Будь со мной нежен

      Сану, мне нравится твоя улыбка, ты знал? Когда я впервые её увидел, будучи ещё совсем подростком, то понял — этот человек никогда не отпустит меня. Но я уж точно не мог думать, что ты не отпустишь меня из своего дома. Каждое утро нежно целуя в щеку, обращаясь со мной ласково, словно так и должно быть, но вечером ты менялся.       Тебе нравятся страдания людей? Нравятся мои страдания? Я об этом не знал, когда влюбился, но готов потерпеть твой фетиш ради нашей с тобой любви. Или только моей? Но если бы ты не испытывал таких чувств, то не оставил бы меня в живых тогда, когда столкнув с лестницы, сломал мне ногу.       Я не раз умолял тебя, умолял не убивать меня, ты выполнял мою просьбу. В очередной раз оставляя всё новые раны и порезы на теле, ты не убивал меня.       Когда ты уходишь из дома, я остаюсь совсем один, это самые страшные моменты. Я остаюсь один со своими мыслями. Представляю, как ты войдёшь в дом не тем Сану, который подарил мне жизнь, тогда, когда я проник в твой дом, а тем, который заберёт её. Я каждый раз представляю, как ты проводишь по моей шее заточенным лезвием, представляю твою улыбку в тот момент. Ты ловишь стекающую кровь ладонями, пока она не заполняет их и не стекает тонкой струёй на мою юбку. Тебе нравится наряжать меня в такое? Ты говорил, что любишь мои ноги, говорил, что они похожи на женские. Но сейчас они полны гематом и глубоких порезов. Тебе они и сейчас нравятся? Каждый синяк, каждый мелкий порез, я помню, как они образовывались на моём теле.       Почему ты так долго не приходишь домой, Сану? Дверь снова не заперта, ты решил проверить меня, как тогда? Я не сбегу. Прошу, возвращайся домой, я не хочу оставаться один со своими мыслями, это сводит меня с ума. Стоп, разве мы вместе уже не сошли с ума? Да, наверное, так оно и есть.       Ты отпираешь дверь, не спеша проходишь по коридору. Твой взгляд снова безумен, и я мечусь, наблюдая то за тобой, то за ножом на столе. Сколько ты сделал уже порезов им? Мне страшно, ведь каждый новый день ты причиняешь мне всё больше боли, заставляя кричать, плакать. Помнишь тот день, когда ты приказал мне больше не плакать в присутствии тебя? Прости, я так не могу, каждый раз ты придумываешь новые испытания для меня. Помнишь, как подвесил меня на верёвке, и я болтался в воздухе, как кукла? Ты тогда кончил на мои ноги и отпустил — я никогда этого не забуду, Сану.       Пол кружится перед глазами, и я снова чувствую недостаток кислорода, даже если на моей шее нет верёвки. Наверное, если ты захочешь повторить, я не откажусь. Просто не смогу тебе отказать.       Так что же ты сделаешь с моим телом сегодня? Твой взгляд изменился, но улыбка всё такая же красивая. Мне всё равно, что это улыбка психа. Она мне нравится.       Ты проходишь оставшееся расстояние и садишься на корточки передо мной, чтобы быть как можно ближе к моему лицу. Ты наблюдаешь за мной, а я теряюсь во времени. Сколько уже прошло? Пять минут или же час? Ты смотришь в мои глаза, заставляя испытывать нарастающий с каждой секундой страх. Мурашки проходят по плечам, спине. Что это, я плачу? Извини, Сану, мне стыдно за такой поступок, я снова не сдержал себя. Ты словно ждал этого, потому как только прозрачная слеза прокатилась по моей щеке, ты аккуратно взял нож.       — Боишься меня? — до меня не сразу доходит смысл сказанных тобою слов, из-за чего ты ударяешь меня по щеке и переспрашиваешь, только громче, почти шипя и даже не делая вопросительную интонацию, словно говоришь это как факт.       — Нет, — сквозь слезы я вру себе и тебе.       Ты лишь убираешь слезы с моих щёк и пристально смотришь в глаза. Бешеный Сану словно исчез, оставив взамен любящего и заботливого человека. Ты привстаёшь, чтобы уничтожить расстояние между мной и тобой. Губы соприкасаются, но из-за страха я ничего не соображаю, не расслабляю челюсть и не даю тебе проникнуть внутрь. Тогда ты чуть болезненнее нажимаешь на скулы, и я, исполняя просьбу, открываю рот.       Сначала ты еле-еле соприкасаешься с моим языком, нежно проводя по дёснам, небу, зубам, но со временем поцелуй становится более страстным и требующим продолжения. Тогда ты, остановившись, снова заглядываешь мне в глаза. Ты знал, что они у тебя волшебно красивые? Смотря в них, я действительно тону. Тону в темноте и страхе.       Ты до крови прикусываешь кожу на шее, отчего я тихо вскрикиваю, закрывая рот ладонями. Слизываешь каплю крови, а руки уже снимают полосатую кофту, нежно царапая кожу, оставляя невидимые росчерки, и, проводя по животу, опускаешься ниже.       Пожалуйста, будь со мной нежен, Сану.