Бумажный трип

Суббота, 11 июля 19:45       «Привет, Джу! Кстати, я могу тебя так называть? Никак не вспомню, как к тебе обращается твой брат. Встреча прошла прекрасно, если не считать лишнего бокала, который я выпил. Про рубашку даже не смей переживать — с ней все будет в порядке, надеюсь, моя стиральная машинка с ней разберется.       О, ты уже посмотрела „Залечь на…“? Потрясающий фильм, поставил первым в твоем списке, чтобы ты точно оценила его. Советую следующим к просмотру „Сонная лощина“ и жду твоих восторженных комментариев.       По поводу моей встревоженности — зря я, видимо, надеялся, что ты не заметишь. Думаю, оттягивать разговор больше не имеет смысла, за несколько дней нашей переписки я только еще больше убедился, что моя крыша едет. Пожалуйста, когда прочитаешь это сообщение, не рви со мной контакты, я не заставляю тебя в это верить. Просто пообещай мне, что прочтешь это полностью и что-нибудь черканешь в ответ. В общем, всё это дерьмо начало происходить после моего расставания с Джей-Ди. Она была такой клишированной девицей на шпильках, которые носят с собой маленькие сумочки и слишком много красятся. Разбежались мы с ней не слишком чтобы красиво, а потом начала происходить вся эта хрень, и я даже сначала с усмешкой думал, что она меня прокляла. Знаешь, эти девчонки на шпильках — точно ведьмы. Впервые со мной это произошло, когда я приехал к одной девушке на свидание вслепую. Молли жила в пригороде, и мы договорились с ней встретиться на крыльце местной школы. Погода в тот день была жутко нестабильной, и, как только я поднялся по ступенькам здания, начался ливень. К счастью, там был козырёк, под которым мы бы точно не промокли, и я сел на верхнюю ступеньку. Было довольно зябло, я сразу для себя решил, что свидание будет на троечку, да еще и место для встречи было выбрано довольно странно (позже я узнал от девушки, что это единственное место на всю деревеньку, где можно спокойно посидеть). Вдалеке замелькала зеленая фигурка с зонтиком, и я поднялся на встречу к девушке. Молли действительно оказалась довольно странной, ко мне на встречу она пришла в темно-зеленой кельтской рубашке с шнурками, рваных джинсах и с кружкой горького чая и с бананом в руках. Она состояла из ярких цветных пятен и это немного отвлекало от самого общения: зеленая кофта, голубые джинсы, желтый банан на ее коленках — она тоже села на ступени. Молли потянулась к миниатюрному рюкзачку и достала пачку сигарет, закурила. Папироски были какие-то смешные, слишком длинные и слишком тонкие, с зеленым фильтром. Её красная помада испачкала фильтр и её пальцы, я отказался докуривать за ней, и она, пожав плечами, выкинула окурок. Когда она курила, длинный рукав сполз с её кисти и я увидел, что тыльная сторона её ладоней обезображена красными глянцевыми пятнами экземы. Она заметила мой взгляд и одернула рукав.       Мы разговаривали о каких-то странных книжках, написанных старыми маразматиками, и об арт-хаусе. Наш диалог прервал резкий гром, Молли испуганно вздрогнула, и я успокаивающе погладил её по голове. Джуди! Запомни этот момент. Именно тогда я почувствовал это в первый раз. Итак, я повторю, я легонько дотронулся до её макушки и запустил пальцы в волосы. Я намеривался слегка растормошить её, чтобы была чуть более живой в общении, но заметил что-то странное — её волосы. Они были какие-то необычные. Сначала мне вообще показалось, что на ней что-то вроде очень дешёвого парика. Я вспомнил экзему на её кистях рук и просто понадеялся, что Молли не окажется ещё и лысой. Так или иначе, я быстро убрал руку, испугавшись случайно скинуть её гипотетический парик. Кинув взгляд на её шевелюру, я не заметил ничего ненормального. Моя мать раньше работала в парикмахерской и, поверь, я смог бы с первого взгляда отличить парик от настоящей прически и, клянусь, у Молли не было ничего странного на её голове. Я различил секущиеся кончики и точно убедился, что эт о не может быть париком.       (Прости, кажется я слишком часто повторяю это слово „парик“, но не могу вспомнить ни одного синонима к нему) Девица заметила, что я слишком пристально смотрю на неё, и кокетливо поправила прядь волос. Я сделал ей какой-то дурацкий комплимент, и мы продолжили говорить о всякой дребедени.       Уже вечерело, мы стали собираться по домам и, прощаясь, обнялись. Молли была настоящей клёпкой, по сравнению со мной, и мне пришлось наклониться к ней. Я бездумно начал перебирать пряди её волос, но мне казалось, что я трогаю тонкие полоски бумаги — сухие, ломкие, слегка шершавые. Наверное, она просто пересушила краской свою шевелюру — девчонки ведь любят менять цвет волос, словно светофоры — я успокоил свою разыгравшуюся фантазию, наскоро проводил Молли и уехал сам.       Итак, да, всё началось с обычного странного свидания, и я даже не думал, что это вообще может что-то значить. Дома я выпил немного виски и уснул с чистой душой. Это было только начало, Джуди. Начало того, как всё в моей жизни низверглось в Тартар. Потом было ещё много подобных случаев. Я просто стал замечать, что кожа и волосы всех, до кого я дотрагивался, были странно шершавыми и на ощупь напоминали бумажную поверхность. Не буду вдаваться в детали и описывать другие свидания с Молли, но секс для меня стал откровенной пыткой: поверь, трахать бумажный рулон не доставляет ни капли удовольствия. Я ничего не говорил ей, но я вижу, что мои постоянные отказы от интима под надуманными причинами напрягают её. Мы часто ссоримся из-за моих увиливаний от поцелуев и объятий. Кажется, она опять вернулась к своим старым комплексам, и в этом виноват только я.       Встреча с тобой была прекрасной, я не соврал, но все же в ней было кое-что пугающее меня. Я случайно задел твой локоть, подавая тебе пальто, и увидел это: твоя рука становилась странно-двухмерной, словно ты — бумажная кукла, которую девочки вырезают из альбомов, чтобы надевать на неё такие же бумажные платьица. Когда я отшатнулся, галлюцинация пропала, но это знатного напугало меня. Вот так, Джуди.       И я не знаю, как мне дальше жить с этим, ведь любой физический контакт с человеком превращается для меня в пытку.       Пожалуйста, ответь на это письмо, и обещаю, что прислушаюсь к твоим словам.»