Меня NE Волнует!

***

      — Вудс, мать твою! Как ты могла просрать такую подачу?! Мы же отрабатывали её сотни раз! — Лекса готова поклясться, что в этот момент, когда Пайк орёт на неё с противоположной стороны поля, его лицо такое же красное, как и бейсболка у него на гладко выбритой голове.       Она кусает губы, чтобы не засмеяться, и виновато разводит руками в стороны. Всему виной предстоящий серьёзный разговор с Кларк, который, кстати, должен состояться меньше, чем через двадцать минут после того, как Лекса пересечёт бровку и примет душ.       — Я просто упустила момент, когда Дина мне подала… Простите, такого больше не повторится, — пытается оправдаться брюнетка, наблюдая за приближающимся длинными шагами коренастым мужчиной.       — Упустить ты можешь только в штаны, Лекса! Заруби себе это на носу! Будешь и дальше так играть, я оставлю тебя на скамейке запасных во время игры со Стэнфордом, — сквозь зубы рычит тренер, встряхивая девушку за плечи.       — Только потом не просите меня выйти и помочь вытащить команду из вашей самолюбивой задницы, — на автомате огрызается Вудс, тут же меняясь в лице с озлобленного на растерянно-удивлённое.       За такое и леща можно отхватить, а от Пайка это может оказаться даже со смертельным исходом… Но вместо заслуженного наказания, тренер весело смеётся и легонько трясёт шокированную девушку за плечо.       — Молодец, Вудс! Всё-таки знаешь свою цену! Так старайся же её не опускать.       — Да, сэр! — облегчённо выдыхает брюнетка, готовясь вернуться к игре, но Пайк останавливает её и громко свистит в свой свисток на шее, оглушая всех, находящихся от него в радиусе пятнадцати метров.       — На сегодня всё! Продолжим завтра.       Абсолютно все игроки с хоть и уставшими, но довольными улыбками торопятся покинуть футбольное поле, кроме оставшейся стоять на месте Вудс. Она тяжело вздыхает, чтобы унять волнение, отдающее дрожью во всём теле и, вскинув голову к небу, прикрывает глаза.       «Как она могла узнать об этом чёртовом споре? Как? Что теперь будет?»       Лекса задаётся этими вопросами, пока на ватных ногах направляется в опустевшую душевую. На часах уже без десяти пять, и перед предстоящей встречей с блондинкой осталось совсем немного времени, чтобы привести себя в порядок, а заодно и постараться успокоиться. Под сильным напором струи прохладной воды, она практически не слышит осторожные шаги за кабинкой в душевой. Закрыв кран и обернувшись полотенцем, брюнетка открывает дверцу и шокировано застывает, крепче сжимая пальцами края белоснежной махровой ткани.       — Кларк? Что ты тут делаешь? — прочистив горло, спрашивает Вудс, как только к ней возвращается дар речи.       — Хотела бы я сама знать ответ на этот вопрос… — тихо отвечает девушка, отступая назад и завороженно любуясь длинными стройными ногами студентки, по которым скатываются крошечные капли воды, оставляя тонкие влажные дорожки, и при этом волнуя разбушевавшееся не на шутку воображение.       Первоначально в план Кларк входило отжать где-нибудь студентку и влепить ей хорошую пощёчину, при этом высказав всё, что она о ней думает, но, видимо, душевая оказалась для этого не самым подходящим местом. Мысли блондинки хаотично путаются и теряются в потаённых уголках воспалённого мозга… Ей нужно несколько мучительных минут, чтобы побороть это зависшее состояние и вспомнить, зачем она сюда пришла.       — Значит, всё это был… Был спор? — Эти слова отдают привкусом яда, и Кларк давится на половине фразы, стараясь сдержать себя в руках.       Она больше не отвлекается на идеальное тело брюнетки, а смотрит прямо в испуганные тёмно-хвойные глаза, будто стараясь по ним прочесть ещё не озвученный ответ. Это неприятно… Чертовски неприятно, и в большей степени потому, что Кларк испытывает какие-то чувства, пусть и на начальном этапе их развития. Но всё же она дала им возможность просочиться сквозь тонкую мембрану своей души, а затем манипулировать её привычной жизнью… Итог: она сорвалась и оттолкнула Финна.       — Это не то, что ты думаешь, — пытается оправдаться Лекса, она даже делает пару нерешительных шагов навстречу, но останавливается, совсем не ожидая того, что Кларк тоже шагнет вперёд. — Я… правда не знаю, зачем на это согласилась… Скорее, чтобы прикрыть за ним свои чувства, которые ни к кому ещё не испытывала, и которых… чертовски боюсь…       — Ты боишься, что тебе разобьют сердце? — сквозь ядовитую усмешку, холодно спрашивает Кларк, получая одобрительный кивок в ответ. — Но при этом разбиваешь сердца другим…       Лекса болезненно жмурится, подтягивая полотенце на груди. Ей кажется, что было бы намного проще, если бы блондинка напротив не стояла с невозмутимым видом и анализировала её, а сорвалась, накричала или ударила бы… А ещё она отчётливо понимает, что эта девушка с голубыми глазами теперь точно никогда не будет принадлежать ей. Вудс порывисто выдыхает, пугаясь собственной реакции на эти мысли, и смахивая проступившие на глаза слёзы.       — В чём суть спора? — с прежней интонацией спрашивает Кларк, но в ней что-то меняется; она растерянно кусает губы и сжимает ладони в кулаки.       — Что я пересплю с тобой… Но этот спор… Кларк, он ничего не значит. Я думала отказаться от него до того, как ты забрала меня из полицейского участка… Просто… Су-у-ука! — Вудс злится на саму себя, в истерике ударяя ладонью о бетонную колонну по правую сторону от блондинки, принуждая её испуганно вздрогнуть и отступить назад. — Мне было стыдно признаться друзьям в том, что я влюбилась в замужнюю женщину и мне ничего не светит… Но, чёрт… Я так была увлечена тобой и мыслью тебя заполучить… Что прикрылась этим спором из-за страха, что они меня не поймут. Мне так жаль, Кларк… Что теперь с нами будет?       Блондинка тяжело вздыхает, облокотившись спиной о колонну. Она несколько секунд смотрит задумчивым взглядом на студентку, пытаясь собраться с мыслями, прочувствовать происходящее и это всё переворачивающее чувство внутри, прежде чем принять правильное по её мнению решение.       — Честно? Я собиралась сломать тебе нос, как только увижу, — насмешливо отвечает Кларк. — Чёрт возьми, ты умудрилась запутаться не только самой, но и запутать меня и мою жизнь… Потому что я всего лишь твоё временное увлечение.       — Нет, Кларк, это…       — Замолчи, — строго произносит блондинка, затыкая Вудс. — И послушай меня внимательно… Я люблю Финна, но не могу быть с ним до тех пор, пока не разберусь со всей этой кашей… А ты… ты такое же моё увлечение, как и я — твоё, и единственный способ разобраться во всем этом — получить то, чего мы обе хотим.       — Я не понимаю. — Слова Кларк ранят под кожей, и Лекса кусает губы, чтобы снова не поддаться эмоциям, наблюдая за тем, как девушка напротив осторожно подходит ближе.       — А тебе и не нужно ничего понимать, — еле слышно шепчет блондинка, скользя взглядом по пухлым губам вниз, к влажной после душа изящной шее и точёным ключицам, прежде чем прильнуть к ним, собирая горячим языком сорвавшуюся с волос капельку воды.       Лекса ещё несколько секунд борется с желанием оттолкнуть или, наоборот, притянуть Кларк ближе, крепче впиваясь пальцами в края полотенца. Быть может, в любой другой ситуации она бы послала всё к чёрту, отдалась этим опьяняющим ощущениям и трахнула бы блондинку в кабинке душевой, но не в этой…       — Я знаю, чего ты этим добиваешься, Кларк… — шепчет брюнетка, забирая лицо девушки в свои влажные тёплые ладони и роняя на кафель полотенце. — Ты нравишься мне по-настоящему, поэтому я не дам тебе совершить эту ошибку. Я хочу доказать тебе, что тот спор — ничто по сравнению с тем, — она перехватывает скользящую по её талии руку Гриффин в свою и прижимает её чуть выше левой груди, переплетая их пальцы, — что я чувствую на самом деле, когда ты находишься так близко. Поэтому я прошу, помоги мне… Что нужно сделать, чтобы ты поверила в мои слова?       Дрожащий голос Лексы действует на Кларк отрезвляюще… Она до боли прикусывает губу и прикрывает глаза, чтобы сдержать напрашивающиеся слёзы. Её тело как будто пробивает слабым электрическим разрядом, когда она осознает, что чуть не совершила. Оттолкнув Вудс в грудь, Гриффин делает несколько шагов назад и растерянным взглядом скользит по обнажённому идеальному телу студентки.       — Что нужно сделать, Лекса?!       Кларк сглатывает подступивший к горлу ком и дрожащим голосом продолжает:       — Оставить меня в покое раз и навсегда.       — Нет, Кларк… Ты же знаешь, я не могу. — Брюнетка поспешно подбирает с пола полотенце, направляясь в сторону преподавателя. — Ты нужна мне.       — В таком случае я не верю не единому твоему слову. — Гриффин режет без ножа одной фразой и срывается с места, покидая университетскую душевую, чуть не сбив с ног открывающую в этот момент дверь Стоун.       — Что за хрень творится весь этот грёбанный день?! — возмущается шатенка, останавливаясь удивлённым взглядом на поникшей обнажённой подруге.       — Хрень? Ты права… Моя жизнь одна сплошная хрень! — психует Вудс, откидывая полотенце в сторону и поспешно натягивая на себя нижнее бельё и шорты. — А ещё… Кларк каким-то образом узнала про спор, который мы с тобой проиграли!       — Вот же блять… — на одном дыхании произносит Стоун, обречённо облокачиваясь спиной о колонну. — Мне теперь что… на вечеринке в пятницу прислуживать Блейку?       Лекса равнодушно пожимает плечами, когда внутри всё разрывается от переполняющих эмоций. Ей хочется заглушить эту скользкую давящую боль в груди бесчисленными шотами виски, но из-за предстоящей в субботу игры она не может себе этого позволить. Остается только перетерпеть…       Она не слышит, что говорит ей Анья, пока они выходят к парковке, и возвращается в реальность только тогда, когда видит Старбакс через дорогу.       — Вот дерьмо… — на выдохе произносит Лекса, вспоминая о том, что в случае проигрыша Блейку ей предстоит месяц отработать именно там.