему приближаться! — А что ты мне сделаешь? Не хочешь, чтобы я туда лезла, говори, а нет - терпи! Силы ты меня всё равно не лишишь. — С чего ты взяла? — Ты не можешь смотреть на мои страдания. А если будет опасность получить золотой пулей в лоб, то ты точно не перекроешь потока силы. — Ты меня изучила. — Твоя школа. Подойдя к старинному замку, разместившемуся на полянке среди тёмного соснового леса, я, особо ни с кем не здороваясь, зашла к Барону. — Дим! Дима! — окликнула я Барона. Не дождавшись ответа, повторила попытку дозваться, но в кабинете я его не видела. — Митяй! — Я же просил тебя не звать меня по имени. Пусть ты мой друг, но давай хоть не в самый разгар собрания, — нервно проворчал Дима, хлопнув дверью. Звать баронов по имени считается неуважением и хамством, а уж если такое произойдёт на слуху у старших, то Барона могут и заменить, предварительно убив. — Ты где был? — Старших выпроваживал, — ответил Барон, достав из ящика стола пинцет, — опять ночевала у Седрика? — поинтересовался он, рассматривая рану. — С чего ты взял? — Ты просто пахнешь его сигаретами. — А я думала, что отбила запах. — Теряешь нюх, — усмехнулся Дима и запустил пинцет в рану. Боль сразу же пронзила всю руку и отдалась даже в пятке. Я стиснула зубы. Повертев немного, Барон всё же достал пулю и принялся внимательно её рассматривать, а тем временем моя рана стала медленно и пульсирующе зарастать. — Какие дорогие снаряды... — Я решила пробраться на их базу. — Ты с ума сошла?! — заорал Барон, выронив пулю вместе с пинцетом, — пусть ты и сильнейшая, но это для тебя слишком! Ты не справишься! — У них есть маг. — Но ты говорила, что это невозможно. — Я знаю, что говорила! Шанна ничего не рассказывает, а мне необходимо знать, как такое получилось. — Делай что хочешь. Но знай, я тебя не буду вытаскивать, если ты сядешь жопой в лужу. Если тебя убьют, мы поплачем пару дней и забудем. — Другого я от тебя не ожидала. Домой мне совершенно не хотелось. Я живу одна, не считая Шанны, но она вечно рядом, и я порой даже не замечаю, что она есть. Дома меня ждёт НИКА – робот с искусственным интеллектом в облике милой черноволосой розовощёкой девушки. Она управляет всей техникой в доме и способна взломать любой из существующих компьютеров. С ней есть о чём поговорить, но это всё равно что общаться с игрушкой, на которую записывают голос. Всё-таки она не человек, а машина. Пусть я и не испытываю больше эмоций, но вечно давящее чувство одиночества в конце концов даёт о себе знать. Временами, размышляя об этом, я дохожу до мысли, что пытаюсь провести время, находясь рядом с кем-то. Мне больно… нет… мне страшно не ощущать рядом трепет другой души. Как бы я ни старалась отстраниться, уйти от проблем этого мира, быть сама по себе - я не могу. Как бы сильно я ни убеждала себя в обратном, я всё же боюсь остаться одна. Совсем одна. Я боюсь потерять тех, с кем сейчас живу, с кем нахожу спокойствие. Шанна может в любой момент, как и Ева, перейти в другое тело, к другой девушке, которая станет избранной. И пусть ей нет в этом никакой выгоды, мне всё равно страшно. Страшно, что я могу её потерять. Но этот страх перебивает осознание того, что со временем я потеряю своих знакомых… Седрика… Пусть они и вампиры, но и они стареют и умирают. Пусть медленнее людей, пусть иначе, но всё равно они когда-нибудь умрут. Они умрут, а я останусь один на один со своей вечностью. Порой я проклинаю судьбу за то, что она даровала мне такую жизнь. Сколько раз я пыталась умереть...Сколько раз я, совсем отчаявшись, молила Еву об убийстве… Просить об этом сестру было бы слишком. Она не так давно обрела меня. Я – все, что у неё осталось от прошлого. Прошлого, которое она не хочет забывать. Которое она хочет вечно помнить. — Дим, а Дим, — без эмоций, без выражения окликнула я Барона, лёжа спиной на диване и почти свалившись с него. Свет луны уныло падал на тёмный дубовый стол, а прохладный ночной ветерок теребил тюль, щекочущий меня по щеке. — Чего? — слегка недовольно, но в целом дружелюбно поинтересовался Барон, не отрывая своего взгляда от бумаг. Спина его временами вздрагивала. Это значило, что он писал нечто резкое и точное. Но бывало, что складки на его белой рубашке плавно меняли своё положение, а рука выписывала красивые витиеватые движения. Это значило, что он писал нечто плавное, нежное словно ручей, и такое красивое и сказочное, как картина. — А как умирают вампиры? — Барон непонимающе взглянул на меня. Я за последние десять лет погубила столько представителей этой расы, что не мне нужно такое спрашивать. — Ну, от старости. — Не думал, что ты такое спросишь. Ты раньше этим не интересовалась, я и подумать не мог, что сейчас тебя это затронет, — немного иронично говорил вампир. Он отложил свои бумаги и повернулся ко мне. Какое-то время он всматривался в звёздное небо и всё же начал. — Это красивое зрелище. Когда ты убивала, ты наверняка заметила, что вампиры рассыпаются сверкавшими камнями и разливаются по земле, словно горный водопад. Это не сравнится с естественной смертью чистокровного. Когда старому вампиру пришло время умирать, с него слетают сверкающие пылинки. При ходьбе или ветре они отлетают, и вокруг вампира появляется сверкающее облако. Так длится пару дней. Вампир чувствует необыкновенный прилив сил. Но в сам момент смерти… Чистокровный вампир становится вновь молодым. Таким, каким жил большую часть своей жизни. Это длится не больше пяти минут. Его окружает плотное блестящее облако сверкающих пылинок. Они кружатся вокруг вампира, образуя спираль. И в самом конце, тело вампира резко обращается в тучу сверкающих песчинок и разносится ветром, — Дима говорил размеренно, с восхищением. Его слова лились плавной рекой, и мне сразу представилась красивая картина смерти чистокровного. — Полукровки умирают не так эффектно, но тоже ничего, — уже не так пафосно продолжил Барон. Эффект сразу пропал и появилась даже некая шутливость. — Они рассыпаются сверкающими камнями, а те потом становятся пылинками. Причём умирают они совершенно неожиданно и резко. Могут идти по дороге и на полшага рассыпаться. — А обращённые? — приподнялась я на локте. Барон скосил на меня хитрые глаза и усмехнулся. Ну да! Я ведь обращённая. — Они умирают как люди. Чаще во сне. Всё их тело обращается в хрупкий камень. Чаще всего их разбивают, чтобы не оставить и следа. Не особо интересно. Ты со мной согласна? — Глупо, — сказала я и плюхнулась обратно на диван. — Кто бы сомневался. — Мне не суждено умереть своей смертью. Простое любопытство, — оправдывалась, не знамо за что. — Пойду-ка я домой. — Вали уже. Тебя сколько там не было? — Да иду я, — я уже поднялась с дивана и подошла к двери, как вспомнила, что не забрала золотую пулю. Мелочь мелочью, а тоже деньги. — Вспомнила, что обычно выходишь через окно? — саркастично поинтересовался вампир. — Нет. Пулю не взяла. — Какую? — с сильным удивлением спросил Дима. — Эту, — я вытащила пулю из кармана на рубашке Барона. — Нет бы материально помочь «пристанищу», так ещё и обирает. Я усмехнулась и вышла, как обычно, – в окно. До дома добиралась пешком. Машины не было, а метро было закрыто. Благо, живу я не очень далеко. Раньше я долго не могла привыкнуть к тому, что, став вампиром, я бегаю без одышки и особой усталости, но сейчас уже не замечаю этого. Так что добежала я за два часа.       Мой дом находится в отдалении от дачных построек, но заасфальтированная дорога проходит и сюда. За садом я особо не следила и НИКА переделала его так, чтобы не заморачиваться. Сам дом вполне симпатичный и даже миленький, хотя ремонта я не делала уже как 7 лет. Снаружи дом выглядит меньше, чем есть на самом деле. Отчасти это, оттого что часть его находится во временном пространстве и не видна снаружи. Первый этаж дома был не особо загружён комнатами и предметами. В большом холле стоял длинный дубовый стол с четырьмя стульями по левой стороне (от входа) тянулся кухонный гарнитур цвета чёрного мрамора. По правой стороне расходилась двумя дугами лестница на второй этаж с большим множеством преимущественно пустых комнат. А если пройти холл, то натыкаешься на две одинаковые двери, ведущие в сады. Одна дверь впускает в прекрасный, вечно цветущий и благоухающий сад, с вечно сияющим солнцем. Райские птички и яркие бабочки радуют глаз, а звук плещущихся в озере рыбок умиротворяет. Вторая дверь скрывает за собой точно такой же сад, но уже при серебристом свете луны, отражающимся в зеркальной глади озера, омывающем большие булыжники, огораживающие высохшее древо. — Как хорошо, что ты пришла! Я так рада тебя видеть! — радушно встретила меня НИКА. — Привет. Проверь эту пулю на присутствие чужеродной магической силы, — немного устало попросила я и кинула в руки НИКА золотую пулю. — Конечно! Уже бегу! — как всегда жизнерадостно и бойко ответила она. Пусть она и робот, но жизни в ней больше, чем в некоторых из людей. — Луна, — послышался знакомый, тёплый и такой родной голос. Он принадлежал Еве. Богине, что спасла меня. Светловолосой, белокожей, голубоглазой красавице в полупрозрачных голубоватых одеяниях. Её белые, как только что выпавший снег волосы были заколоты в пучок, а выпадающие пряди придавали её лицу жизнь и детскую невинность, развивающиеся лёгкие и нежные ткани платья придавали величественности. Ева не так часто приходит, и я вижу её реже, чем Шанну, но люблю её не меньше. — Ева! Давно тебя не видела. — Я здесь ненадолго. Только насыщу камень силой и вернусь. Ты же знаешь как… — Да знает она всё! — показалась Шанна. — Бросила Луну, и совесть не мучает! Богиня ещё! Думаешь, ей хватает силы что ты ей оставляешь!? При нормальном расходе этого хватит на три дня, а она живёт так неделями! — Не смей осуждать меня, Демон! Ты сама провинилась ничуть не меньше! — Я не бросала никого из избранных! — А я, по-твоему, бросила!? — Да! — Прекратите! — не выдержала я. — Вы же знаете, как я не выношу ваших ссор! Ева, давай уже! — Богиня и Демонесса виновато потупили головы. Шанна не придумала ничего лучше, чем скрыться в Ночном саду. — Ты же знаешь, я стараюсь, как могу, но всё упирается в то, что ты не хочешь бороться за трон, — говорила Ева, насыщая магией небольшой магический камень в моём кольце. — Да знаю я! Но ты же знаешь, как я люблю свободу! Правление свяжет меня по рукам и ногам! И, ко всему прочему, я ужасно безответственная! И потом, на каком основании? Я даже не принадлежу к их миру. — Что ж. Пока у тебя нет желания, я не смогу тебя заставить. В этом вся ты, — Ева приблизилась к моему уху. — Слушай Шанну. Встреча с Адамом не будет приятной. Впрочем, как и с Деймоном, — Богиня отстранилась от меня, заглянула в глаза и растворилась в воздухе. Теперь меня мучают два вопроса. Кто же тот охотник, и почему я должна встретить Адама с Деймоном? — Она уже ушла? Надо же! Новый рекорд – полторы минуты. Самое большое это, кажется пять минут? — ворчала Шанна. — Ты всё считаешь. И не устаёшь? — Я живу уже, стыдно говорить, сколько лет и Ева в первый раз так поступает. Помнится, она долго грустила из-за того, что не могла видеться с Адамом. — Она сказала мне, что встреча с Адамом не будет приятной, — безэмоционально сказала я. Шанна переменилась в лице, но лишь на секунду. — Что это значит? — «Избранная с силой ночи повстречает избранного с силой дня, и вспыхнет любовь среди войн…» Так гласит пророчество. Ева думает, что избранная с силой ночи – это ты. — А ты как думаешь? — Ну, точно это не Минди. Бездарная королева. Не находишь? — Шанна дружелюбно говорила своим слегка хрипловатым голосом. Было трудно привыкнуть к нему, но теперь он греет мою душу сильнее воспоминаний о прошлом. — Действительно. Тяжко народу. — Народ как жил, так и живёт. Ну, может, слегка хуже, но ненамного. А вот советников пожалеть можно, — улыбнулась Демонесса. Я улыбнулась в ответ. Недолго думая, я спустилась в подвал. Всё равно здесь стало скучно. А в подвале у меня что-то вроде лаборатории. И оружие я там храню. В общем, спустившись в тёмное просторное помещение, заставленное множеством мощных компьютеров, я подошла к витринам, что стояли в дальнем углу, и,немного подумав, взяла пистолет с разрывными пулями (запрещено, но против оборотней остальное бесполезно), дротики с ядовитыми кончиками и парные кинжалы. Не люблю особо затариваться, тем более что у меня есть способность материализовать любое оружие в любой момент. Но лучше перестраховаться. Кроме оружия, в подвале находится система управления и, по сути, сама НИКА, а ещё Хелена – моя давняя подруга. Она вроде бы и жива, но вроде бы и нет. Это случилось десять лет назад. Тогда я ещё испытывала эмоции. Я уже была вампиром, но продолжала общаться с людьми. Правда, не все люди со мной общались. Только она. В те времена у неё было иное имя, которое я ,признаться, забыла. Три года мы жили вполне нормально, но потом на меня начали охотиться. В тот день мы возвращались с вечеринки. Навстречу нам выбежал волк, а за ним и молодой охотник. Человек не в силах определить вампира, и он решил убить обеих. Первый выстрел пришёлся в сердце Хелены. Тогда я впервые убила человека. Я не могла потерять Хелену и поэтому я создала НИКА. Одна из её функций – поддерживать жизнь нимфы. Девушка, прожившая три дня третей из чистейших нимф, сейчас находится в особом растворе. Рана уже давно затянулась, но Хелена не открывает глаз. Надежды уже нет, но почему-то у меня не поднимается рука отключить её. Вероятно, Хелена – это единственное, что связывает меня с прошлым. Уже десять лет нет никаких изменений в её состоянии. Признаться, это выматывает. Шанна злится, но особо не выступает. Её можно понять. Она беспокоится обо мне. Шанна – самый близкий друг, который у меня есть. Я поднялась на второй этаж и рухнула на мягкую, прохладную двуспальную кровать. Люблю простор. То, что вампиры спят в гробах – полный абсурд. А то, что мы вообще не спим - вообще бред. Наш сон отличается от человеческого, но это всё же сон. Мы просто можем проснуться от любого шороха. Это не наказание, скорее необходимость. Да и острый слух вносит свои неудобства. Не суждено мне было сладко поспать. Где-то во втором часу ночи я услышала раздражающий звук шагов и звон посуды. Коли НИКА впустила этого «топтуна» значит, ничего опасного он собой не представляет, но игнорировать этот шум я просто не в силах. Поэтому я и переехала за город. И как Седрик терпит столько шума каждую ночь?       С явной ленью я поднялась с кровати и сменила энергетическую ночнушку на энергетические кожаные шорты и чёрный топ. Появившаяся Шанна демонстративно плюхнулась на подушку. А у меня сон всё равно прошёл. Обувшись, я вышла из комнаты и, пройдя немного по коридору, почувствовала запах сигарет. Нечасто Седрик ко мне заходит. Спускаясь по лестнице, я увидела его. Статного, красивого, высокого, влиятельного вампира. Сед по-хозяйски налил себе вина и уже вовсю распивал его, облокотившись на краешек стола. — Ты чего пришёл среди ночи? — поинтересовалась я, остановившись посередине лестницы. — Вампиры – ночные существа. Это образ жизни людей нас на это вывел. — Нечасто ты ко мне заходишь. С чего это ты вдруг? — Неужели я не могу к тебе прийти? Просто так? — В два часа ночи? — А в чём проблема? Тебе же можно ко мне прибегать по среди ночи, — Сед глотнул вина и взглянул на меня. Я же раздражённо сверлила его взглядом. Знаю, что он этого не любит. — Мне тут Лили принесла, что ты решила пробраться на Базу охотников, — он погладил маленького лилового дракончика, – и посмотрел на меня с неким укором. — Ну да, и что? — Тебя же убьют. — Ты опять в меня не веришь! — Дело не в этом. База – это их территория. Даже ты не справишься. — Я смогу. Я не проиграю. Меня всё равно не убить, ты же знаешь. — Я знаю. Именно поэтому я не хочу, что бы туда ходила. Боль-то ты чувствуешь. — И что с этого? — Не могу я видеть, как ты страдаешь! Вот такой я эгоист! — я была сильно удивлена. — Каждый раз, когда ты приходишь ко мне с раной, у меня появляется желание сковать тебя и посадить рядом. — Сед, я… — Неужели тебе настолько необходимо знать, кто тот парень? — Началось что-то странное. Я должна разобраться или он убьёт меня. — Но тебя нельзя убить! Или… — Есть способ. Священный кинжал. Если этот охотник тот, кто я думаю, то… — Тогда я пойду с тобой! — Нет! Я пойду одна! — Если я умру, ты переживёшь, но если погибнешь ты… Я не смогу с этим жить. Ты же это понимаешь. — Почему ты думаешь, что я стала настолько бесчувственной!? Я не хочу тебя потерять! Мы были вместе столько лет! — Вот всегда ты так… — тихо сказал Сед и подошёл ко мне. — Всегда закатывала истерики, как только я пытался втиснуться в твою жизнь. Ты не меняешься, — он поцеловал меня с той нежностью, с которой относился ко мне. Он любил меня так же сильно и 14 лет назад, и 7. Его чувства никогда не остывали. Это я охладела. Однако, я всё же дорожу им. Настолько, что не даю ему возможности защищать меня, как прежде. Каждый раз, когда я представляю, что он может умереть, меня охватывает дрожь, а в глазах темнеет. Настоящий эгоист здесь я. — Если ты так настаиваешь, я не буду лезть. Но только пообещай вернуться, — улыбнулся он. — Обещаю, — ответила я, и Сед с чистой совестью направился к двери. — Да, и вот ещё! — резко обернулся чистокровный вампир, одной ногой перешагнув порог. — Это тебе! — он кинул мне что-то маленькое и блестящее. Я с лёгкостью поймала это, а когда посмотрела в сторону двери, Седа уже не было. Раскрыв ладони, я увидела небольшой золотой медальон – бабочка на тоненькой цепочке. Когда я была человеком, я любила этих нежных созданий. Но я изменилась. Я больше не ношу такие украшения, не восхищаюсь бабочками и не испытываю эмоций. Но, как бы то ни было, я надела подарок Седа и решила никогда его не снимать. Именно потому, что он мне его подарил. — И всё-таки он прохиндей, — послышался ворчливый голос Шанны. — На себя посмотри. — Я – демон… — А он – вампир! — перебила я. — Он действительно любит тебя. Заботится. Но не с ним тебя связала нить судьбы, — разочарованно проговорила демонесса. — О чём ты? Какая, к чёрту, нить? — Дело в том, что люди предназначенные друг другу судьбой имеют одинаковое веянье души. — Что, прости? — Это невозможно объяснить. Всё, что я могу сказать так это то, что они излучают одинаковый свет. У тебя он лазоревый, а у Седрика алый. — И почему я об этом только сейчас узнаю? — возмутилась я. — Всё, что должно случиться… — …должно случиться в своё время и никак иначе. Я помню. — Ну, вот. Ты сама всё знаешь. Иди приляг, тебе ещё предстоит фотосессия. И на Базу ты сбегать хотела. — Ты говоришь об этом так, словно мне не в клан врага, а за хлебом надо. — Ой! Больно большая разница. Ты сама к этому не серьёзно относишься. Я фыркнула на Шанну и пошла, досыпать оставшееся время. И мне кажется, лучше бы я этого не делала. Мне снился сон, чего не случалось уже очень давно. Во сне я видела женщину. Она словно светилась голубоватым свечением. У неё были белые, как снег, волосы и голубые, словно морская гладь, глаза. Женщина была в королевском платье, одном из тех, что показывала мне когда-то Шанна. Белое свободное платье с широкими рукавами и большим количеством мелких деталей: ленточек, кружев, вышивок. К сожалению, я не смогла разглядеть всего. Единственное что я помню чётко – это крупный прозрачный камень на диадеме женщины. Камень очень похож на тот, что в моём кольце. Он аккумулирует магию Евы. Интересно, кто же эта женщина? Какое-то время она появлялась мельком, проходила мимо. Я редко ловила её взглядом. Но вдруг она появилась прямо передо мной. Она смотрела на меня то ли с жалостью, то ли с состраданием. — Придёт время, когда ты решишь что всё кончено. Это и будет начало, — сказала женщина и исчезла, а я проснулась. — Луна, что случилось? — поинтересовалась Шанна. — Сон. — Сон? Давно они тебе не снились. И о чём он был? — Будто ты не знаешь. — Хочу тебе напомнить, что в прошлый раз, когда я залезла тебе в душу, ты устроила истерику и запретила мне это делать. — И ты прям послушалась, — иронично сказала я. Шанна лишь подняла бровь. — Там была женщина. В королевском наряде. У неё был такой же камень как у меня, только больше. А ещё она сказала, что когда я решу что всё кончено, будет начало. — Ты говорила во сне. — Ты уверена, что речь идёт обо мне? — Да уверена, — необычно серьёзно ответила демонесса. — Ты говорила «мама». — Мама? Но я не знаю эту женщину. Единственная мать, которую я знаю, умерла 10 лет назад. — Та, о ком ты говоришь, вырастила тебя. Но не она подарила тебе жизнь. — Что, прости? — Тебя родила другая женщина. Но получилось, так что твою душу разорвали с телом и поместили в тело младенца. Мёртвого младенца. — Так. А теперь давай с самого начала. — Ты была рождена в королевской семье. Женщина, которую ты видела, твоя мать. Тебе было 2 года, когда случилась резня. — Резня? Это когда убили всех членов королевской семьи? — Не всех. Твой отец выжил, что весьма прискорбно. Благодаря разделению души с телом тебя спасли. — А Аида? — Её спасло то, что она угодила в Тартар месяцем раньше. — То есть я принцесса. Замечательно! Теперь ясно, почему Ева так настаивала на том, чтобы я начала бороться за трон. Оказывается, у меня есть на то права. — Ева не настаивала бы так, если бы нынешняя королева была более сносной. Минди такая непутёвая. Совет подумал, что она – потерянная дочь Маргарет. — Дай угадаю. Той дамочки, что мне приснилась? — Да. Но когда они узнали о том, что ошиблись, то отказались что-либо менять. — Потому, что я – вампир? — К сожалению, да. Но это… — Всё! Хватит новостей на сегодня! — перебила я. — Ты не злишься на меня? — Ну, я могла и сама догадаться, что принадлежу к королевской семье. Верно? — в ответ Шанна только улыбнулась. — Поехали фотографироваться, что ли?

***

В помещении был полный аврал. Работники носились как угорелые. Меня даже не сразу заметили. Но было то, что удивило меня. И сильно. Я должна была фотографироваться с волками. Я поняла, что это именно они по их крови – жгучей и бурлящей. Такой же, как у Артёма. И с чего это я о нём вспомнила? — Действительно, с чего? — удивилась Шанна. — Ты уже 9 лет как не думаешь о нём. Он же оборотень. Я проигнорировала Демонессу и принялась за работу. Сильный запах псины мешал мне сосредоточиться. И, что странно, волки не подавали ни малейшего признака раздражённости, хотя при виде вампира они должны взбеситься. У них должно быть только одно желание – убить. Почему же они не трогают меня? Не рычат? Похоже, условия игры меняются. И, к сожалению, не в нашу пользу. Фотосессия, наконец, завершилась. Я не выдержала и переместилась в дом с помощью магии. Шанна против такого способа, но я просто не могла больше терпеть этой ужасной вони. В общем, я «телепортировалась». В кавычках, потому что я переместилась в Ад, а оттуда уже к себе домой. На это требуется больше магических сил, но так быстрее.       Приняв душ, я вспомнила, что планировала сегодня пробраться на Базу. Обсохнув, я собрала вещи и села в одну из моих машин. Проверив, есть ли в бардачке флакон с кровью и убедившись, что он там есть, я положила руки на руль, но тут какое-то странное чувство остановило меня. Я не хотела ехать. По крайней мере, не на Базу. На меня нахлынули воспоминания о Тёме. Не самые лучшие из воспоминаний. Я уже три месяца была вампиром, когда мы в первый раз столкнулись. Противостояние вампира-новичка, не знающего ничего о жизни и опытного, обученного в боях оборотня с кипящей кровью . Я явно проигрывала. Не знаю почему, но многие вампиры принимали меня за чистокровную, я уж не говорю о волках и, тем более, оборотнях. Но он как-то понял, что к чему. В тот день я возвращалась домой из школы. Мне приходилось идти через лес, что вносило наравне с толикой романтики свою остроту ощущений. Всё шло прекрасно. Тёплый весенний день, щебетание птичек, свежий аромат леса. Тогда всё для меня было новым. Прошло всего три месяца с тех пор, как моя жизнь колоссально изменилась. Изменилось моё мировоззрение. Но, к сожалению, я не сразу заметила, что около меня стала собираться стая волков. А когда осознала, было уже поздно. Они накинулись на меня все разом. Я смогла пробежать лишь пару метров, пока их вожак не припечатал меня к дереву. Надо мной навис грозный, небывалых размеров волк. Его оскал ужасал, а рык пронимал до костей. Заглянув в его глаза, я поняла, что уже не жилец, но я никак не могла понять, почему он меня до сих пор не убил. Он словно всматривался в меня. — Я ещё не опустился до того, чтобы убивать новообращённых, — прорычал он и приказал стае расходиться. — Думаю, это не последняя наша встреча, вампир, — грозно сообщил он и скрылся среди деревьев. После этого я не видела его около 2-3 недель. Я уже успела позабыть его, и всё что со мной произошло в тот день. Но одна из моих вылазок в кино увенчалась ещё одной встречей с оборотнем. Это был уже поздний вечер. Мне в нос ударил сильный запах алкоголя. Я бы не обратила на это никакого внимания, мне безразлично, от какой пьяни так несёт. Главное, чтобы меня не трогали. Однако среди всего этого замешался вспомнившийся мне запах – запах близкой смерти. Человеческое любопытство повело меня в сторону, откуда шёл запах, и моим глазам предстала очень странная картина. Трое пьяных мужиков полосовали ножиками молодого студента, пахнущего оборотнем. Он был сильно ранен. Не знаю почему, возможно по доброте душевной, но я не думая, кинулась ему на помощь. Мужики быстро разбежались. Оказалось, что Тёма спасал члена стаи – беспомощного ребёнка. Потом я узнала, что из-за договора между оборотнями и охотниками, оборотням запрещено причинять людям вред без одобрения охотников. Тогда я думала, что это глупость. Мы с Артёмом сдружились. Были лучшими друзьями. Даже его стая меня, вроде как, приняла. Но всё до поры до времени. Спустя два с половиной года Тёму разорвали вампиры из Тёмного клана. Даже хоронить было нечего. Я тогда прорыдала несколько дней. А потом стала такой, как сейчас.

***

«Мавонов Артём Сергеевич. 1988 – 2010 гг. Вернуть нельзя. Забыть не возможно» - гласила надпись на надгробии, под улыбающимся портретом Тёмыча. Прохладный ветерок теребил кроны деревьев в преддверии осени. Это может показаться странным, но мне нравится это кладбище. Тут очень красиво, особенно осенью, а тишина успокаивает душу. — Не ожидала тебя здесь увидеть, — выдернул меня из нирваны женский голос. Я рефлекторно обернулась. — Нина? — Нет, у тебя глюки! — огрызнулась оборотень. — Что же привело тебя сюда? Неужели захотелось проведать Артёма? Или у тебя обычай не ходить на могилу лучшего друга десять лет? — я не отвечала. Просто наблюдала за ней. Она всё это время злилась на меня, но не винила в смерти жениха. — Куда ты собралась с оружием? — этот вопрос застал меня врасплох и Нина, похоже, это заметила. — Я же знаю, что тебе и своего оружия хватает, — я не спеша направилась в сторону машины. — Если бы Тёма знал, в кого ты превратишься, он бы не оставил тебя в живых. Я не буду тебе мешать, но знай! Если ты дашь хоть повод усомниться в твоей клятве, я лично перегрызу тебе глотку! — Это будет справедливо, — спокойно ответила я и села в машину. Я уже и забыла о клятве. Я дала обещание что ни за что, ни при каких обстоятельствах не причиню вред стае Артёма. В живых остались немногие: Нина, два её брата и ещё кто-то. Четыре оборотня из пятнадцати. Не только вампирам тяжко приходиться.

***

Я раньше никогда не видела Базу. Нашла её только по сомнительным наводкам Шанны. Сомнительны они были, потому что Демонессе не хотелось, чтобы я там была. Вопреки всем моим сомнениям, я оказалась на месте и была впечатлена укреплённым зданием. — Может, передумаешь? — с надеждой, в последний раз, спросила Шанна. Я вместо ответа одарила её строгим взглядом. Я не могу отступить, раз уж пришла. Сделав пару шагов к округлому и явно прочному зданию я почувствовала резкий запах псины, смешанный с человеческим. Похоже, и оборотни, и охотники работают здесь бок о бок. Я не продумывала сложных планов проникновения в крепость и просто залезла по крыше, благополучно облетев все камеры видеонаблюдения. Думаю, оборотни не слишком быстро меня обнаружат, и я успею что-нибудь найти. Я вообще не люблю проходить сквозь стены, но мне показалось, что дыру в стене они заметят быстро. Сегодня мне сопутствовала удача, и я попала сразу в архив. Осталось найти личное дело того паренька. Да, тут придётся повозиться. Я не знаю ничего, кроме его внешности, а тут так много папочек что, мне стало не по себе. Я даже не представляла, насколько крупная эта организация. К счастью мне снова повезло, и я нашла его дело быстро – в течение часа. Оказывается его, зовут Эдвард Энгельт, он мой ровесник, рост 182 см, подопечный – Сигмунд? Что за...? Пролистав всё дело я узнала, что он был переведён из другого отдела и, по-видимому, более серьёзного. Его успехи поражали. Он точно человек? Поняв, что меня до сих пор не обнаружили, я решила ещё немного покопаться в документах и обнаружила нечто интересное. Досье некой Хлои Энгельт – русоволосой голубоглазой девушки с чем-то мальчишеским в лице. Наверное, взглядом. Судя по личным делам, они не женаты, и единственное объяснение общности их фамилий – кровное родство. Однако странно, что они ничуть не похожи. У них разный цвет глаз, волос, несхожие черты лица. Я бы возможно ещё покопалась, ища сходства, но в архив вошёл молодой человек, напевая какую-то мелодию, и застыл в обалдевшем состоянии, обнаружив меня. — Привет, — поздоровалась я, будто он был моим другом. — Привет, — отстранённо ответил он. — Ты не против, если я уйду? — радужка моих глаз начала слабо сиять и парень робко кивнул. Гипноз – обалденная штуковина. Я подошла к двери, сжав в руке рукоять кинжала, и не зря. На меня набросился оборотень в шкуре волка, двое других оставались в облике человека. Кому-то я полоснула по руке кинжалом, но у меня его быстро выбили из рук. В суматохе невозможно было понять кто где, однако я знала, что своих здесь нет, и я спокойно разрезала тела оборотней своей серебряной кровью – идеальным оружием. Для вампира серебро, словно раскалённый метал, но на меня оно действует положительно, что раньше меня пугало. Не успела я пробежать и пяти метров, как меня окружили охотники, волки и оборотни. Они начали стрелять без предупреждения, что было вполне предсказуемо. Пара пуль меня зацепила, но я выбралась оттуда. Зато потом мне сильно досталось. Я не помню всего произошедшего, только огонь, лужи крови и размытый образ успешного охотника – Эдварда. Если бы не Шанна, я бы не выбралась оттуда. Меня бы точно начали исследовать, так как даже если у меня в руках взорвётся бомба, я не умру. Для этого нужен священный кинжал, который могут достать немногие. Похоже, это действительно была дурацкая затея. Но теперь я знаю своего врага. Интересно, а он знает обо мне что-нибудь? Меня особо отметили охотники. Вроде он даже обязан обо мне знать. — Как ты? — заботливо спросила Шанна, присевшая на краю кровати. — Я перенесла тебя сюда, когда ты чуть не сгорела, — и действительно. Тело адски пылало, но это вполне приемлемо. — Я в порядке, — прохрипела я, выдыхая жаркий воздух перемешанный с пеплом. — Тогда объясни мне: какого чёрта!? — Что именно? — Когда ты начнёшь меня слушать!? — А зачем? — Вот пока тебя не покалечат, ты не сообразишь, что затея глупая! — Не истери. Без тебя шумно. — Луна! — возмутилась Демонесса и продолжила свои нотации. Но я её уже не слышала. Единственное, что меня заботило – это сладкий крепкий сон.