Изломы воображения

      Джейн, пожалуйста, только очнись! Со всем остальным как-нибудь разберёмся!       Так думала Тереза, сидя в своём кабинете и прилежно составляя отчёт. Детали расследования и нужные формулировки сейчас меньше всего занимали ее мысли. Она думала о том, что случилось всего несколько дней назад.       Джейн разозлил не того человека и от этого пострадал в перестрелке. Казалось бы, что тут нового?       Но вот уже несколько дней он не приходит в сознание.       Все это проклятое дело Питера Ломакса! Когда таких, как он, зажимают в угол, они начинают действовать, не думая. Джейн мастерски вывел его на чистую воду, объяснив, что Ломакс убил босса, чтобы тот не предал огласке факт шантажа, а заодно — чтобы занять его место. Представление при этом Джейн разыграл то ещё. Правда, вместо аплодисментов прозвучал выстрел Ломакса. Пуля не задела Джейна (видимо в стрельбе парень разбирается хуже, чем в брокерских делах), но Патрик резко дёрнулся, стараясь увернуться, споткнулся и ударился головой об угол журнального столика. Крови было много.       Ломакса конечно сразу повязали. А Лисбон бросилась к Джейну. Он посмотрел на неё и прошептал с дурацкой улыбкой: «Тереза…», после чего потерял сознание. Лежит теперь в больнице. И ей очень хочется быть сейчас рядом с ним. Все равно ни на чем сосредоточиться невозможно. Но Хайтауэр ясно дала понять, что хочет видеть Лисбон на рабочем месте. Вот стерва!       Поэтому они навещают Джейна по вечерам. Сегодня к нему поехали Ригсби и Ван Пелт, а они с Чо заканчивают отчёты по делу Ломакса.

***

      Ригсби сидел у постели Джейна и думал о том, как уговорить Грейс потом зайти в тот итальянский ресторанчик неподалёку от больницы. Он бы сейчас не отказался от лазаньи и пары десертов. Сказывалась усталость рабочего дня. Ван Пелт вышла в больничный кафетерий за кофе, а он остался, не очень понимая, что ему делать.       Эх, Джейн, сколько же можно нарываться на неприятности?       Ригсби скучающе оглядел коллегу. Тот неподвижно лежал на больничной кровати, обвязанный проводами и трубками, и равномерно дышал. Вдруг Уэйн заметил, что характер его дыхания изменился. Он присмотрелся внимательнее: да, точно, и веки шевелятся по-другому. Неужели?..       Джейн приоткрыл глаза.       Выражение его лица было растерянным — таким Ригсби видел менталиста очень редко. Кроме того, он был очень бледен.       Патрик слегка повернул голову и удивлённо уставился на Уэйна.        — Ригсби?       — Джейн, ты очнулся, — Ригсби широко улыбнулся, радуясь, что сможет порадовать команду хорошими новостями.        — Да, — Джейн недовольно осмотрелся. — А что случилось? Почему я здесь?        — Ты что, ничего не помнишь?        — Дело… — Патрик нахмурил брови. — Мы расследовали дело. Я говорил что-то очень важное, а потом — кажется, был выстрел. Я ранен?       — Не совсем. Ты увернулся от пули, споткнулся, упал и ударился головой. И пришёл в сознание только сейчас, спустя четыре дня. Мы очень волновались за тебя.       — Что ж, могло быть и хуже, — Джейн ненадолго прикрыл глаза. Потом встревожено открыл их и посмотрел на Уэйна. — Но почему ты здесь?       Брови Уэйна поползли вверх.       — Всмысле? Ты мой коллега, Джейн, и даже больше. Ты — мой друг, — неужели нужно объяснять такие очевидные вещи?       — Да, да, Ригсби, это очень трогательно, но мне кажется, в такую минуту со мной рядом должен быть не только коллега.       — Не только? — лицо Уэйна выражало полнейшее непонимание.       — Я говорю о своей жене, Уэйн. Почему ее нет здесь, рядом со мной?       Ох, кажется кто-то ударился головой слишком сильно. Ригсби теперь смотрел на Патрика не только растерянно, но и испуганно. Неужели ему придётся стать тем, кто должен рассказать ему страшную правду о его жене? Ригсби решил потянуть время до прихода Ван Пелт.       — Жена? — он прикинулся дурачком.       — Ригсби, да что с тобой?! У кого из нас травма головы? Где Тереза? С ней все в порядке?       — Тереза? — тупо переспросил Ригсби. На этот раз ему не пришлось прикидываться. Джейн явно бредил.       — Да, моя жена, Тереза! С ней все хорошо? Или этот негодяй стрелял не только в меня?       Моя жена, Тереза…       «Так, — подумал Уэйн, — видимо новости будут не такими уж хорошими…»