Бумажный трип

Пятница, 17 июля 12:03       «Привет, Джуди, привет, братишка Боб Я пишу на одну почту, потому что не вижу смысла печатать два одинаковых ответа двоим. Надеюсь, вы, ребята, по-крайней мере, не писали мне, сидя в одном помещении — это было бы совсем уж тупо даже для вас. Я чувствую себя очень уставшим в последнее время, так что не ждите от меня пространных изречений или вроде того. Мои глаза слипаются, и мне тяжело печатать даже этот небольшой текст. В общем, я сходил к этому вашему доктору Джейкоби — неплохой мужик. Подбешивал, правда, немного стерильной белизной кабинета и неудобной кушеткой, но у него были прикольные рыбки в аквариуме, так что это сгладило впечатление. Он более-менее выслушал меня и толком ничего не ответил на мой вопрос о диагнозе, только сказал, что моя переписка с вами может мне помочь. Я буду ходить к нему в течении пары недель, и если он мне не поможет — шкуру с него сдеру (как ты, Бобби, планируешь сделать с тем беднягой Кирстни). Он был самый бумажный из всех, кто жал мне руку. Края его двухмерной ладони были отвратительно-острыми — когда я пришел домой, то обнаружил, что все мои пальцы испещрены короткими красными царапинами, и нашел клочки бумаги, забившиеся под манжеты рубашки. Это, должно быть, странно, но я устал думать обо всем таком. P.S. Молли я сказал, что немного болею и это сказывается на сексуальной активности — кажется, поверила, даже почти не расстроилась. Думал сказать, что у меня рак и посмеяться над её плачущим личиком». Суббота, 18 июля 15:57       «Здравствуй, Майк, это Джудит. Прости, конечно, но что на тебя нашло? Ты такой грубый и озлобленный. Я понимаю, что твои галлюцинации, должно быть, весьма утомительны, но не обязательно же срываться на мне и Бобе. Знай, он очень обижен, хотя я и попыталась сгладить ситуацию. Твое счастье, Майки, что Бобби не злопамятный, несмотря на все свои угрозы и внушительный облик. И да, что такого тебе сделала бедняжка Молли, что у тебя такая жестокость к ней? Я рада, что док произвел на тебя хорошее впечатление. Я была у него совсем недавно, но никаких рыбок не помню, странно. Видимо, он купил их на днях. Надеюсь, ты рассказал м-ру Джейкоби о своей усталости и о вспышках немотивированной злобы. Он же прописал тебе что-нибудь, верно? И, кстати, да, меня порядочно напугали твои слова о том, что ты /порезался/ о свою галлюцинацию. У тебя нет провалов в памяти? Это могло бы прояснить ситуацию хоть в чем-то. Жду с нетерпением ответа, Джудит. P.S. Позвони Бобби и извинись, вы же друзья в конце концов. Ссориться из-за такой ерунды — глупо». <°°°>       — Слушай, Майки, а ты точно был у Дока в четверг? Парень перевёл слегка расфокусированный взгляд воспаленных глаз на Джудит и попросил повторить свой вопрос. Висок пульсировал тупой болью, пальцы, безвольно лежащие на барной стойке, слегка подрагивали. Обстановка кафешопа настраивала к мягкому расслаблению, но без травы этого состояния сейчас добиться было нереально. Майку хватало трипов и в жизни — сегодня он предпочел обойтись без наркотиков, в отличии от Джи-Джи и ее брата, которые сейчас сидели рядом. Бобби, все еще обиженный на него, как раз затягивался щедро набитым косяком, а на синем глянцевом блюдце перед девушкой лежал надкушенный «волшебный» кекс. Джудит послушно повторила свой вопрос, и Майк кивнул ей в ответ. — А к чему вопрос, собственно? — Просто я вчера созванивалась с Доком, и он сказал, что уже неделю как никого не принимает. Но парень её уже не слышал: что-то буркнув он выскользнул из-за стола и славировав между столиков скрылся в уборной. Плотно прикрыв за собой дверь парень вцепился пальцами в край грязной раковины и включил холодную воду, плеснул её в лицо, но легче не стало. Висок словно сверлили раскаленной дрелью, а в отражении треснутого зеркала на молочно-бледном лице выделялись только красные веки воспаленных сухих глаз. Майк поправил каштановую прядь, спадающую на лицо, липкую от испарины, выступившей на лбу, — так мучающий его своей болью висок обнажился, и парень испуганно вскрикнул — тот был прострелен.        (Полный пейзаж романтики: запекшаяся кровь на щеке как багровый поцелуй от выстрела)       (Майки, дружище, ковыряться пальцем в дырке, где был прежде собственный висок — как минимум не прилично) Моргнул — и всё пропало.

Его мокрая бескровная кисть руки, лежащая безвольно на краю раковины, была подобна мертвому уродливо-голому животному с морских глубин.