Анна и частный детектив

Свадьба получилась чудесная. Яков никогда не любил свадьбы, даже в качестве гостя, и готовился мужественно выдержать собственную. Но все оказалось прекрасно и уместно. Несмотря на довольно большое количество гостей, все получилось как-то очень уютно и камерно. Его собственные приглашенные влились в ряды затонских гостей и отлично провели день. Не было ни пошлых шуток, ни традиционных рискованных игр, ни похищения невесты. Штольман подозревал, что, хотя, в основном, организацией занималась Мария Тимофеевна, за это он должен быть благодарен своей жене. Жене. У Якова сладко екнуло сердце, когда он произнес это слово про себя, и он сам удивился своей слабости. Он взглянул на Анну, сидевшую рядом, и подумал, что она выглядит невозможно прекрасной. Выбирая свадебное платье, она по-прежнему не изменила монастырской привычке. На ней был закрытый, с длинными рукавами и глухим воротом наряд. Несмотря на простой покрой, платье выглядело элегантным и изысканным. А Анна в нем и с кружевной фатой на голове была воплощением чистоты и совершенства. Штольман вспомнил огромное чувство счастья и… собственничества, охватившее его, когда они стояли утром перед алтарем. Ощущение, что отныне они связаны узами, которые невозможно разорвать, целиком охватило его и подарило покой, какого он не знал очень давно, возможно, даже никогда. А о чем думает и что чувствует Анна, ему не требовалось у нее спрашивать. У нее на лице было все написано совершенно открыто. Счастье Анны освещало собой все торжество, заставляло улыбаться гостей и даже смягчило Марию Тимофеевну, которая смирилась со скоропалительным браком дочери. - Так может быть, придете к нам завтра на обед? – спросила у молодоженов свежеиспеченная теща, когда торжество подошло к концу, гости разошлись, а хозяева стали собираться по домам. - Мама, давай мы завтра решим? – предложила Анна. – У Якова Платоновича работа. Послезавтра он планирует снова вернуться к делам. У нас почти не будет времени побыть вместе. - Яков Платонович, неужели вы не могли взять хотя бы неделю отпуска? – поджав губы, спросила Мария Тимофеевна. То, что дочь называет жениха, а теперь мужа на вы и по имени-отчеству ей тоже не нравилось. Но Анну и Якова такое положение вполне устраивало, и Штольман не давил на жену, понимая, что она перейдет на «ты», когда созреет. - Сейчас расследование находится в активной стадии, и его не желательно прерывать, - безмятежно ответил он теще. Прошло еще с полчаса, когда они с Анной, наконец, оказались на пороге их временного дома. Штольман предлагал ей на их брачную ночь снять шикарный номер в гостинице, но Анна только фыркнула и отмахнулась. Бросив на дорожке захваченные из ресторана пакеты, Яков подхватил жену и внес ее через порог. Очередной традиционный ритуал снова наполнил его сердце теплом и чувством полноты и правильности его жизни. Он опустил Анну, и она буквально заструилась по его телу. Несколько мгновений они просто стояли совсем рядом, а затем Анна начала потихоньку поднимать свое лицо к нему, а Яков стал склоняться к ее губам. И в этот момент зазвонил телефон. Молодожены сначала растерялись от резкого звука, а затем рассмеялись. - Перезвонят, - отмахнулся от надоедливого звука Штольман. - Яков Платонович, возьмите трубку, на той стороне явно кто-то очень упрямый. Поддавшись на уговоры жены, Штольман ответил: - Слушаю… Да, подавал… И что?.. Это не может подождать до завтра?.. Хорошо, сейчас буду. Он виновато взглянул на Анну, которая смотрела на него совершенно не разочарованным, а наоборот веселым взглядом. - Аня, я на десять минут в городское УВД. Из Москвы позвонили по поводу запроса, который им отправляли по нашему делу. - Конечно, идите, - засмеялась Анна. – А я пока пакеты разберу. Она как раз закончила, когда в дверь позвонили. - Быстро вы, - удивилась Анна, открывая дверь. Но за ней стоял вовсе не Штольман. Перед Анной стояла незнакомая ей привлекательная миниатюрная черноволосая женщина. - Добрый вечер, Анна Викторовна, - поприветствовала ее незнакомка, с интересом окинув Анну взглядом. – Разрешите войти? - Простите, мы знакомы? – удивилась Анна. - Нет. Но сейчас познакомимся, - сказала женщина и уверенно вошла в дом. – Меня зовут Нина Нежинская, и нам стоит поговорить. - Извините, но мне ваше имя ничего не говорит, - продолжая удивляться, сказала Анна. - В этом нет ничего удивительного, - пожала плечами Нина. – Мужчины обычно не любят знакомить своих новых женщин с предыдущими. - У вас были отношения с Яковом? – слегка дрогнувшим голосом, не сумев скрыть ревность, спросила Анна. - Больше чем просто отношения. Я была его невестой. Наша свадьба должна была состояться месяц назад. - Месяц назад? – Анна заметно побледнела. – И что же случилось? Нина отмахнулась: - Я совершила глупость, а Яков мне ее не простил. - Честно говоря, я не очень понимаю цель вашего прихода, Нина… - беря себя в руки, уже более уверенно заговорила Анна. - Аркадьевна. Все очень просто. Я хочу отомстить Якову. Своей скоропалительной женитьбой на вас он меня унизил перед всеми моими знакомыми. И я хочу с ним за это поквитаться. - И что же вы намерены сделать? - Просто рассказать правду. - Рассказать правду? Какую правду? – вновь дрогнувшим голосом спросила Анна. - Наивная малышка, - с откровенно фальшивым сочувствием протянула Нина. Пренебрежение в ее голосе мгновенно разбудило в Анне бойца. - Нина Аркадьевна, ваш приход откровенно неуместен. Полагаю, вам стоит уйти. Я сочувствую вашей душевной боли, но такое случается. Яков когда-то хотел жениться на вас, но потом ваши пути разошлись. Он встретил меня и захотел со мной связать свою жизнь. - Захотел?! – Нина расхохоталась. – Милая Анна Викторовна, вы что, о нем вообще ничего не знаете? Яков – закоренелый, убежденный старый холостяк. Он никогда ни на ком не хотел жениться. Просто он должен это сделать. - В каком смысле «должен»? – севшим голосом переспросила Анна. - Из-за дурацкого обещания, которое он когда-то дал деду. - Какое обещание? - Что род Штольманов не прервется, что в сорок лет у него уже будет сын. Якову тридцать девять. Времени остается все меньше. Он сделал мне предложение практически на следующий день после своего дня рождения. Это было честное и открытое деловое предложение. Мы хорошо знали и понимали друг друга, у нас общие интересы и подходы к жизни. Он прямо мне сказал, что ему нужен сын. - Сын? – полумертвым голосом повторила Анна. - Да, сын. Дочери его не интересуют. Но за полтора месяца случилось недоразумение, которое сорвало нашу свадьбу. Но нельзя не отдать Якову должного. Он фантастически быстро нашел мне замену, и выбился из графика всего на месяц. Причем замена оказалась, пожалуй, даже лучше меня. Молодая, глупая, влюбленная, религиозная, невинная – слова поперек не скажет, будет ему в рот смотреть. На сына даже намекать не надо, примется рожать с места в карьер. Побелевшая Анна превратилась в статую и просто молча смотрела на Нину, которая достала из сумочки какой-то документ. - Для полноты картины я вам оставлю это. Это наш со Штольманом брачный договор. Презанимательное чтиво. Разница между нами, Анна Викторовна, в том, что со мной Яков был честен. Я была его избранницей, а вы… - Нина сделала паузу, как будто подбирая наиболее точное выражение: - племенная кобыла. Штольман весело ворвался в дом, спустя десять минут. В руках у него был роскошный букет роз. - Аня, я вернулся… - он мгновенно осекся, увидев застывший взгляд Анны, который она подняла на него. – Аня, что случилось?! - ДНК-тест на определение отцовства? Вы планируете и у меня отобрать нашего сына, откупившись дачей? – мертво спросила Анна. С лица Штольмана схлынули все краски. - Аня, ты все неправильно поняла… - Что я неправильно поняла? Тут же все написано, - Анна протянула Якову брачный договор. - У нас с тобой все не так… не совсем так… - Не совсем? Что не совсем? А что вы намерены делать, если у нас будет девочка? Что вы сделаете с нашей девочкой?! Тут Анна не выдержала, страшно завыла и выбежала из гостиной. Яков бросился за ней. Они оказались в спальне, украшенной для их брачной ночи. Яков пытался успокоить Анну, метавшуюся в истерике по кровати, усыпанной розовыми лепестками. - Анечка, девочка моя любимая, послушай… послушай меня… С тобой все по-другому. У нас с тобой все по-другому. Давай поговорим. Я тебе все расскажу. Я тебе все объясню… Но Анна его не слышала. Ей становилось все хуже. Она начала задыхаться и захлебываться в рыданиях. Яков, мягко удерживавший ее, чтобы она не навредила себе в беспамятстве, понял, что еще немного и придется вызывать скорую. - Просто уйдите, - раздался вопль Анны. – Я вас видеть не могу. Штольман заставил себя отпустить девушку и вышел из комнаты. Он стоял у двери и слушал. Казалось, что это будет длиться бесконечно. Но постепенно неконтролируемая истерика Анны перешла просто в глубокие рыдания. Потихоньку они становились все глуше. Потом перешли во всхлипы и глубокие вздохи. Наконец, наступила тишина. Спустя неизвестно сколько времени, Яков обнаружил, что он сидит на полу у их спальни и слушает тишину за дверью.