Ты сегодня моя.

Длинные пальцы ловко скользят по клавишам фортепиано, создавая неимоверное звучание. Ты сидишь рядом, прикрыв глаза, и улыбаешься, проникаясь каждой нотой. Внезапно, мелодия прервалась, Юнги перевёл свой взгляд на тебя, заставляя вернуться в реальность. Ты с непониманием смотришь на парня, что устало улыбался тебе. — Тебе действительно нравится моя музыка? — спрашивает Мин, смотря в твои глаза, что находились в метре от него, но казалось, будто бы совсем-совсем близко... — Ты устал, верно? — переспросила ты, зная, что ответа всё равно не последует. — Прости... Ты выпрямила спину и отвела взгляд в бок. Открылся вид на большое окно. Шелковые занавески играли из-за ветра,который шел из незакрытого окна, деревянные рамы были на распашку раскрыты. Пчёлка присела на фиалки, что росли в горшке на подоконнике. Возможно, она тоже слушала эту невесомую мелодию, что играл Юнги. Он был твоим соседом и не только. Хотя у вас разница и в два года, вы были друзьями с самого детства. С годами,естественно, вы изменились, стали взрослее. Юнги уехал в столицу и попытал счастье в одном из агентств, и она обвенчалась успехом. Ты знала, что у него есть талант в музыке. С самого детства он безумно любил её. Как и одного человека, о котором молчит и по сей день... В твоей жизни не произошло ничего координального: ты осталась жить в той же маленькой провинции Дэгу, с любовью со стороны родителей и соседей. Вы забыли друг друга уже давно... Неожиданно Юнги вернулся на родину, заставляя ромашки в твоем сердце вновь цвести. Лёгкая улыбка и счастье на душе не сходили круглосуточно от того, что твой друг снова с тобой. — Эй, слушай, я всегда рад играть для тебя, просто... — твое внимание было вновь прикованно к парню. — Я волнуюсь, когда играю...для тебя... Ты видела, как Мин чешет шею. Глаза устремлены в пол. — А ты не волнуйся... — легко говорить, однако ... — Это все из-за моих чувств к тебе... Пчела зажжужала и взлетела вверх, улетая из дома под гармонию ветра. Этот майский ветер ворвался в комнату и заставил крутить нотные листы в быстром вальсе так, что они оказались под ногами Юнги. Он нисколько не растерялся и не удивился. Ветер... Сильный ветер... — Я подниму, — сказала ты и потянулась за нотами, на что Юнги лишь усмехнулся. Ты положила ноты на фортепиано, и тут же почувствовала, как плечи нежно сжимают крепкие руки. Вновь обратив внимание на юношу, ты немного растерялась. — Это было признание... — грустно улыбнулся Мин. Парень боялся, что чувства окажутся невзаимными и ты больше не придёшь в его пригородный домик, чтобы попить чай и послушать его игру. — Юнги... — не успеваешь продолжить, как Юнги наклоняется к тебе за поцелуем, но ты прикладываешь указательный палец к его губам. Между вами считанные сантиметры. — Юнги... Я тоже люблю тебя... Я хочу слушать твою музыку, видеть как ты играешь... Я люблю тебя, и сама я недавно это осознала... — мысли, правда, совсем потерялись, и казалось, ты говоришь какой-то бред. После ты убираешь палец и сама тянешься за поцелуем, на что Мин действует настойчивее, и сам обнимает тебя за плечи, медленно сминая их и улыбаясь, целует. Пчела вновь села на фиалки, на кухне давно стоят две чашки с остывшим чаем. На улице отличный майский день, и на душе тоже май. Тёплый и долгожданный...