Невероятные приключения основателей в Хогвартсе

Глава 1. Хогвартс… Как много заключено в этом слове: дружба, учеба, приключения, вражда, тыквенный сок и полеты на метле, старинные, и от того не менее пыльные фолианты, уход за магическими животными или работа в волшебных теплицах, двигающиеся лестницы, любимая спальня и факультетская гостиная. Хогвартс — это дом для каждого, в ком теплится хотя бы искорка волшебства. Дом, созданный четырьмя легендарными волшебниками, чьи имена дали названия факультетам. Любой волшебник без запинки назовет их поименно: храбрый и бесстрашный Годрик Гриффиндор, хитрый и изворотливый Салазар Слизерин, мудрая Ровена Рейвекло и трудолюбивая Хельга Хаффлпафф. Когда-то давно их парадные портреты украшали Большой Зал основанной ими Школы волшебства и чародейства. Однако, с течением времени они были перенесены на второй этаж, а затем и вовсе убраны в один из дальних коридоров, который редко посещался как студентами, так и преподавателями. Редкими гостями там были даже мистер Филч со своей неизменной миссис Норрис. От того и выглядел неожиданно материализовавшийся в этом коридоре волшебник. Это был высокий худощавый мужчина, облаченный в старинную черную мантию, украшенную по краю серебристой вышивкой, в которой внимательный человек разглядел бы руническую вязь. Чуть смугловатый, с темными миндалевидными глазами и тонкими губами. Длинные черные волосы были забраны в низкий хвост и, судя по их внешнему виду, было хорошо видно, как трепетно этот человек относится к своей внешности. На вид ему можно дать чуть больше тридцати, хотя точно также ему могло быть и двадцать, и пятьдесят. Он выглядел так, будто сошел со старинного портрета, впрочем, так оно и было. Впрочем, все было не так благополучно, как могло бы показаться на первый взгляд, ибо волшебником этим был некто иной, как Салазар Слизерин. И окажись в столь поздний час хоть кто-нибудь в коридоре, вряд ли он смог бы поверить, что застанет этого великого мага прошлого, распластавшегося на мокром полу в заброшенном коридоре, тихо матерящимся на древнегэлльском наречии. Нажаловавшись потолочным фрескам на свои злоключения, начавшиеся с раннего утра в виде нашествия крестьян с вилами и последовавший срыв важного эксперимента с печенью крапивника, заканчивая этим странным перемещением, мужчина, оскальзываясь на влажных плитах, постарался подняться на ноги. Где-то с третьей попытки ему все-таки удалось это нехитрое дело, и, отряхнув свою мантию, волшебник, прищелкнул пальцами, высушивая пол. — Мда, вот это я попал, — пробормотал Салазар, оглядываясь. Не узнать замок, чьим проектированием занимался лично, он не мог. Однако, еще пару часов назад, этот этаж был вполне себе жилым — мужчина взмахнул палочкой, что-то невнятно пробормотав себе под нос, — а не представлял собой нечто среднее между складом ненужных вещей и чуланом. К тому же он хорошо помнил, как этим утром Хельга вовсю хвасталась новыми гобеленами, лично вытканными ей для украшения школы. Сейчас же эти гобелены отсутствовали. — Фините инкантем, — четко произнес волшебник, в чьем сердце предательски зрела надежда, что все это запустение — ничто иное, как очередная глупая шутка верзилы Гриффиндора. Однако, окружающая Слизерина реальность, даже и не подумала исчезать. И без того раздосадованный мужчина направился в сторону лестниц, надеясь, что хоть они-то до сих пор стоят на прежнем месте. В том, что здесь не обошлось без основателя львиного факультета, он уже не сомневался. Заглядывая во все попадавшиеся на пути к лестницам комнаты, мужчина мрачнел еще больше. «Ну, если это не иллюзия, то куда же это он меня отправил, интересно было бы узнать?», — размышлял Слизерин, огибая выросший посреди коридора огромный медный кубок. Неожиданно раздавшийся в одной из уже пройденных им комнат грохот, сопровождавшийся коротким женским визгом, заставил мага развернуться обратно и последовать на звук. Распахнув дверь, он обнаружил сидящую на столе полуголую и донельзя растрепанную женщину, в которой без труда опознал главу факультета умников, Ровену Рейвенкло. Судя по внешнему виду, красавица-магесса, изволила почивать, и неожиданное перемещение вышвырнуло ее прямо из постели. Тоненькая ночнушка обрисовывала все изгибы королевского тела, не оставляя мужчине простора для воображения и Салазар поспешил отвернуться, тем более, что Ровена, кажется, и вовсе не заметила его присутствия. В отличие от Салазара, волшебница не сразу пришла в себя, и продолжала тихо всхлипывать, поджимая под себя обнаженные ступни. — Ну, все Гриффиндор, ты дошутился, — прорычал Слизерин, снимая с себя мантию. Услышав невесть откуда взявшийся голос Слизерина, а после, увидев его самого, женщина невольно сжалась еще сильнее, но тут же постаралась взять себя в руки.  — Ну, и чем это ты занимаешься, Салазар? — голос волшебницы креп с каждой секундой — теперь-то она нашла причину своего бедственного положения и была готова карать. — Зачем ты, мантикора тебя задери, вытащил меня из постели? Если это была шутка, то, поверь мне на слово, очень и очень неудачная! Слизерин сразу смекнул, это и постарался успокоить разгневанную женщину, параллельно протягивая свою манию, под которой оказался охотничий костюм. Однако Ровена отмахнулась от его одежды, трансфигурируя неизвестно откуда взявшейся палочкой швабру в платье и ведро в домашние туфли.  — Можешь не верить, но это не я.  — А кто же тогда? Может быть, ты думаешь, что это Годрик? — ехидно поинтересовалась Рейвенкло, внимательно осматриваясь. — Поверь на слово, он бы так не смог. При всем моем к нему уважении — пространственно-временная магия не его «конек». Салазар хмыкнул. Уж он-то знал, задумай Гриффиндор шутку — никакие пространственно-временные шутки его не остановят, однако Ровена была с ним не согласна. — И не хмыкай мне, — строго произнесла Рейвенкло. — Это не он — и точка. Одно радует, что попали мы не в прошлое, а в будущее. Другой вопрос, как далеко это «будущее» от нашего «настоящего». Думаю, нам нужно сходить на разведку. Мужчина молча последовал за волшебницей. «Пусть лучше командует, чем умывается слезами», — размышлял Слизерин, шагая по старинному коридору, — И все-таки, как же мы тут оказались, если рыжий верзила не причем?». Вскоре волшебники добрались до лестниц. — Давай сходим в библиотеку, — предложил мужчина. — Скорее всего, там можно найти что-нибудь о том, куда мы попали. — Хорошо, — согласилась Ровена, несколько опечаленная тем, что такая логичная мысль не пришла ей в голову первой. Однако, не успев добраться до библиотеки, волшебники услышали странный шум, больше всего похожий на легкое пошаркивание, которое с каждой секундой становилось все отчетливее. Первым отреагировал Салазар, ухватив Ровену за запястье, тут же шмыгнул в первую попавшуюся нишу, завешенную гобеленом, утянув за собой женщину. — Дуро, — шепнула Ровена, превратив свисающую картину в каменную стену. Затаив дыхание, могучие волшебники принялись ждать. Впрочем, некто издающий постукивающие звуки приближался. Вслед за стуком уже ни для кого не составило труда услышать кошачье мурлыканье. — Ну, ну, миссис Норрис, — проскрипел старческий голос, в котором, Ровена могла поклясться, и в более молодые годы не было ни капли радости. — Где, говоришь, ты видела этих ссштудентов? Сейчас, сейчас мы их прогоним, накажем, чтобы не смели шляться тут по ночам. Старик вместе с кошкой еще какое-то время побродил около гобелена, однако, не обнаружив никого, отправился восвояси. Волшебники, дождавшись, когда шарканья не будет слышно, поспешно вылезли из ниши, ровно за тем, чтобы оказаться перед лицом главного ужаса Хогвартских подземелий, Северуса Снейпа. Обнаружив перед собой вывалившуюся из ниши парочку, Снейп нахмурился. Обычно этого хватало для того, чтобы девушка теряла сознание, а юноша по, глупости и не опытности вызвавший свою подругу на ночную прогулку, оставаясь один на один с Слизеринским деканом, выслушивал начальственный рык. Однако, впервые на его, Снейпа, памяти парочку не только не сковывал ужас при виде его, но и юноша — нет, таких в стенах Хогвартса еще не было, — устало вскинув палочку, произнес только одно слово: — Обливейт.