Влюблённая в мёртвого

      Я не помню, как мы дошли до машины. Мама дрожащими руками рылась в своей сумочке в поисках ключей.       — Можешь убрать руку, — произнесла она, когда увидела меня с рукой, прижатой к шее. — Все в порядке. Да, будет немного болеть, но это нормально. Садись, — она открыла дверь машины и пригласила меня в салон. Я молча забралась внутрь, она же обошла машину и тоже села за руль. — Так, — посмотрела она на меня. — Ты же понимаешь,что произошло? И ты никому не должна об этом рассказывать, хорошо? — попросила она меня. Я все ещё держалась за шею и испуганно смотрела на неё, даже не представляя, что ей отвечать. — Дорогая, я понимаю, — дотянулась она до моей руки и тихо её убрала. — Ты в напугана, тебе страшно, понятия не имеешь, что это было. Ты хочешь, чтобы это все было сном, но это все по настоящему. Я тоже была до ужаса напугана в первый раз. Я понимаю тебя.       — В первый раз? Это когда? — смогла я вымолвить наконец. — Мама ты только что убила вампира!       — Давай, мы поедем домой, и я тебе все расскажу, — она завела мотор и мы тронулись с места.

***

      Всю дорогу мы ехали молча. А впрочем, ехала и мы как обычно, не больше десяти минут.       Машина, как всегда, остановилась на едва заполненной парковке возле дома. Мама заглушила мотор и оглянулась по сторонам.       — А что с ним теперь будет? — внезапно спросила я.       — С ним? — переспросила она. — Ну, он ещё молодой, поэтому тело не усохнет. Кто-то его найдёт, с торчащими из груди колом, поймет о том, кто он, и закопает где-нибудь. Другими словами – сделает всю работу за нас.       Мы быстрыми шагами дошли до дома, забежали в подъезд и поднялись к дверям нашей квартиры. Мама быстро открыла двери и затолкала меня внутрь, не переставая оглядываться по сторонам.       — Зачем ты пошла туда? — спросила она, как только мы оказались внутрь дома. Она заперла дверь и вытащила из небольшой тумбочки коробку, откуда вытащила целый куст примул не первой свежести.       — Я увидела его тень, — произнесла я и подошла к зеркалу. Раны хоть и не было, но был жуткий шрам от него. Через зеркало я видела, как мама раскладывает цветы возле дверей.       — Не нужно ведь бегать за каждой тенью, что ты видишь, — возмутилась она, но продолжала расскладывать цветы под дверью. — В Бронксе уже очень давно не было видно вампиров. С тех пор, как ты закончила третий класс, — она выпрямилась и посмотрела на меня через зеркало.       — Я знаю его, — спокойно произнесла я.       — Что? — удивилась мама. — Откуда? — она подошла ко мне и развернула меня к себе.       — Когда я пришла к Доре, она была ещë жива, она прошептала мне имя, — я молча посмотрела на нее, в надежде, что мне не придется заканчивать свою мысль и она поймет к чему я веду разговор, но продолжала смотреть на меня, ожидая моего ответа. — Джонатан, она прошептала мне имя Джонатана. А после погибла и на меня напал вампир, и это был он, — дрожащим голосом произнесла я и посмотрела вниз, на свои руки, что сжимали в кулак мою кофту. — Тётя умерла на моих руках, мам, — с грудой тяжести произнесла я. — И та рана, что у меня была на плече я получила её от клыков этого же вампира. Мама, ты должна мне все рассказать! — потребовала я от матери, которая сейчас только и делала, что смотрела мне в глаза и даже не знала с чего начать.       — Дорогая, я пыталась скрыть этого от тебя целых двадцать лет, но даже не подозревала, что поступаю не лучше, пока молчу. Сначала ты была слишком мала для таких вещей, а после у меня просто не хватало духу заговорить с тобой об этом, — она тяжело вздохнула и последовала в гостиную.       — Мама, я хочу знать! Ты пол часа назад заколола вампира передо мной, исцелила цветами мой укус на шее! Не думаю, что скрывать что-то уже имеет смысла! — она села на диван, схватившись за голову, а я остановилась возле неё. — Меня чуть не убили там, а если бы я была готова, то смогла так же ловко дать отпор этому существу! Этот вампир и есть Джонатан, ведь так? — спросила я и мама посмотрела на меня, после чего едва заметно кивнула.       — Слишком долго скрывала я правду от тебя. Думаю, — задумалась она. — Время пришло и мне стоит всë тебе рассказать. — она тяжело вздохнула и поднялась с дивана, встав напротив приоткрытого окна, откуда просачивался свежий воздух. — Все началось ещë в моей юности. Рассказать обо всём у меня просто не хватило бы времени, но история с твоим отцом началась в Ричмонде, в 1994 году.       — За год до моего рождения? — перебила я её.       — Да, тогда-то мы и познакомились с твоим отцом. Как ты знаешь, его звали Виктор. Виктор Оллфорд. Молодой, высокий парень с сияющими тёмными глазами, широкой улыбкой и статной походкой. Он был студентом по обмену, что так удачно попался на наш поток. Все девушки курса не могли свести глаз от этого парня, который мог очаровать одним лишь взглядом, — улыбнулась она и, повернулась к шкафа, что стоял за ней: открыла одну из шкафчиков, отковырила дно шкафчика и вытащила оттуда небольшую рамку. — Как и все девушки я влюбилась в него с первого взгляда и только могла мечтать об этом парне. Как бы кто бы не пытался, но Виктор не обращал внимание ни на одну девушку, кроме меня. Из всех девушек с потока взаимностью ответил он только мне, — мама расплылась в довольной улыбке, разглядывая рамку в руке. — Мы встречались лишь два месяца и знали, что этого для нас достаточно и хватило этих дней, чтобы узнать друг друга и понимать ещё не с первой буквы. Как только учёба закончилась мы устроили скромную свадьбу в парке Ричмонда, куда практически никто не ходил. Он был в нелепом сером костюме с красными туфлями, — мама засмеялась и вручила рамку мне. На фотографии были изображены родители: папа в действительно глупом сером костюме и с мамой на руках, которая была одета в кремовое платье с длинными рукавами.       — Я не видела раньше эту фотографию, — пыталась я запомнить каждую деталь на фотографии. Для меня было радостью, увидеть и другую фотографию своего отца.       — У меня сохранились лишь пару фотографии, поэтому я старалась спрятать их куда подальше. — ответила она мне и вытащила еще одну фотографию. — Пусть наша свадьба была и не самой раскошной, но ради жизни с этим человеком я была готова отдать все.       — А потом появилась я, — довольно улыбнулась я и мама протянула мне следующую фотографию, где отец стоял во дворе учебного заведения: темные волосы, глаза и тонкие губы. Он широко улыбался и стоял закинув свою кожаную куртку на спину. Взгляд действительно был чем-то привлекателен: чем дольше я смотрела на фотографию, тем сильнее верилось в любовь этих двух людей.       — Да, это было нашей самой великой радостью. Казалось, что нам больше ничего не надо, что это будет продолжаться всю жизнь. Я мечтала о втором ребенке, как и твой отец, — она вытащила еще одну фотографию и закрыла дверцу шкафа, села рядом со мной. — Ты была центром нашей жизни, смыслом нашего существования. Виктор считал себя самым счастливым мужем, отцом, хоть и самым молодым. Он безгранично тебя любил и каждый вечер, качая тебя на своих руках, обещал, что однажды его принцесса вырастет и он поведёт свою дочь к алтарю в белоснежном платье, — я заметила, как заблестели глаза мамы, а голос задрожал. Она отдала мне фотографию, на которой был изображëн отец со мной. Он сидел на старом диване, а я сидела у него на коленях, улыбаясь самой широкой улыбкой.       — Что же случилось, мама? — голос дрожал не только у матери. Я сама сидела с комом в горле и боялась,что заплачу. — Ты всю жизнь твердили мне, что мы ехали праздновать твой день рождения, — я посмотрела на неë.       — Нет. Это было совсем не так, — она взяла рамку со стола, на которой стояли родители: мама сидела на скамейке, а папа стоял за ней, обнимая еë через шею.       — Я познакомилась с Дорой. Она продавала цветы за углом, — начала она, разглядывая фото.       — Ты говорила, что вы с Дорой познакомились после смерти отца, — перебили я её.       — Нет, её я знала ещë до Виктора. Как оказалось, она потеряла сына. Джонатана, — она посмотрела на меня.       — В смысле? — не поняла я. — Ты хочешь сказать, что этот вампир?... — я сама не верила в то, что говорю.       — Вампир, которого мы убили, что напал на тебя и убил Дору всё это рук дело Джонатана. Родного сына твоей тёти, — она положила рамку на стол, а фотографии собрала.        — Но если это так, то ему уже должно быть около пятидесяти лет! — удивилась я.       — Детка, — усмехнулась она. — столько фильмов есть, где всегда говорится о том, что вампиры не стареют, стоит их обратить, — она встала с места и убрала фотографии в шкаф.       — Боже, мама ты себя со стороны слышишь?! Ты говоришь мне о вампирах, которые смахивают на семнадцатилетних парней, но которым давно уже должно быть больше пятидесяти, а сама заколола одного полчаса назад! Колом, который ты вытащила из своей безобидной сумочки! — крикнула я и, встав с места, начала вводить круги по комнате. — А потом лечишь мою рану цветком! — возмутилась я.       — Примулы всегда выручали людей, они весьма опасны для вампиров, но очень полезны для нас. Конечно, убить только каким-то цветком вампира невозможно, но можно защититься от внушения…       — Что, прости? — перебила я её. — Они могут нас запросто загипнотизировать? Затащат в угол и заставят все забыть? — посмотрела я на неё.       — Нет, если у тебя в крови будет примула или такая защита, как твой браслет. — посмотрела она мне на запястье.— Или как мое кольцо, — она показала руку, на которой всегда, как я сейчас вспомню, было это кольцо.       — Твоё кольцо и мой браслет, это подарки Доры. Она всё знала, верно? — спросила я.       — Это она меня всему научила, после случая с твоим отцом, — мама вздохнула и посмотрела на рамку, что стояла на столе.       — Ты должна мне рассказать всё! Чтобы это ни было, ты должна, — твёрдо заявила я. — Дорогая, тебе надо переодеться. Прими ванну, — она сняла с себя серый пиджак и бросила его на диван.       — Мама, не уходи от ответа! — я встала перед ней. — Ты должна, — прошептала я. Она грустно на меня посмотрела и вздохнула, убрав волосы, что спадали на её лицо.       — В один день твой отец вернулся сам не свой. Тогда ещё и Дора была у нас в гостях. Я пыталась узнать у него, что с ним, но он даже не подпускал меня к себе, все твердил, что хочет увидеть тебя. Тогда мы ещё были в Ричмонде.

1997 год. Ричмонд.

      — Спасибо, что пришла, — поблагодарила я Дору. — Завтра мы с Виктором хотели съездить севернее от Манхэттена, — я налила чай в чашку Доры.       — Ох, хотите поселиться в Бронкс? — радостно спросила она.       — Да! — мило улыбнулась.       Она и сама жила за городом этого огромного города. А в Ричмонде она только проездом.       — Хотелось бы быть поближе к тебе! — улыбнулась я. — Мне безумно приятно, что ты всегда оказываешься рядом, когда нужна помощь. С этой работой мне приходится оставлять Аманду одну. Виктор целыми днями тоже на работе.       — Дженни, дорогая, мне всегда в радость посидеть с ней. Она, кажется, уже начинает привыкать ко мне, — довольно произнесла Дора.       Послышался хлопок входной двери.       — Это, наверное, Виктор приехал. Сейчас, встречу его, — улыбнулась я.       — Конечно, дорогая. — ответила она мне тоже с улыбкой.       Я вышла в коридор. Виктор сидел на лавочке для обуви и держался за голову. Он был невероятно уставшим, лицо бледное и чем-то испачканная рубашка. Сразу же повеяло чем-то нехорошим.       — Все хорошо? — спросила я, остановившись у дверного косяка в гостиную. Он даже не поднял голову, услышав мой голос. — Ты не ночевал дома, я волновалась, ты даже трубку не брал. У Аманды была температура, я позвонила врачу, он сказал, что у неё простуда и я позвонила Доре.       — Где она? — встал он с места.       — Кто? — спросила я. Он посмотрел на меня и волна мурашек пробежала по всему моему телу. Его взгляд впервые был наполнен пустотой.       — Моя дочь, — твёрдо произнёс он и прошёл в гостиную. Я пошла за ним.       — Здравствуй, Виктор, — поздоровалась Дора, но видимо он даже не заметил, что она здесь.       — Ты меня пугаешь, — встала я перед его лицом и прошептала. — У нас гости, а ты будто пил всю ночь.       — Дженнифер, я, наверное, пойду,— произнесла Дора и подняла сумку с дивана.       — Нет, Дора, не уходи, — остановила я её. — Прошу прости, что он в таком состоянии, — извинилась я.       Мне стало не по себе от такого вида Виктора и оставаться с ним наедине было страшно.       — Ничего страшного, — мило произнесла она.       — Мне стыдно за тебя! — прошептала я Виктору и взяла его за руку, но он с криком вырвал руку и спрятал её. — Что такое? — испугалась я.       Моя рука была безопасной и на ней, помимо обручального кольца, что подарила Дора, не было больше ничего. Он им не мог поцарапать руку.       — Дженнифер, отойди от него, — твёрдо произнесла Дора и оттолкнула меня в сторону.       — Что происходит? — не понимала я всего, что сейчас происходило.       — Посмотри на меня, — приказывающие произнесла Дора, но Виктор её не послушался, стоял с опущенной головой.       Дора вытащила из сумочки баллончик и брызнула ему в руку. Тот закричал, вырвал руку и переместился в другой конец комнаты с такой скоростью, что я ещё секунд три искала его глазами по комнате.       — Что, не может быть... — удивилась я.       — Дженнифер, бери Аманду и уходите, — приказала Дора.       — Что происходит?! — начала я паниковать.       — Иди! — лишь крикнула она.       — Я не позволю! — возмутился Виктор. Я забежала в комнату, где спала Аманда.       — Милая, иди к маме, — подняла я еë на руки и вышла в гостиную. Дора уже была ближе к Виктору и держала на руках заостренный кусок дерева.       — Дора?! — обратилась я к ней.       — Уходи! — отвлеклась она, чем и воспользовался Виктор. Он сбил её с ног и с бешеной скоростью подошёл ко мне. Я забилась в угол.       — Не подходи! — крикнула я. — Не смей трогать нашу дочь!       — Я не трону ни тебя, не её. Я хочу, чтобы ты была такой же, как и я, — спокойно произнёс он.       — Такой как ты?! — удивилась я. — Я никогда не стану такой, как ты! Ты чудовище, ты-ты-ты... — запнулась я. — Я вампир! — резко закричал он. Я просто замолчала, пытаясь удержать слёзы, что примкнули к уголкам глаз. От резкого крика Виктора Аманда испугалась и дала о себе знать своим диким плачем.       — Кто сделал с тобой это? — дрожащим голосом спросила я.       — Я сам этого захотел, это было по моему желанию, — он сделал шаг ко мне. — Прошу, обратись в вампира, мы вырастим нашу дочь. Когда она вырастет, то тоже обратиться, — улыбнулся он и протянул руку.       Я нащупала одной рукой сзади на тумбочке карандаш.       — Ты согласна? — спросил он. Я удобнее взяла Аманду и улыбнулась Виктору.       — Нет, — твёрдо произнесла я и воткнула карандаш ему в область груди. Он откинулся назад, застонал от боли.       — Бегите! — крикнула Дора и, схватив кол с пола, вонзила Виктору прямо в сердце, рядом с моим карандашом.

2017 год. Бронкс.

      — Так и умер твой отец. Он желал бессмертия. Он хотел превратить нас в чудовище! — мама схватилась за голову.       — Он был вампиром. Поэтому мы не ходили к нему на могилу, у него её и нет, наверное. — я села на спинку дивана и просто молча уставилась на пол.       — В тот же день я собрала все вещи и уехала с Дорой в Бронкс. По дороге сюда мы сожгли тело твоего отца в лесу, а пепел от рассыпали над рекой, чтобы он обрёл покой.       — Ты хотела защитить меня. Все эти сказки о вампирах, ты рассказывала правду о них, а я была глупой и просто не понимала, что ты не врёшь. И сколько вампиров ты уже успела убить? — она посмотрела на меня.       — Около сотни, — она вздохнула.       — То кольцо, оно было пропитана примулой, именно поэтому отец закричал, когда ты коснулась его.       — Умойся, детка, сегодня была не лучшая ночь, — улыбнулась она и вышла из гостиной.

***

***       Я легла в постель и устремила взгляд на белоснежный потолок. Моя комната была практически пустой.       Небольшая кровать. Круглый стол возле единственного, огромного окна, два стула по обе стороны его. Шкаф, приделанный к стене, зеркало на дверце шкафа. Две маленькие тумбочки по обе стороны кровати, в одном из которых множество книг, которые я успела прочитать, а некоторые до сих пор ждут, когда я открою страницу, уберу закладку и продолжу своё чтение, при свете ночника, которую подарила мне Дора, когда я уже научилась читать.       Я повернулась на бок и сейчас уже смотрела в окно. Звёзд не было видно, тучи собрались над городом и уже были готовы окунуть ночной город в слякоть и грязь. Из улицы, из соседнего подъезда слышалась музыка. Вновь всякая молодёжь собралась у подъезда и веселятся. Такое часто бывает летом.       Всю свою жизнь я жила и верила, что мой отец погиб в автокатастрофе. Убеждала себя, что мужчина из фотографии на столе был благородным человеком, который жил и дышал лишь одной семьей. Так оно и было, пока он не решил, что жизнь вампира лучшая участь для него. А если бы он выжил и однажды нашёл нас с мамой? Что бы он тогда сказал? Какие бы слова подобрал для того, чтобы убедить меня в том, что его намерения не плохи. Я бы смогла удержаться и не заколоть его, как сегодня мама убила того вампира?       Всë мое детство мама рассказывала мне сказки, связанные с вампирами. Я всегда думала, что он пытается ими напугать меня, но она просто готовила меня к этому дню. Она старалась намекать любыми способами, а я была наивной девочкой, которую ничего в этой жизни не волновало.       Как теперь мне жить с теми мыслями, что вампиры среди нас и они существуют. Двадцать лет как-то жила, а сейчас стану бояться даже на улицу выходить? Мама сказала, что вампиров некоторое время в Бронксе не было и что этот вампир стал для неё удивлением. Зачем же они вернулись вновь?

2003 год. Бронкс.

      — А теперь, солнышко, закрывай глаза, — улыбнулась Дженнифер и накрыла Аманду одеялом.       — Мама, а как же сказка? — немного расстроено произнесла девочка.       — Как я могла забыть, — усмехнулась Дженнифер и начала свой рассказ. — Когда-то давно двое парней помогли старику отбиться от воров, что пытались украсть у него последнюю еду. В знак благодарности старик наградил их особой силой. Одному достались когти, клыки и блестящая шерсть…       — Он превратился в волка? — перебила Аманда свою маму.       — Да, а другому достались лишь клыки, они оба хорошо видели в темноте, оба слышали больше других, они чувствовали запахи на больших расстояниях. Тогда старик им сказал, что если они пойдут друг против друга, то дар, данный старцем, превратится в проклятье, который будет преследовать их всю жизнь. Жили они, всем помогали, но один друг завидовал второму. Он тоже хотел обращаться в волка, считал, что награда была поделена не честно. Так и поссорились они, тогда и пророчество старика свершилось. Волки, стали пленниками Луны, и могли менять облик лишь в полнолуние, а вампиры стали пленниками Солнца и могли ходить лишь ночью, за что их прозвали детьми ночи.       — Они сами все испортили, — будто пытаясь их поругать, произнесла Аманда.       — Никогда не надо завидовать друг другу, — поцеловала Дженнифер дочь в лоб. — Это касается и тебя, — подмигнула она.       — Я не завидую новым туфлям Барбары, — усмехнулась Аманда и залезла под одеяло.       — Спокойной ночи, солнышко, — усмехнулась Дженнифер.       — Сладких снов, мама, — из-под одеяла произнесла Аманда.

2017 год. Бронкс.

Дверь тихо скрипнула и свет из коридора упало мне на кровать.       — Детка, ты спишь? — тихо спросила мама.       — Почти, — сонно произнесла я и повернулась к ней лицом. Она подошла ко мне, села на край кровати и дотронулась до раны на моей шее.       — Я всю жизнь пыталась уберечь тебя именно вот от этого, — она опустила голову. Я поднялась и обняла её.       — Ты и уберегла, — победно произнесла я. — Если бы не ты, меня бы здесь уже не было, — посмотрела я ей в глаза.       — Ох, Аманда, надеюсь, это был наш первый с тобой и последний вампир в нашей жизни, — она поцеловала меня в лоб и подошла к двери. — Спокойной ночи, — улыбнулась она. — Сладких снов, мам, — прошептала я и она закрыла дверь. Я упала на подушку и не заметила как заснула.