Ты сегодня моя.

Родительский дом — самое родное место на свете. *** — Господи, Хёри! — как только девушка открыла дверь в дом, её матушка пришла в панику, увидев синяки и красные пятна на теле своей дочери. Пак Хёри была улыбчивой и дружелюбной девушкой. В её хрустальных голубых глазах всегда была радость. Её светлые волосы были всегда хорошо уложены и собраны в хвост. Что говорить о её матери: женщина была вдовой, уже средних лет. На её лицо часто возникала тревожная улыбка, в глазах вечно играло беспокойство о чем-то. Она всегда переживала за единственную дочь, и была то ли в печали, то ли в радости, когда та покинула дом, и вырвалась из-под родительского крыла. Около года назад Хёри встретила человека, который полюбил её, а она ответила ему взаимностью. Многое произошло за этот год, за этот мучительный год. — Мама… — слёзы хлынули, как и полагалось. — Мама! Светловолосая кинулась к матери, и повисла на её плечах, заливая своими холодными горькими слезами всю рубашку женщины. — Пойдём, пойдём на кухню, — произнесла та и увела дочь. Горячий пар распространился по всей маленькой кухоньке. Аромат свежезаваренного чая тоже витал в воздухе. — Спасибо… — грустно сказала Хёри, сделав глоток, дуя, чтобы чай чуток остыл. — Рассказывай, что произошло? — тревожно начала спрашивать мать. В уголке стоял чемодан Хёри, а на вешалке красовалась красная толстовка. Так же у порога стояли чёрные кроссовки, а рядом бегал серый кот Ю. — Я думаю, я сделала правильный выбор. …Год назад у меня были сильные чувства к Чонгуку, но они не продлились долго. Он быстро сделал мне предложение, и мы расписались. Семейная жизнь была совсем не такой, как я ожидала. Чон редко появлялся дома, и вскоре я узнала об измене. Тем не менее, я простила его и эту незнакомку. Он продолжал мне изменять за моей спиной. На то время я не могла похвастаться большим заработком, в принципе ничего не изменилось. Я терпела, прощала, продолжала жить. Тем самым наступая на те же грабли. Около месяца назад Чонгук начал выпивать, заставив меня жалеть о своём выборе. Однажды он замахнулся на меня рукой, и я заплакала. Не знаю, что там у него в голове, но я видела, как он улыбался. После этого, подобные случаи повторялись ещё пару раз, а сегодня… *** — Чонгук, ты вернулся? Светловолосая вышла из кухни в фартуке. Она готовила ужин для себя и парня. — Чон. Глаза девушки мгновенно расширились, увидев Чонгука в пьяном виде. От него как всегда веяло женскими духами и перегаром. Но не это заставило Хёри заплакать. — Опана, так этот мусор еще здесь? Ты говорил, что она давно съехала отсюда, Гукки. В проеме двери стояла девушка. Её длинные чёрные волосы были ужасно неухоженными, спутанными. На лице было слишком много косметики, как и аромат духов со спиртом. — А че ты до сих пор тут? — Чонгук еле смог выговорить это, но Хёри и без этого могла догадаться, что ей больше нет места в этой квартирке. Она так же в слезах убежала в комнату, небрежно складывая вещи в чемодан. Девушка тут же неаккуратно накинула свою красную толстовку, влезла кеды, наспех выключила газ, и заодно разбила тарелку на счастье. Счастье для её Чонгука и неизвестной личности. — Прощай. *** — Мама рядом, и у нас все будет хорошо, дорогая. Ты забудешь его, забудешь. Чон Чонгук променял мою Золушку на какую-то Выдру, он и пожалеет. Женщина успокаивала дочь как могла, но слёзы продолжали капать на белую скатерть, в уже холодный чай и на колени девушке. — Да… *** Прошёл год. Это было хорошее время, которое Хёри провела в компании любимой матушки и некоторых новых знакомых в родной деревне. Когда дочь рядом, на душе у матери спокойно. Это был обычный летний день. Девушка делала уборку в доме, а женщина ушла в магазин. Дверь совсем не слышно открывается. Так тихо, что сама Хёри не замечает, как попадает в чьи-то объятия. Её сердце сильно бьется. Совсем незнакомый запах, совсем незнакомое прикосновение. — Хёри, я так сожалею обо всем. Голос — единственное, что заставило вспомнить светловолосую про всё. Она оттолкнула парня и вырвалась, отойдя как можно дальше. — Как ты меня нашёл? Убирайся! — в глазах девушки был гнев. — Я не могу без тебя. Каким же идиотом нужно быть, что бы потерять тебя? — Чон Чонгуком. Юноша не улыбался. В его глазах была пустота и грусть. — Я хочу вернуть тебя. Хочу получить шанс, всё вернуть. — А я не хочу. И видеть тебя тоже не хочу. Давай забудем обо всем, — девушка сделала паузу. — И меня ты тоже забудь. — Я знал, что ты здесь, знал, где тебя искать. Я думал, простишь ты меня, или нет, и видимо я был неправ, когда надеялся на лучшее. Парень посмотрел на светловолосую немым взглядом, чуть-ли не плакал, видя агрессивное лицо Хёри. Он так же сделал несколько неуверенных шагов назад к двери. — Тогда пожалуйста, прости меня за все, и я не буду больше лезть в твою жизнь. Чонгук неслышно закрыл дверь, оставив девушку одну. Она не выдержала и вновь заплакала, так как просто не могла этого не сделать. Она чувствовала себя жалкой и пыталась быть сильной, забыть никчемного Чон Чонгука. И со временем она сможет это сделать. — Какой же ты паршивец, Чонгук, в твоих словах нет искренности, как и в твоих действиях. Но я прощу тебя, что бы жить дальше. Прощай.