Мастер соблазна

— Помнишь меня? Мы с тобой встречались в твоих снах. Правда, тогда я был в шлеме и на белом коне. — Малфой, повторяю еще раз. Отвали! Драко не унывает, помнит, как молитву, слова отца, что Малфои никогда не сдаются, добиваются поставленной цели, и в данном случае слизеринскому принцу просто необходимо покорить сердце прелестной Гермионы Грейнджер — умной, храброй, небесной красоты девушки. На первом курсе она была совершенно другой. К счастью, за лето, а их было целых шесть, гриффиндорка успела внешне сильно измениться. Появились аппетитные формы, изгибы, которые заметны под рентгеновским взглядом Драко. Жаль, скрыты прелести бесформенными рубашками и юбками до колен. Ножки стройные, но девушка ходит в обуви на плоской подошве. А может всему виной неслабый удар головой о пол, когда Уизли вручную намывал его во время отработки? Повезло им отрабатывать вместе. Два самых главных скандалиста и драчуна школы Чародейства и Волшебства Хогвартс. Аристократ и нищеброд, из разных слоев общества, а ведут себя одинаково, словно только что выбрались из пещеры. Спасибо, в тряпках не ходят, прикрывающих причинные места.

***

— Твои родители случаем не ювелиры? — Малфой, не утруждайся. Подкаты из рубрики «Твои родители случаем» не подействуют. Я все приемы знаю наизусть, наслушалась от дворовых мальчишек. Вопрос в том, откуда ты набрался этих магловских слов?.. Драко уже скрылся за горизонтом. Гермиона тяжело вздыхает, возвращаясь к учебнику по трансфигурации. На днях контрольная работа, а у этого блондина башню снесло напрочь. Вбил себе в голову мысль, что ему нравится третий по счету школьный враг после Гарри и Рона. Такого просто быть не может, не в этой жизни. Однако факт остается фактом — Драко ей проходу не дает, и предпочитает он подкатывать к девушке, когда она одна. В присутствии друзей такой опасный ход чреват койкой в больничном крыле. Седьмой курс. Последний. Об учебе надо думать, не о любви. А впрочем, для Гермионы каждый год посвящен исключительно учебе. Рона благополучно отшила, стала сожалеть, как только он начал встречаться с Лавандой. Была надежда попробовать с Гарри, а тот стал популярнее Локхарта, все девчонки мечтают быть его второй половинкой, урвать кусочек славы. Если так присмотреться, то самые симпатичные парни уже заняты, глаз положить не на кого. Остался только Малфой. Что крайне подозрительно.

***

— Грейнджер. Это дикая роза? — Ты совсем свихнулся? Мы на лекции по истории магии. Где ты видишь розы? — Твои духи. — Парта большая. По-доброму прошу, Малфой. Отодвинься. Но Драко не слушает, незаметно, как он думает, наслаждается запахом, исходящим от миниатюрного соблазнительного тела гриффиндорки. На волосы тоже немного попало, или Гермиона это сделала специально. Парень утыкается носом в копну кудрявых волос. Повезло им двоим сесть за последнее свободное место — последняя парта последнего ряда. Никто даже не смотрит, половина студентов дремлет, как обычно бывает на уроках истории, другие болтают на свои темы. Напрямую, с чего это вдруг Малфой влюбился в нее, Гермиона не решается спросить. Боится услышать очевидный ответ. Она уверена, он с ней играет, это новый способ поиздеваться над грязнокровкой, добиться ее расположения, поцеловать, поиграть рукой под юбкой, а потом на всю школу громко заявить, что сам слизеринский принц затащил в постель гриффиндорскую заучку. Новость века. Как и позор на всю жизнь, от которого никогда не отмыться. Парням в этом плане везет, страдают всегда девчонки.

***

— Ты так соблазнительно сегодня за обедом в Большом зале ела огурец. — Малфой, по-твоему, я должна на ЭТО повестись? Серьезно? — Серьезно. Я даже слегка воз… — Послушай, тебе на третьем курсе было мало? — Ты про-о-о… — Да, когда мой кулак познакомился с твоим носом. Захотелось продолжения? Драко с опаской оглядывается. По его сигналу из укрытия выплывают шкафообразные Крэбб и Гойл. В прошлый раз от них толку было ноль, тупые, растерялись, а может испугались. Трое на троих. Сегодня Гермиона без поддержки, однако Малфой пришел поговорить с охраной. Не сводя взгляда с недовольной Гермионы, он пятится назад, пока не заворачивает за угол. Пронесло.

***

— Грейнджер, ты сегодня свободна для страстного горизонтального танца? Драко говорит хрипло, придавая своему голосу максимум сексуальности. Он подкрался столь неожиданно, да еще во время отбоя, что Гермиона реагирует незамедлительно — разворачивается и со всего маху дает насильнику оплеуху. Во-первых, про магию она даже не вспомнила, когда тут такое творится. Во-вторых, маньяков в школе быть не может, но нервы у гриффиндорки в последнее время расшатаны. Благодаря тому, кто десять секунд назад голосом астматика шипел ей на ухо непристойности. — Я тебе такой танец покажу, извращенец! Она погнала его по всей школе. Гермиона без волшебной палочки вселяет ужас, а с магией и вовсе жуткая, страшнее самого Волан-де-Морта и Гриндевальда, вместе взятых. На крики проснулись все обитатели замка. Драко отделался выговором и новой отработкой, куда по «счастливой» случайности вновь попал Рон. Считай, это его официальная неоплачиваемая работа.

***

— Похоже, что в раю не досчитались ангела. Вот же он! Гермиона качает головой, проходя в больничное крыло. Здесь никого, окромя Малфоя с перебинтованной головой и сломанной правой рукой. Эту койку априори заказали ему, как только он рискнул начать подкатывать к Гермионе. Рон не выдержал и, защищая честь подруги, вступил в ожесточенную схватку со слизеринцем. Он долго копил силы, наконец отыгрался за все семь лет. — Малфой, выйдешь отсюда и поблагодаришь Рона за то, что он тебе челюсть не сломал. Понурая перебинтованная блондинистая голова вызывает у гриффиндорки приступ нежности. Она, причмокивая, приближается к койке и садится на стул. Долго смотрит на пострадавшего. — Сильно болит? — Если поцелуешь, будет не так больно. — Могу только дать добавки, Малфой. — Понял.

***

— Не поняла. Ты хочешь тайком встречаться со мной? Подкаты сменились прямым вопросом. Хотя тон был скорее утвердительный, чем вопросительный. Драко две недели лежит в больничном крыле, и все эти две недели Гермиона по неведомой ей причине приносит конспекты, помогает с домашним заданием, дабы Малфой не отстал по школьной программе. Рон крутил пальцем у виска, а Гарри не встревал. Понадобится подраться — Рону достаточно свистнуть, и друг тут как тут, с закатанными рукавами и жаргоном гопника. Готов выбить дух за возвращение мировой справедливости. — Да, хочу. — Почему, Малфой? Объясни. — Ты мне нравишься. — С тобой ничего не бывает настолько просто. Что ты задумал? Признавайся. — Ты самая красивая девушка, понимающая, добрая. Да покажи мне того, кто не хочет встречаться с такой, как ты. Правильно, показывать не на кого. — Так, я попрошу мадам Помфри дать тебе что-нибудь для... для восстановления работы мозга.

***

— Что это? — А на что похоже? — Не отвечай вопросом на вопрос, Малфой. Говори прямо. — Ты чего? Это букет цветов. — Прости, день выдался напряженным. Экзамены! Драко, как греческая скульптура тощего воина, застыл с цветами. Проходящие мимо студенты хмыкают, показывают на Гермиону пальцем. Дураком в данной ситуации выглядит не она, но почему-то пальцем показывают именно на нее. Стоит подумать, кто из этих двоих больше трясется над своей репутацией. Гриффиндорка выхватывает цветы из рук Малфоя, но не спешит рассыпаться в благодарностях или чмокнуть ухажера в щеку. Влюбленный Драко — глуповатый Драко. Девушка с сомнением окидывает высокого блондина взглядом. Реально, а не тронулся ли он умом часом? Признаться честно, она думала о нем, как о парне, но встречаться не мечтала. Кошмар наяву ей не нужен. Но она тоже девочка, озабочена простыми женскими вопросами: с кем пойти на выпускной бал, что надеть, какую сделать прическу. А идти-то не с кем. Даже Крэбб и Гойл нашли себе пару. Остался только Малфой. Что очень подозрительно.

***

— Через два дня, Грейнджер, через два дня. — Ты о чем вообще? — Прости, но на свадьбу пригласить не смогу, родители запретили. Сама-знаешь-почему. — Свадьбу? Ты сказал: свадьбу? Мне не послышалось? Свадьбу...? — Ну да. Можно без подарка, простого поздравления будет достаточно. — С тобой явно что-то не так. Недавно предлагал встречаться, а теперь заявляешь о женитьбе. Я, конечно, знала, у аристократов так заведено — ради укрепления связей и власти отпрыски рано вступают в брак, но... мне... мне нужно это переварить. Она медленно закрывает учебник. Учебный год окончен, все экзамены сданы, но гриффиндорка никуда не ходит без книжки. Срослась с ними. Лучше вдолбила бы себе в голову, что хватит уже прятаться за учебниками от реальности. Жизнь-то таким образом пролетит мимо. Напротив стоит Драко Малфой, слизеринский, черт побери, принц. Хватай и наслаждайся. Многие месяцы таскался за ней, старался, ухаживал, как мог. Всякий раз получал отказ, но не сдавался. До последнего. — Отказаться ты не можешь? — Нет. Гермиона, чувствуя, что в глазах всё плывет, а ноги подгибаются, шарит в поисках опоры. Не находя, прислоняется спиной к стене. Вот тебе подстава. На бал уже точно идти не с кем, Паркинсон опередила ее, о возможности встречаться с Драко и вовсе можно забыть. Собственно, он ничего не решает, родители запретили бы сыну под угрозой лишения наследства встречаться с грязнокровкой. — Выдохни, Гермиона. — Ты сейчас назвал меня по имени? — Я ведь пошутил. — Ты... что ты сделал? В каком смысле пошутил? Про что ты, Господи?! — Про свадьбу. Мои родители не монстры, как тебе может казаться. Они давно пересмотрели свое мнение к маглорожденным. И я еще свободен. Пойдешь со мной на бал? — Малфой. — М-м-м? — ...Ты быстро умеешь бегать? — Чего? — Ноги уноси, говорю! Иначе прибью, не дав тебе попытку спастись. Гриффиндорка достает волшебную палочку. Снова они весь замок подняли на уши. День мести Гермионы совпал со днем, когда она начала встречаться с Драко. И уже никакая школьная вражда не могла им помешать быть вместе.