Он нас освободит.

Бесконечный цикл от одного дня к другому сводил художника с ума, оставляя его наедине со своими мыслями и переживаниями в четырех гулких стенах. Чернила стекали с пера и беспорядочно загрязняли собой полости чистого листка, который должен был стать новым кадром. Где-то по середине красовался маленький любимец детей в бабочке. Его вечная улыбка вводила в транс бедного парня каждый новый день работы, оставляли в полном замешательстве к концу смены и шли по пятам вплоть до дома. Лишь изредка он видел кошмары в глубокой ночи и не сдерживал эмоции, крича как можно громче, постоянно зарываясь носом в подушку. Новый коллектив, почти весь, тоже не особо пришелся парню по вкусу. Все они были веселые, приветливые, особенно самый главный из них, который так любезно принял первого на работу. Если же раньше все устраивало, то теперь эта жалкая тщеславность казалась наигранной, надуманной, а улыбка натянутой, чтобы не выглядеть взволнованными. А ведь есть из-за чего. "Лично я не понимаю, зачем нужна эта машина. От нее столько шума. Кому нужность когда чернил для одного-то мультфильма? Иногда мне кажется, что Джоуи сошёл с ума. Решено, как только трубы прорвутся или будут капать - сразу же увольняюсь к черту отсюда." Старая кассета с голосом одного из работников данной студии постоянно лежала на рабочем столе у горе-художника. В те моменты, когда его что-либо начинало раздражать, как раз нужна была она. Проигрывая, словно заворожённый, эту шарманку, как ни странно, но становилось легче прожигать свою жизнь, сидя на стуле ровно, изредка вставая и идя за чернилами в другой конец здания. - Сэмми, что же ты так копаешься?-Веселое и удовлетворенное лицо Джоуи красовалось прямо возле него.-День к концу подходит, а ты словно загипнотизирован. На самом деле это и была причина, по которой Лоуренс недолюбливал своего начальника. "Сам лучше сделай, потом и говори..-Любил он говорить про себя.-Только мешается." Но в глаза такое довольно сложно сказать, поэтому приходилось молчать в тряпочку и проигрывать день за днём эту странную пластинку с записью одно дня "сурка". - Что я думаю о Сэмми?-Девушка с приятной внешностью смотрела на стол, где горбился художник над очередным рисунком.-Ну...он немного не в себе. Постоянно носится туда-сюда и что-то твердит про Бенди. Я, конечно, тоже люблю своего персонажа, люблю представлять, что я - это она воплоти. Но не до такой же степени. - М, я ничего не имею против него, Джо.-Генри лучше всех относился к Лоуренсу и очень любил его маленькое сумасшествие.-Давай выложим карты на стол, он никакой не псих, все это объясняется его постоянным недосыпанием. Я много раз провожал его домой, но окно в его комнате горит почти до самого утра. Хоть я очень волнуюсь за него, всё-таки он мой хороший друг. А вот Сэмми души не чаял в Генри и постоянно это показывал. Он общался с ним, постоянно что-то показывал и с таким энтузиазмом делился впечатлениями по поводу персонажей/сюжета или ещё чего-то, что Генри с нескрываемым удовольствием слушал бредни дальше и дальше, и дальше, пока рабочий день не кончался. Но потом... Сьюзи готовилась к новой записи песни для персонажа Алисы. Девушка удобно расположилась на сидениях в зале и повторяла слова, негромко напевая их, отбивая такт ногой или рукой по стулу. В один момент ей это надоело и златокудрая нетерпеливо повернула голову к выходу, напрасно надеясь, что Джоуи наконец вспомнит про нее. Не вежливо заставлять даму ждать. Наконец из коридора послышались торопливые шаги, чем-то напоминающие лёгкий бег по лестнице. Проектор оказался включенным, а в проёме появилась фигура странного художника. - О, Сэмми, это ты?-Девушка обрадовалась новости, что она будет не одна коротать часы, чтобы выслушивать извинения со стороны начальника.-Что-то случилось?.. В ответ последовало лишь сбитое дыхание и пара каких-то слов "Бенди", "Фигур", "Берег", "Ись" и "Много". - Сэмми, дорогой, успокойся..-Она замолчала и посмотрела наверх, куда показывал испуганный собеседник. Бенди и вправду много. Это не сумасшествие? Что теперь делать?