Продать киборга

Лопухи у дома Николаса Янссена тихо шелестели, колыхаясь на ветру и отлично маскируя ерзающего от переизбытка эмоций Вилли. — И что он сказал? Да оставь ты это, потом доешь! Мне же интересно! Ури с сожалением пристроил наполовину съеденную сосиску на пакет, в котором еще оставались гренки и сырные шарики, и наконец ответил. — Если кратко – что это отличная идея. Вообще-то, хозяин много чего сказал. Например, что он бестолковый идиот, не дошедший до такой простой мысли самостоятельно. И что, если удастся сдать киборга в аренду, это их просто спасет. Так и сказал: «их». И что мистер Шульц как раз жаловался ему, что никто не хочет идти грузчиком на склад, а он, дурак, о киборге даже не подумал. Но все это была не слишком важная информация, да и сосиску хотелось доесть. — Это значит, он тебя передумал продавать? — Вилли даже подскочил от радости, опасно высунувшись рыжей макушкой из-за лопухов. — Не знаю, — Ури неуверенно пожал плечами, одновременно потянув приятеля вниз: мало ли кого из соседей посетит бессонница, — наверное. — И что? — Хозяин связался с мистером Шульцем и обо всем договорился. Во вторник он ведет меня работать на склад. — Это же просто отлично! У нас же все получилось! — Вилли снова заерзал. — Так он к тебе совсем привыкнет, а там, глядишь, и подружитесь. — С оборудованием не дружат, — заметил Ури, засовывая в рот сосиску. — Ну я же дружу, — возразил приятель, — И вообще, ты не оборудование. — Я киборг. Бракованный… — Еще скажи сорванный, — перебил его Вилли. Ури задумался, вспоминая статьи и видео, которые показывал ему приятель. Нет, сорванным он себя точно не считал. Но и нормальным киборгом тоже. — Бракованный. И лучше хозяину этого не знать, — озвучил он свой вывод. — Знаешь, Ури, — Вилли задумчиво взъерошил волосы, — все-таки хорошо, что я не твой хозяин. — Почему? — киборг удивленно воззрился на ставшего непривычно серьезным друга, даже сырный шарик до рта не донес. — Потому что мы можем дружить. — А если бы ты меня купил, не смогли бы? — удивился Ури, искренне считавший, что дружить, не прячась ночами в лопухах, проще. — Мне кажется, это очень трудно — дружить с тем, кто может тебе приказывать, — пояснил друг. — Но ведь ты бы не стал приказывать мне что-то плохое или неприятное, — пожал плечами Ури. — Не стал бы. Просто… Вот смотри, — Вилли на мгновение задумался, — я могу тебе сейчас сказать: «Ури, сходи за водой». — Я схожу, мне же не трудно, — Ури все еще не понимал. — Угу. Но если тебе не хочется, ты занят или устал, то всегда можешь сказать: «Вилли, сходи сам». А если бы я был твоим хозяином, система просто заставила бы тебя встать и пойти, даже если тебе очень не хочется. И это плохо, когда вот так… Понимаешь? Ури задумался. Выполнять приказы было нормально, привычно, его ведь для этого и создали. Конечно, случались, и не раз, не очень приятные приказы, но были и такие, которые Ури выполнял с радостью. Например, старушка, для которой он был вместо мери, часто посылала его выгуливать свою собаку. Гулять по парку в компании лохматой псины ему нравилось. Пес был чем-то похож на Вилли, такой же рыжий и веселый. Но однажды рыжий и веселый Вилли, безо всякой причины, просто как друг, ляпнул: «Посиди пока на месте» и умчался. Все бы ничего, если бы в этот момент Ури не находился под узкой полкой, куда залез, чтобы достать залетевший под нее самолетик. Друг потом очень удивился, застав его сидящим в скрюченной позе, и долго извинялся, когда понял в чем дело. Ури понимал, что Вилли не специально, но чувство дурацкой беспомощности было обидным. А еще было неприятно, он тогда полвечера отделывался программными фразами и сам не мог понять, почему злится. — Кажется, да…– вздохнул Ури, — понимаю. Понедельник начался с очередного письма из суда. Судя по дате, его отправили еще в пятницу, но Ник умудрился не заметить. В письме ему еще раз сообщалось время и место судебного заседания и предлагалось подать гражданский иск, по желанию, разумеется. Что это за зверь и как его подавать, Ник понятия не имел, но, к его громадному облегчению, в том же письме предлагалось, в случае отсутствия у него представителя, обратиться к консультанту суда для заполнения необходимого заявления. Для него даже было выделено время, сразу перед обедом. Подумав, Ник решил, что к консультанту пойдет: хотя бы узнает, что это за иск такой, и зачем он ему нужен. На кухне еще оставался пирог, можно было, не спеша, позавтракать, собраться, настроиться на нужный лад. Уже заваривая чай, Ник крикнул киборгу, чтобы тот шел на кухню. Кормосмеси осталось совсем мало, так что пускай тоже ест вчерашний пирог, и чай пьет с сахаром. Вчера Ник просмотрел характеристики дексов и уяснил, что им необходима глюкоза, а сахару у него пока достаточно. Время пробежало как-то незаметно, и собираться опять пришлось впопыхах, на ходу размышляя, стоит ли брать Ури с собой. В конце концов Ник решил, что стоит. — Ури, ты идешь… — начал он, и запнулся, только сейчас поняв, что его оборудование одето в дурацкие шорты и футболку с ежиком, а переодеваться уже вроде как времени нет, — со мной. Только надень мои кеды, они у двери стоят. Бес с ним, пусть идет в шортах. Законодательство округа было весьма лояльно к владельцам киборгов, даже боевых, и не предполагало нанесение опознавательных эмблем на одежду. Так что ничего, кроме недоумения прохожих, Нику не грозило. Уже пройдя половину дороги к суду, Ник увидел, как прямо ему навстречу топает Вилли. — Привет! — радостно заулыбался подлый продавец киборгов, подойдя, и, не обращая внимания на хмурую рожу Ника, потопал рядом. — В суд? Я там вчера был… по делам дяди и видел, что сегодня будут судить тех козлов, что на тебя напали. — А откуда ты знаешь, что на меня нападали? — удивился Ник. — Тю, — Вилли пожал плечами, — так к нам полиция приходила. Спрашивала, когда ты от нас вышел, и все такое. — Ааааа… — Ник внезапно понял, что Вилли его даже не раздражает. — Все еще злишься? — Злюсь, — тем не менее ответил он. — Слушай, — Вилли покаянно вздохнул, — я понимаю, что поступил не очень, но киборга долго не покупали, и дядя уже хотел сдать его на утилизацию. А мне так жалко было. Хороший же декс! Отличный просто, и вот так отправить его в утиль из-за дурацкой истории… — В газете писали не про одну, а про три истории, и еще про какие-то кибервирусы, — уточнил Ник, не став делать вид, что не понимает о чем речь. — Самый страшный кибервирус — криворукий владелец, — фыркнул Вилли, — поверь мне, киборг отличный. Я ему и систему прокачал по-максимуму, как смог: самообучение, имитацию личности. Включи, кстати, он тогда нормально разговаривать будет — гораздо удобнее. Топающий в режиме телохранителя Ури мысленно улыбнулся. Приятель говорил чистую правду: он не только поставил ему все лучшие обновления, которые смог найти, но и каким-то образом добавил в программу имитации личности многие из тех фраз и выражений, которые говорил Ури, когда не надо было притворяться оборудованием. — Ладно, я пошел, — Вилли неопределенно махнул рукой, — удачи. — Ага. Спасибо, — отозвался Ник. Имитация личности его заинтересовала, надо будет и правда включить, посмотреть, что этот рыжий лис туда насовал. К консультанту он пришел вовремя. Выслушал пояснения, заполнил бумажки – пришлось, правда, сбегать к Ури, уточнить, сколько было потрачено на лекарства — и сел в холле ждать начала суда. Киборг торчал рядом, сверля подозрительным взглядом других посетителей. Те косились на шорты декса, но комментировать не рисковали. Перспектива получить компенсацию от грабителей — а консультант уверяла, что гражданский иск удовлетворят без вопросов — радовала. Сумму он, конечно, просил небольшую, но можно будет хотя бы купить стиралку и плиту. Если брать в «Нужных вещах», должно хватить и еще немножко остаться. Ник настолько задумался о радужных перспективах, что пропустил бы приглашение в зал заседаний, если бы не бдительный Ури. Велев киборгу сидеть в холле, парень отправился на встречу с правосудием. Встреча оказалась скучной до невозможности. Судья сидела с таким выражением лица, будто она киборг. Государственный защитник, назначенный судом, выполнял свои обязанности добросовестно, но без огонька. Государственный обвинитель тоже не проявлял излишнего рвения. Подсудимые молча сверлили Ника злобными взглядами из-за решетки. Весь процесс, в том числе и рассмотрение его иска, занял не больше трех часов, включая получасовой перерыв перед последним словом подсудимых и двадцатиминутный перед оглашением приговора. Неудавшихся грабителей отправили за решетку на пять лет, а иск Ника полностью удовлетворили. После заседания ему пришлось еще раз зайти к консультанту, которая сообщила, что совокупных средств на счетах осужденных как раз хватает на выплату ему компенсации, так что деньги он получит, как только приговор вступит в законную силу. То есть через месяц – если, конечно, никто не подаст апелляцию. Но, скорее всего, ее не будет, смысла нет. Заверив консультанта, что он все понял и вопросов у него больше нет, Ник покинул гостеприимную обитель фемиды. — Посадили их, — глубокомысленно сообщил он киборгу, когда они оказались на улице. — Пошли, что ли, домой. Они успели пройти всего пару кварталов, когда у Ника зазвонил видеофон. Приняв вызов, парень узрел довольную рожу Владислава Ковальского. — Привет, — приятель помахал рукой, — ты киборга не передумал продавать? Ник оглянулся на Ури и, пару секунд помолчав, ответил. — Передумал. Решил его в аренду сдавать, уже договорился. — Тоже дело! — одобрил Влад. — А то тут покупатель нашелся, но мутный какой-то, я даже не был уверен, что стоит тебя с ним сводить. Ну, раз ты передумал, то и хорошо. — Ага, — Ник совсем не был уверен в своем решении. — Ладно. Давай. Звони если вдруг чего, — Влад отключился, и Ник, все время разговора простоявший посреди улицы, потопал дальше. Не заметив ни того, как напряглось, а потом расслабилось его оборудование, ни странного взгляда, который Ури бросил на огромный баннер «Прием в патрульную полицию Блюменгартена открыт».