По гребню крыши

Я проснусь в сером городе на тринадцатом этаже, И машины внизу гудят, впрочем, как всегда. По стеклу моих окон течет дождевая вода, И стекло с дождем осыпается вниз, как драже. Я закрою надежду за рядом стальных завес, Я закрою уши от призрачных криков птиц, Через пол и стены в крышу врастает лес, Отрицая любые запреты, не зная границ. Лес густой, дождь не падает на меня, Неба не видно, даже серого и пустого, Чтобы сжечь этот лес мне, боюсь, не хватит огня; Все что осталось — это птицы, деревья и слово. Я моргаю гулко до пронзительно-ярких звезд, За мгновение лес рассыпается в пенное море, Я вдыхаю соленый воздух до горьких слез, Чайки поют высоко в свинцовом просторе. Мое сердце — холодный камень с морского дна. Моя кровь — миллионы брызг снятых с гребней волн; Косы — морская трава и ладонь — борона. И четыре волны с белым кружевом — царский трон… Я проснусь в сером городе на тринадцатом этаже. И машины внизу гудят, впрочем, как всегда. По стеклу моих окон течет морская вода. На секунду я вижу чайку в крутом вираже.