Избранная. История Луны.

Сколько я уже тут нахожусь? Наверно, пару часов. А, может, уже несколько лет? Или прошло всего пару минут? Чёрт! Это просто невыносимо! Чистилище – это жутко. — Луна, мы не можем определить тебя в Ад или Рай, так что ты отправляешься обратно на Землю. В запасе у тебя ровно год. По его истечении ты умрёшь и будешь направлена в один из миров, — резко выдернули меня и сообщили данную новость. Кто это был, я не знала, и как-то не горела желанием выяснять. Просто кивнула, и меня моментально выкинули на Землю. Буквально. Смачно ударившись оземь, я закашлялась от нахлынувшей боли. А они оперативно работают. Холодно. И пар изо рта идёт. Странно. Раньше никогда не шёл. Ночь. Красивая, звёздная. Идёт снег. Холодные хлопья падают мне на лицо. Как приятно. Знать бы, сколько меня не было. Пора бы наверно уже подняться и оглядеться. Блин. Всё тело ломит. С какой же высоты я упала? А, ну и фиг с ним! Так! Я в какой-то деревне. Шикарно. Ещё и ни Евы, ни Шанны. Ну и как мне прикажите ориентироваться? Интересно, далеко ли я от дома? Надо кого-нибудь найти и поспрашивать. Ой, а есть-то, как хочется. Точно! Найду кого-нибудь, расспрошу и съем. Вот он выход. Не дрейфь, Луна! И не из такой задницы выбирались. Сделав пару шагов, я поняла, что мне совсем хреново. Из-за отсутствия демона и богини было ощущение полной опустошённости и невероятной легкости, такой, что казалось, будто я вот-вот улечу. Вдобавок ко всему мне было жутко холодно. Шанны нет и греть меня некому. Как назло ещё и на улице никого нет. Хотя, погодите-ка. Там вроде кто-то идёт. На вид мужчина лет сорока. Судя по запаху, трезвый. Отлично! — Мужчина! — окликнула я его. Он обернулся и с удивлением уставился на меня. Оно и не мудрено. Я в легкой кофточке и джинсах, а сам мужчина укутался в куртку, обмотался шарфом и ему всё ещё было холодно. — Здравствуйте. Я заблудилась. Не подскажите, где я нахожусь? — «Буханово», — сухо ответил мужчина. — А до Москвы далеко? — Не очень, — так же сухо отвечал человек. — А как вы тут оказались? Я не вижу вашей машины, — мужчина ещё больше повернулся ко мне и я заметила пистолет с гравировкой западной гильдии охотников. Вот попала. — По дроге я поссорилась со своим парнем и он высадил меня тут, — молодец, Луна. А ещё более бредовой истории придумать нельзя было? Он точно мне не поверит. — Не слишком вежливый парень. Вам не холодно? — заслышав этот вопрос, я поняла, что совершенно не дрожу и не делаю никаких движений, какие должны делать люди которым холодно. — Вы голодны? Хотите есть? — Да. Думаю, я поем, — я выдвинула клыки и приготовилась нападать. Больше нет смысла играть в человека. Мужчина быстрым движением достал пистолет и выстрелил. Снег окрасился в алый. Пуля застряла в промёрзшей земле и обескровленное тело охотника упало рядом. Я же стёрла с губ остатки крови. Как бы мне ни хотелось думать, что я не такая уж и плохая - это невозможно. У моих ног лежит доказательство того, что я далеко не положительный персонаж. Вдруг в ноге раздалась сильная боль. Оказалось, меня укусил волк. Хотя, скорее полукровка. Я быстрым и сильным ударом отбросила его, вцепившись когтями в холку. Теперь придётся выковыриваться кровь из-под ногтей. — Не двигайся, а то выстрелю, — послышалась угроза из детских уст. Мальчик лет десяти смотрел на меня с ненавистью. Двуствольное ружьё казалось слишком большим для этого ребёнка. — Неужели? — скептически спросила я, хотя уверенности в том, что малец не будет в меня стрелять, не было. У него уж слишком жуткий взгляд. — А тебя мама не учила, что в людей стрелять не хорошо? — Ты не человек! — крикнул мальчик так, что ружьё опасно дернулось. Да и собачка в себя начала приходить. — И кто же я по-твоему? — Ты – вампир, — в эти слова было вложено столько боли и ненависти, что мне стало как-то не по себе. Резко сдвинувшись с места, я обошла мальчика и ловким движением руки выхватила ружьё из его рук и погнула ствол, сжав в руке. — Что ты!?... — Пушки детям не игрушка. — Порождение самой тьмы! — крикнул мне мальчик, и, ударив ногой, скрылся в одном из домов вместе со своей шавкой. Вот поганец! Но мне сейчас не до него. Надо куда-нибудь спрятать труп. Сжечь я его не могу, имитировать смерть от зверя тоже… Что ж. Оттащу его в лес, а там разберёмся. Схватив охотника за ворот куртки, я мало того что порвала пуховик, так ещё и ноготь сломала. Не без труда, но я всё-таки дотащила эту тушу в лес и бросила под какое-то дерево. Чёрт! Жутко холодно. Надо как-нибудь согреться, вот только… Мысли так и не успели пронестись в голове. Меня повело куда-то в сторону и через мгновение я встретилась лицом с холодным снегом. Тело отказывалось двигаться, в глазах двоилось, а голова медленно, но верно «выключалась». Я на секунду прикрыла глаза, а когда открыла их вновь, то оказалась коряво лежащей на потрёпанном диванчике в полуразвалившемся доме. Попытки пошевелиться отдались болью в пояснице, затылке и левом боку от чего я непроизвольно болезненно застонала. — Проснулась? — раздался сердитый мальчишеский голос. Я взглянула в сторону, откуда он доносился, ибо повернуть головой я была не в силах, и увидела сидящего на полу настороженного паренька с перебинтованной собакой, слабо рычащей на меня. — Давно я… — Ты проспала около десяти часов. Пока я тебя сюда тащил, пару раз уронил, поэтому у тебя может болеть тело, — перебил меня ребёнок. — И зачем ты меня сюда тащил? — я всё-таки поднялась, перетерпев боль, которая начинала понемногу сходить. Мальчик только пожал плечами, пытаясь сохранить как можно больше хладнокровия, но в глазах ясно читалась растерянность. — А где твои родители? — спросила я, осматриваясь. Домик был маленький, держался «на соплях», обогревала его одна только печка, вещи разбросаны, и вообще было ощущение заброшенности. — Их убили такие, как ты. Два года назад они ушли на работу, и вернулся только Раварус, — мальчик кивнул в сторону собаки. — А с чего ты взял что… — Они были охотниками! — мальчик резко поднялся и стал в такую позу, будто собирался драться. — Ладно, ладно. Не пыли. Тогда Раварус, выходит… — Волк! — с гордостью сообщил ребёнок. — Ты всех так перебиваешь? — спокойно спросила я, удобно разместившись на диване. — Я особо не с кем не общаюсь, — замялся мальчик. — У тебя нет друзей? Ты живёшь один? — С Раварусом! — запротестовал ребенок и даже волк поднялся и гордо фыркнул. — Я уже уяснила, как зовут твоего пито… друга. А тебя как называть? — я постаралась сделать как можно более дружелюбное лицо. — Александр Викторович Кровяков. — Хорошая фамилия. Я запомню, — снова улыбнулась я. Почему-то при общении с этим мальчиком что-то щемило в груди и подкатывал ком к горлу. — Меня можешь звать Луной. — Странное имя. — Уж какое есть, — я попыталась встать и поняла, что с подобной болью в пояснице я до Москвы не дойду. — А у твоих родителей была машина? — Да, но она не заводится, — отмахнулся Саша и достал из тумбочки какую-то банку консервов. — Ты нормально питаться не можешь? — спросила я, зажав нос, когда мальчик открыл банку. Как такое можно в рот положить? Жуть какая. — Если бы было что-то нормальное, ел бы. Помявшись немного, я всё же вышла во двор. Забор покосился, кое-где валялись деревянные колышки, калитка была аккуратно прислонена к дереву, а около сарая стояла вполне приличная машина. Я ещё ни разу не видела охотников, ездящих на старых развалюхах и, скорее всего, никогда не увижу. Внедорожник и правда не заводился, но как только я залезла в двигатель, всё стало понятно. Конечно, машина не заведется, если в ней хворосту на три костра. Провозившись с вытаскиванием веточек, листиков и прочего хлама около часа, я всё-таки смогла заставить эту машину работать. Надеюсь, бензина хватит до ближайшей заправки. Не без отсутствия проблем я выехала на трассу и, проехав не больше пятисот метров, остановилась. Ну не могу я бросить этого парнишку одного. Он и так, видно, натерпелся за эти два года. Вдобавок ко всему, я сломала его ружьё. Ненавижу совесть! Она либо толкает на совершение глупых и жутко невыгодных поступков, либо будет грызть изнутри всю оставшуюся жизнь. Оставив машину около места где должна, по плану, стоять калитка, я твёрдым шагом направилась в дом. Александр лежал на подранном диванчике и листал какую-то книгу, подозрительно похожую на «Пятнадцатилетнего капитана». Я же, без объяснений и прочей подобной фигни, схватила его за ноги, и с помощью нехитрых манипуляций перекинула чрез плечо. А силушка-та вампирская во мне осталась. — Стой! Куда это ты меня тащишь? А ну поставь меня на место, кровопийца жуткая! — орал и брыкался ребёнок, пытаясь высвободиться из моих «цепких лап», как он сказал. — Можешь взять свою шавку с собой, — вполне спокойно сообщила я мальцу, усадив на переднее сиденье и витиевато замотав в ремень, чтобы он ближайшие минуты три никуда не убежал. — Раварус, помогай! — волк молниеносно добежал до меня и напал, но в этот раз я была готова и ловко засунула животное в багажник. — Ах ты, чёртово отродьё! Порождение тьмы! Посланник Ада! — Да успокойся ты. Я тебя в город вообще-то везу. Не понравится - всегда сможешь вернуться. Ты же мне всё-таки помог. — А нормально никак нельзя было? Обязательно было меня хватать? — Таков мой стиль. Привыкай, — самой бы привыкнуть. — Выпусти, пожалуйста, Раваруса. Он не будет кусаться. Я обещаю, — попросил Саня, слегка надувшись. Ну как откажешь такому милашке? Волк, и правда, вёл себя смирно. Он чётко слушался своего хозяина. А со мной и НИКА, бывает, спорит. — Бензин кончается, — услужливо напомнил мне мальчик, когда мы проехали пару километров. — Я знаю. Вон заправка. — А деньги у тебя есть? — в ответ я лишь фыркнула. Денег у меня не было, и быть не могло. Я же только из Чистилища. — Ну и как ты будешь платить? — с ехидством спросил Саша, как только мы приехали на заправку. — Смотри и завидуй, — ухмыльнулась я. — Полный бак. Дизельное. И вам жутко хочется заплатить за нас. — Конечно-конечно. Я сам за вас заплачу. Вы позволите? — Как любезно с вашей стороны! Спасибо огромное! — я вернула на место отвисшую челюсть Александра Кровякова и, развернув его самого, направилась к машине. — Гипноз – великая сила. — Ты его загипнотизировала!? — с восторгом воскликнул мальчик и аж подпрыгнул. — Ну, я вампир, как-никак. Дальнейшая дорога была вполне спокойная и тихая. Раварус уснул первым, а за ним и Саша. До города мы доехали относительно быстро, но там встряли в пробку, хотя это вещи совершенно обыденные. Как же я соскучилась по действиям, пусть и таким нудным. Наконец я могу что-то делать, перед моими глазами протекают события, каждую секунду что-то меняется. В Чистилище я была лишена этого. Какое счастье жить. Жить и двигаться. На улице не было никого, когда я подъехала к своему дому, однако он не казался пустым и, тем более, заброшенным. Саша сладко спал на пассажирском сиденье, и мне совершенно не хотелось его будить. Раварус тоже дрых. Он очень похож на своего хозяина. — Саша, — протянула я, тормоша ребёнка. — Саша, мы приехали, — мальчик неохотно открыл глаза и осмотрелся, пытаясь понять, где он. — Это твой дом что ли!? — внезапно завопил малец, отчего Раварус проснулся и тяпнул меня за руку. — Угомонись ты! Глупая шавка, — рыкнула я на волка-полукровку и отпихнула его локтём. — Да, это мой дом. Только не кричи так. Пошли, — обратилась я к восторженному мальчику. К моему большому сожалению, Саша выпустил Раваруса из машины. Я же, не спеша, подошла к входной двери и внимательно осмотрела её. Замка вроде не меняли. Это хорошо. Значит, я смогу войти. Только я потянулась к дверной ручке, как дверь распахнулась, и меня сбил с ног робот и в направление моего лица полетел стальной кулак. Я сжала его прямо перед своим носом, вжав голову в асфальт. — М015, деактивируйся! — опознавание голоса сработало на «ура» и робот отрубился. Я, кряхтя, скинула его с себя и поднялась. Из дома вышел Барон, на которого я и наорала. — Вы совсем охренели!? А если бы он мне голову пробил!? Хорошо вы здороваетесь! — Луна? — тихим голосом спросил Дима. В его глазах виднелись ужас, недоверие и шок. — Нет, блин, Шарик! — я жутко злилась. Рука болела от мощного удара робота. — Мама, это ты! Я знала, что ты вернёшься! — из дома выбежала НИКА, откинув Диму в сторону, и сжала меня в объятьях до хруста в костях. В доме же то включался, то выключался свет, сигнализация и прочая подобная муть. НИКА действительно была взволнована и даже чересчур эмоциональна. — Я тоже рада тебя видеть, только отпусти меня, — прохрипела я, понимая, что ещё немного, и она сломает мне второе ребро. — Да, конечно! — улыбка брюнетки была очень широкой. Я даже стала переживать, как бы не перегрелись «мышцы». Вдруг мимо меня пронёсся Раварус, и насколько я успела понять, нёсся он к Барону. Быстро сориентировавшись, я схватила волка за хвост и откинула к обездвиженному роботу. — Ты что творишь!? — разозлился Саша и кинулся на меня с каким-то маленьким ножиком, который я быстро выбила у него из рук, а самого мальчика подняла на уровень своих глаз, за те же руки. — Пусти меня! А ну пусти! — брыкался ребёнок. — Ты чего разорался? Испугался? — Ничего подобного! Я ничего не боюсь! — Ну и отлично, — вздохнула я и, не отпуская Александра, повернулась к вампиру и НИКА. — Это Саша, он будет жить с нами, как и вон та шавка, — кивнула в сторону волка. — Они не злые, но им требуется дрессировка. Не убейте их, пожалуйста. — Что!? Что значит «не убейте»!? — снова разорался мальчик и с удвоенной силой продолжил вырываться. — Перестань орать и злить меня, а то я тебе запястья переломаю, а щенка твоего на чебуреки пущу, — прорычала я Саше, от чего тот нервно сглотнул и, кажется, даже дышать перестал. — Ну ты даёшь, — выдохнул Дима, сползая по стенке. Я лишь пожала плечами. Сашу я отпустила и приказала НИКА заняться Раварусом, у которого травм было предостаточно. Робот скрылась с волком в подвале, а совершенно не изменившийся Барон ушёл куда-то с напуганным Александром. Я же осталась одна. Опять. Даже Шанны рядом нет. Я легла на кровать и посмотрела на свою ноющую руку. Царапины зарастали медленно, а кости и того хуже. Сломанное ребро мешало дышать. Я стала совсем слабой. Неужели такой я останусь навсегда? Холодно. Ночью распахнулось окно и всю комнату занесло снегом. Дом отчего-то весь промёрз, поэтому белые хлопья не таяли. Внизу что-то бурно обсуждают. На душе как-то тоскливо. Эда рядом нет, пристанище разгромили, у Седрика даже могилы нет. Из всех, кого я знала, осталась жалкая горстка. Никогда бы не подумала, что Шанны не будет рядом. Я совершенно разучилась жить без неё. Лениво поднявшись, я закрыла окно и спустилась вниз. Непонятная боль гуляла по телу. Особенно она меня не отвлекала, так что я просто игнорировала её. Оказалось, что на первом этаже спорили Дима и Саша. Вампир, как истинный аристократ, выслушивал мальчика и делал колкие комментарии, на что юному хозяину волка-полукровки частенько было нечем ответить. Пусть они и ссорились, но общее настроение было какое-то семейное. Почти как в пристанище. — По поводу чего спорите? — поинтересовалась я у мужчин, облокотившись на перила балкончика. — Он хочет выгнать Раваруса! — уже хрипел Саша. — Почему? — обратилась я к Барону. — Я не хочу его выгонять, просто считаю, что волк не должен жить в доме. Особенно в доме вампира. — Логично. Ты не находишь? — задала вопрос я, маленькому защитнику, облокотившись на поручни балкончика. — Но на улице холодно! Раварус ведь замёрзнет! — Хочешь сказать, что это жестоко? — Очень! — Но он нападает на нас. Тут либо мы его убьём, либо выгоним. — Раварус?! — возмутился Кровяков и посмотрел на своего пса. Тот только прижал уши к голове. — Он больше не будет! Я обещаю! — Запомни свои слова. Если эта шавка ещё хоть раз выкинет что-то подобное, за дрессировку возьмусь я. А я могу быть очень жестокой. Это понятно? — Понятно, — кивнул ребёнок и вместе с Раварусом ушёл в свою комнату. — Он... — Сломал НИКА? — перебила я бывшего Барона, спускаясь по лестнице. — Перегрыз ей горло. Она заискрилась и почти сразу отключилась. Как и всё в этом доме. Может Раварус и полукровка, но всё же волк охотников. — Умная шавка. НИКА я починю в течение дня, но дома пока будет холодно. — Луна, — окликнул меня вампир. — Чего? — Почему ты их привезла? — Не знаю. Они остались одни. Саша потерял семью. Не смогла их оставить. — Ты не одна, — глаза Димы излучали жалость и заботу. — Я знаю, — ответила я, изобразив на лице благодарную улыбку. С НИКА ничего страшного не произошло. Просто Раварус перегрыз ей парочку проводов (грубо говоря). Никакой информации не потерялось. Всё, что мне оставалось – это просто присоединить голову к туловищу. Крови в холодильнике было мало. Настолько мало, что одному вампиру крайне сложно прожить, не то, что двум. Похоже, за эти два года наши дела не улучшились. Но, как бы то ни было, всё равно стоит поинтересоваться деталями у Димы. Насколько я успела понять, бывший Барон очень ловко орудует протезом, отчего на душе появилось приятное чувство, сравнимое с пониманием собственной нужности, только в то чувство примешалась ещё капля скорби и печальной вины. Да уж. Сколько дров я тогда наломала… — Как продвигается работа? — спросил Дима откуда-то с лестницы в подвал. Вместо ответа я активировала НИКА, вследствие чего по всему дом прошёлся механический скрежет и щелчки закрывающихся замков. Заработало отопление и свет. Дом снова ожил и принял нас в свои тёплые объятья. — Как вижу, хорошо, — усмехнулся вампир. — Дим, — обратилась я к своему старому другу, но отчего-то не смогла заговорить сразу. — Чего? — по-житейски бодро и позитивно спросил статный чистокровный, заглянув в холодильник с кровью. — Как обстоят дела с охотниками? То есть, я хочу спросить, улучшилась ли ситуация за эти два года, что меня не было, или же…— затараторила я. — Сначала было совсем плохо, но теперь лучше. Хотя, не могу сказать, что мы можем жить, так же, как и раньше. Многие охотники, которые сначала боролись с нами поодиночке, теперь стали собираться в группы, однако оборотни на нас больше не нападают. Не могу сказать, что ситуация улучшилась или ухудшилась. Просто жизнь изменилась, — разъяснил мне всё Дима и по-отечески тепло погладил меня по голове. — Мы всё ещё можем охотиться, а пока у нас есть такая возможность - мы живы. — Всё так сильно изменилось. Я совершенно не приспособлена к этой жизни. — Не переживай. Ты привыкнешь к этому. Просто тебе нужно время, — пытался утешить меня Барон. Хотя какой он Барон? Клана больше нет, а я продолжаю его так называть. Привычка. — Не кисни! Ты же была одной из сильнейших вампиров. Ты даже была королевой, — да, но тогда со мной была Шанна и я была холодна, как лёд. — Давай не будем говорить о прошлом? Для настоящего оно совершенно бесполезно. — Ты совершенно не меняешься, — Дима снова потрепал мои волосы. Этим жестом он словно давал мне понять, что у меня есть семья и что мне совершенно нечего бояться. Так же делал Седрик, когда учил меня вампирской жизни. И Эдвард… Он делал это просто так. Без всякого повода и умысла. Он просто трепал мои волосы и жизнерадостно улыбался. Я чётко помню то время. Тогда ему было шестнадцать и жизнь в нём била ключом. Впрочем, как и во мне. — Я пойду, поохочусь. Это уж я умею, — сказала я своему собеседнику и направилась к лестнице наверх. — Не лезь на рожон, пока во всём не разберёшься, — посоветовал мне повидавший многое вампир. Я кивнула и отправилась наружу. Я надела самое тёплое пальто, которое у меня имелось, но всё равно было жутко холодно. Зима в этом году холодная, да еще и зимних вещей у меня нет. Пальто, что на мне, осеннее, и было куплено только ради того, чтобы не выделяться из толпы. Раньше меня грел жар души Шанны, однако сейчас приходится обходиться самой, что не так уж и просто. В многолюдное место я идти не решилась, посчитав, что там больший риск нарваться на группировку охотников. Да и свидетелей за городом как-то меньше. В общем, жертву я нашла быстро. Человек был один, вокруг никого, бегать быстро, вроде, не должен. Как только я уже собралась напасть, прямо передо мной выскочил оборотень и, со скоростью бешеной белки, загрыз так и не пойманного мною человека. Он принялся грызть, разрывая плоть и ломая кости с характерным хрустом. Кстати, сам оборотень был в хорошей форме. Шерсть была равномерная, густая, зубы белые, как только что выбеленная рубашка, мышцы развиты настолько хорошо, что, приглядевшись, можно было увидеть, как они сокращаются. Я была замечена оборотнем далеко не сразу, однако, когда это произошло, он смерил меня скептическим взглядом и, слизав кровь с клыков, повернулся ко мне всем своим телом. — Как тебя зовут? — прорычал оборотень, недоверчиво вглядываясь в меня и скалясь. — Луна… Саванова, — дополнила я, заметив, что оборотень готовится к нападению. Этого мне ещё не хватало. — Да неужели? Насколько я знаю, Луна Саванова умерла два года назад, — всё более угрожающе рычал внушительных размеров волк. — Убили. Однако, я вернулась, — как можно спокойнее отвечала я. Признаться честно, волнение нарастало всё больше и больше. К схватке со здоровым и вполне жизнеспособным оборотнем я была ещё не готова. Физически я не совсем восстановилась после чистилища. — Только не говори мне, что ты хотела напасть на этого человека, — насмешливо произнёс оборотень, трансформируясь в человека на ходу. Его голос так же менялся и, в конечном итоге, передо мной стоял статный красавец с замашками альфа-самца. — Рем? — удивлённо воскликнула я, сама не подозревая почему. Ведь нет ничего удивительного в том, что я повстречала его вполне живого и здорового. Наоборот, это Рем должен удивляться тому, что перед ним стою я, хотя он совершенно не удивлён. Скорее, немного недоверчив. — Да, это я. Живой, здоровый и до сих пор любящий книги и кофе, — улыбнулся мне, измазанными в крови губами, парень. — А где твоя стая? — Дома сидят. Отдыхают после напряжённой охоты. А я вот решил немного подкрепиться. — Ты не ел, когда вы охотились или вы никого не поймали? — Трудно прокормиться крупной стае оборотней. Проще накормить их и потом найти еду себе, — ответил Рем, вытащив из куртки платок, которым стер кровь с губ. — Я знаю одно местечко, где обычно тусуются вампиры. Не знаю, откуда они берут кровь, но могу проводить, — любезно предложил оборотень. — Нет, спасибо. Я не настолько голодна, — поспешила отказаться я. Не любитель я компании вампиров. Особенно незнакомых. Особенно после двухгодовалого отсутствия. — Тогда по чашке кофе? — Тоже знаешь местечко? — Я этот город вдоль и поперёк избегал. В конечном счете, мы зашли в небольшое кафе и действительно заказали только по чашке кофе. Рем многое мне рассказал об изменениях, произошедших за эти два года. Оказалось, что вампиры и оборотни теперь помогают друг другу. Охотников, если и находят, то грызут сразу и чтоб наверняка. Потери с нашей стороны тоже немаленькие. В общем, если раньше была какая-то система и всё это было похоже на войну, то сейчас вся подобная ситуация больше смахивает на бойню. — Блин, всё так изменилось! А меня не было какие-то два года, — расклеилась я, отпив немного принесённого мне вина. — Не кисни. Привыкнешь ещё. Так, где ты была всё это время? — Рем, — протянула я. — Чего? — Ты не поверишь, если я расскажу. — А ты попробуй. — Про Ад и Рай знаешь? — Да кто ж не знает? — Так вот я застряла где-то между. Это место называют Чистилищем. — Шутишь. — Я же говорила, что не поверишь. — Тебе уже хватит, — Рем забрал у меня бокал и поставил так, чтобы мне было не дотянуться. — Рем, это правда. — Хорошо. Предположим. И что… ты…Эм. Ангелы, демоны… Они существуют? — Демоны есть. А вот ангелов не существует. Люди придумали себе сказку. Единого бога тоже нет. Их много. Они создали нас, а их создали Две Великие Сущности. — И что это за сущности такие? — абсолютно не веря и даже с каким-то снисходительным тоном, с каким общаются с умалишёнными, спросил Рем. — Их называют светом и тенью, добром и злом. Всё в этом духе. Но ты мне не веришь, да? — А как в такое можно поверить? Может, тебе обратиться к врачу? — Рем, со мной всё нормально! — вспылила я и стукнула кулаком по столу. Стёкла из окон моментально выбило, а все стеклянные предметы в помещении разбились. Это я что ли это сделала? Но со мной нет ни Евы, ни Шанны. Как же тогда?... В голове нарастал звон. Очень похожий на противный звук, когда ногтями проводят по стеклу или школьной доске. В общем, жутко. Противная дрожь прошла по моим костям, а в голове словно сломалось и, звеня, давило на череп. Ощущение жуткое. Очень жуткое, уж поверьте. — Луна, у тебя кровь, — с беспокойством сообщил оборотень и протянул мне салфетку, которая почти сразу пропиталась тёмной кровью. Даже в те времена, когда я была человеком, у меня носом кровь не шла, а тут… Ой, как мне всё это не нравится. Ой, не нравится. — Да об этом во всех новостях говорят! — кричал на меня Дима, расхаживая из угла в угол. — В который раз говорю: «Я не специально!», — отвечала я разъярённому вампиру, рассматривая кровоточащую десну. У меня кровь откуда только не шла. — Ещё бы ты специально! Там столько охотников собралось… Мы тебя еле вытащили! Скажи спасибо стае Рема, иначе тебя бы уже не было! — Да. Я слишком слабая. — Луна, я не это имел в виду. — Я знаю. Не переживай. — Луна, мне принести тебе лекарство? — появилась услужливая НИКА. Я отрицательно помотала головой. Как бы то ни было, но Дима прав. Без Шанны и Евы я просто вампир. Ничего особенного. — Луна, вот это ты отожгла! Супер! — влетел в комнату Саша, с видом пятилетнего ребёнка нашедшего полную морозилку мороженного. — Слышь, малявка. Ты меня начинаешь жутко раздражать, — прорычала я на пацана. Раварус рычал в ответ, но нападать не решался. Становилось жарко. Очень жарко. По дому разнёсся звук сирены. Вскоре последовало аварийное отключение. НИКА перегрелась. Отчего бы это? Я же её недавно чинила. На лице подростка нарисовался ужас, смешанный с восхищением. Дима же отошёл в дальний угол комнаты. Мою спину словно что-то жгло. Хотя, точнее будет сказать, что за моей спиной стояло что-то горячее, и жар этого чего-то касался моей спины. Боковым зрением я заметила лепестки пламени. Да. Именно лепестки. Огонь казался таким нежным и плавным, что хотелось его потрогать. Не без страха я повернулась. Вы когда-нибудь видели ангела? Вот теперь представьте что у этого ангела вместо перьев те манящие лепестки пламени, а часть похожая на человека – силуэт из огня, такого жаркого, что кажется, подойди ближе и ты испаришься от этого жара. Я не с чем не перепутаю это чувство дикого ужаса, восхищения и осознания того, что ты ничтожно мал, по сравнению с существом стоящим пред тобой. Пламенные руки протянулись ко мне и робко коснулись лица. Они были тёплые. Теплее, чем у человека, но они не способны испепелить. — Рада тебя видеть, Шанна, — улыбнулась я, и демон сжала меня в своих крепких объятьях. — Я ведь знала, что ты жива, — шептала Шанна и обжигала меня своими ледяными слезами. — Меня фиг убьёшь. Да? — Дура ты, — демон, представляющий собой жгучее пламя, влился в моё тело и смешался с душой. Внутри стало так тепло. Тепло, уютно и защищённо. Сила первого демона разливалась по всему моему телу. В лёгких скапливалось что-то горячее. В итоге я выдохнула пламя. Горло сначала жгло, но потом появлюсь, чувство сродни щекотке. — Ого, — сдавленно выдохнул Саша, уже усевшийся на пол и сжавший в объятьях своего волка-полукровку. — А это кто? — прозвучал странный голос, словно в компьютерной обработке. Я и забыла про это. Первое время Шанна говорит через моё тело. Звук души и человеческий голос смешиваются, что даёт столь странное звучание. Мальчик аж вжался в ковёр. Да уж. Помниться Хелена тоже боялась, когда Шанна начинала разговор. Надеюсь, в этот раз демон обвыкнется быстрее. Я подошла к небольшому зеркалу, висевшему над столиком, и начертила символ. Он держит магическое существо в отражающей поверхности, и не даёт ему лазать в душе носителя. И неважно демон это или бог. — Его зовут Саша. Я наткнулась на него в деревеньке с весёлым названием, — ответила я на, ранее прозвучавший из моих уст, вопрос. — О-о-о. Это всё меняет, — саркастично протянула демонесса, взирающая своими, жутко похожими на врата в Тартар, глазами, из зеркала с кованой рамой. — Привет, Дим, — махнула она рукой, на что вампир ответил тем же. Саша постепенно начал отходить от шока. — Где ты всё это время была? — крайне серьёзно спросила я Шанну. — Я тут уже, который день жизнью рискую, причём не только своей, а тебя даже на Земле не слышно. — После твоего убийства мы с Евой перешли к Аиде, по праву родства, — ответил мне демон, предварительно скривившись. — А там, где проживает твоя сестрица, маловато демонов, которые что-то да могут, а у душ я как-то не в авторитете. Так что информации у меня было с гулькин нос. Мы, конечно, можем чувствовать твоё присутствие, но мы как-никак в разных мирах, и это немного осложняет дело. Мне показалось, что я слышала твой крик, и помчалась проверять, а Ева… Она уверена, что ей просто показалось. И вообще! Зачем ты засунула меня в это зеркало?! — Тебе, как демону со стыдно сказать каким опытом жизни, должно быть известно, что разговор с самим с собой со стороны выглядит как минимум странно, а этот пацан и так в ужасе, — ответила, попутно указав на только что поднявшегося Сашу. — Здрасте, — тихо поздоровался в ответ Кровяков. — Жутко обаятельный малый, — хихикнула Шанна. — Я очень рада, что ты жива, — повторилась она и улыбнулась той улыбкой, которой улыбаются дети при виде дурацкого фокуса, кажущегося им чудом. Спустя неделю после появления Шанны я, наконец, выпустила её из зеркала. Счастью её не было предела. Она жутко смахивает на ребёнка. Такие же эмоции и столько же задора. О, это незабываемое чувство, когда ты наелся до сыта и бежишь от охотника петляя по лесу, натыкаясь на его коллег! Как же я скучала по этим ощущениям, щекочущим нервы и заставляющим, задыхаясь от наплыва эмоций, бежать навстречу опасности! Шанна тоже ловила кайф от всего этого, вместе со мной уворачиваясь от пуль и острых лезвий, подпрыгивая и взлетая выше елей попутно смеясь, словно на концерте. О да! Наконец я чувствую себя в своей тарелке! — Луна, ты собираешься вставать вообще!? — сорвался на крик Дима, в очередной раз, пройдя мимо моей комнаты, в которую я вернулась минут семь назад. — Да иду я! — ответила я, стараясь как можно быстрее снять с себя, пропахшие хвоей вещи и надеть что-нибудь домашнее. Бывший Барон был жутко против моих вылазок, потому что, как он говорил: «Ты привлекаешь к себе слишком много внимания». — Раньше он не казался мне таким занудой, — разочарованно пролепетала Шанна, подавая мне лифчик. — Раньше и ситуация другая была. Он скорее не занудный, а заботливый. — Надо же, как ты заговорила! — воскликнула Шанна, вскинув руки вверх, как это обычно делают причитающие бабульки. — Да, Чистилище на тебя благотворно действует! — в ответ я только показала язык и побежала вниз. Чувство некой ностальгии сегодня просто не покидает меня. Я прямо впала в детство. Будто мне всего пятнадцать и я человек. Таких позитивных эмоций… Да что там. Вообще эмоций я невероятно давно не испытывала. — Ты словно в детство впала, — прочитал мои мысли Дима, протягивая мне чашку крепкого кофе. Боже как он пах! Этот великолепный запах с капелькой горечи я готова вдыхать бесконечно…. — Ты как маленькая, — рассмеялся вампир и продолжил читать свою газету, которая неуклюже развалилась на пустом столе. Мне отчего-то вспомнился Эдвард. Его нотки доброжелательности и заботы в каждом слове и жесте, поначалу раздражавшие меня, сейчас были так желанный мной. Мне хотелось услышать его низкий голос, почувствовать его запах и тепло тела. Почувствовать, как его заботливые руки касаются меня. — Дим, ты Шанну не вид…— влетела в дом Аида и постепенно стихла, увидев меня. Пару минут она тупо пялилась, а потом как завизжит… — Да, это я, — устало ответила я, на немые возгласы и невероятные мимичные выпады. — Как…— хрипло выдохнула сестра и упала на любезно поставленный Димой стул. — Теперь ты больше на себя похожа, — усмехнулся вампир, взглянув на меня. — Эм…— протянула сестра. — Я могу поговорить с Шанной с глазу на глаз? — Аида несвойственно для себя стушевалась и виновато похлопала глазками. — Не имею ничего против, — Дима как бы невзначай кашлянул и пошуршал газетой, но «любезная» правительница Ада благополучно оставила это без внимания. Пока сестрица шепталась с демоном, я услышала, как в районе двери в подвал раздался шорох. Могу поспорить на что угодно, что это Саша. Наверняка придумал какую-нибудь гадость. И правда. Через пару минут появился звук нарастающего щелчка. Только вот целился этот обормот не в меня, а в точную мою копию. Не думаю, что Аида будет рада, получить снарядом в лоб. Даже Дима заметил, как пацан неумело направляет пистолет в сторону правительницы Ада. Настоящая игрушка или стреляет лишь пластмассой, сказать не могу, но мне стало интересна реакция сестрички, которая чересчур увлечена разговором с Шанной. Мы с Димой только и успели, что переглянуться перед выстрелом. Пуля была настоящей и даже с пентаграммой. Специально для демонов. Шанна ловко увернулась, а вот Аиде пуля влетела в лоб. Кровяков промямлил что-то себе под нос, и уже было приготовился удирать, как моя сестра призвала своих воинов и направила на мальца. Чёрный вязкий туман со скоростью свихнувшегося шмеля нёсся прямо на единственного человека в доме. Не успела я и подумать, как уже зализывала ссадины, оставленные на моё предплечье, сильным ударом воинов Ада. — Луна, ты чего под удар лезешь!? — завопила Аида, потирая лоб, в котором до сих пор красовалась пуля. Если её не вынуть будет плохо даже сестре. — Этот пацан – та ещё заноза, но мне бы не хотелось его хоронить, — ответила, всеми силами стараясь не отвлекаться на оглушительное биение сердца. Как ни крути, а последний раз я ела очень давно. — Ты где таких бандитов откапываешь?! Даже я в его возрасте не позволяла себе подобных выходок! — всё не могла успокоиться Аида, мешая Шанне доставать пулю, которая в конечном итоге оказалась миниатюрной фигуркой демонессы. Однако Аида действительно говорила дельные вещи. Саша, конечно, хулиган, и это ещё мягко сказано, но чтобы стрелять вот так в людей… Хотя кого я обманываю? Он хотел меня убить. И, вероятно, убил уже не одного вампира. Этот ребёнок способен на подобное. Так отчего же мне не по себе? Словно что-то толкало его на жестокость, а я будто и не замечала всего этого. Да и Раварус куда-то запропастился… — НИКА, где его псина? — обратилась к своему роботу, направив взгляд в одну из камер внутри дома. — Скулит, забившись за шкаф, — донеслось из динамиков. Дима хихикнул в кулак, пытаясь сдержать смех. Саша одарил чистокровного таким взглядом, каким коренной англичанин смотрит на жителя африканского племени, во время жертвоприношения или чего-то вроде того. — Луна, ты ведь сегодня в хорошем расположении духа? — совершенно неожиданно спросила меня Шанна, не свойственно для себя, приобняв меня. В ответ я промычала что-то непонятное, но гласившее положительный ответ, после чего моя сестра и демон переглянулись. У вас было когда-нибудь ощущение, будто вас вывернули на изнанку, выбили из вас всю пыль и промыли с хлоркой? Вот у меня было что-то похожее. Когда я хотела, было отвесить колкое замечание этим дум заговорщицам, меня лишил как дара речи, так и возможности двигаться знакомый до боли в груди голос. — Луна? — прохрипел Эдвард, пропитанным удивлением и шоком голосом. Казалось мир замер вокруг меня, и я видела только его ошарашенное лицо. — Кто это? — ударил меня по темечку ещё более запоминающийся голос, от которого мне хотелось, разнеси всю округу. Этот голос был высокомерным, слащавым и жутко пренебрежительным. И принадлежал он Минди. Когда реальность просочилась, наконец, в мой мозг, я смогла понять, что нахожусь на свадьбе. И свадьба эта была королевы Минди и принца Эдварда. Моего Эдварда! Внутри было настолько странное ощущение, что я не могу его описать простыми словами. Казалось, что внутри меня разрастался огромный колючий ёж, но в то же время, словно появилась чёрная дыра. — Мне всё больше и больше кажется, что это была плохая идея, — раздался где-то позади шёпот сестры. — Уж лучше сейчас, чем потом, — еле слышно ответила демонесса, не сводя с меня своего обжигающего взгляда. Они знали! Они об этом знали и не сказали! Ладно, Аида, но Шанна! Шанна же прекрасно понимала, что я испытываю к Эду! Неужели нельзя было иначе? Меня словно заморозили снаружи и жгли изнутри. Впервые я чувствую такое. Да, конечно, Эд должен был жениться, я же умерла, но… Но мне было так больно видеть его сейчас. Таким живым, таким красивым и рядом с ней. С той женщиной, которая разрушила мою жизнь. Разнесла её до самого основания. С той женщиной, которая даже не помнит меня. — Луна, я так рад! — раздался такой мягкий, такой родной и счастливый голос. Эд обнимал меня. Его руки были везде, словно он не верил сам себе и хотел понять, что я действительно здесь. Он проводил своей сильной, но нежной рукой по моим волосам, плечам. Сжимал меня в своих объятьях так крепко, что у меня могли сломаться все рёбра. Но мне не было больно. Я, наконец, могла почувствовать его тепло… его запах… Я могла коснуться его, прижаться…. Утонуть в его тепле, в его любви… в его заботе. В тот момент я была настолько счастлива, что мне даже не верилось, что я существую. Это было похоже на сон. Эдвард затмил всё вокруг. Ничего другого больше не существовало для меня. Он был таким тёплым, таким родным… — Я люблю тебя, — вырвалось у меня настолько тихо, что мог услышать лишь он, стоявший так близко ко мне. Только он, так бережно и сильно сжавший меня в объятиях. — Я очень скучал, — ответил он мне так же. Его горячее дыхание обожгло мне ухо, и я заплакала. Да, я заплакала, от переизбытка эмоций, уткнувший носом в его шею. Как я могла раньше ненавидеть его? Такого своего. Такого родного.