Четвёрка в общежитии...

***

*спустя неделю*       Маринетт поправилась ещё два дня назад. Она чувствует себя прекрасно и сейчас идёт устраиваться на работу.       Адриан так и не нашёл себе никого. Он пьёт уже третий день подряд, Мари пытается подавить в себе жалость к нему, но выходит не очень хорошо. Отходит сам, любит себя сам, единственное что он перестал делать, так это только не приводить шкур. Он только приходит пьяным в хлам домой, а Аля его избивает первым, что попадется под руку. Чаще всего это бутылка или тапок. В случае бутылки, она кричит «за ВДВ» и разбивает бутылку о голову Адриана. Так и до сотрясения мозга не далеко, а может и до амнезии. В основном Нино тащит парня в спальню и небрежно бросает на кровать, чтобы избавиться от груза.       Вернёмся к Маринетт. Она подошла к кафе. Оглядевшись, она не увидела никого из своих, ну, хотя бы никто не узнает, что она тут работает. Агрест вряд ли заглядывает в такую дыру, ему же по душе крупные и дорогие кафе.       Войдя в кабинет администрации, Мари поздаровалась и сказала причину заявления в данное заведение. Им как раз нужна официантка. Поскольку, работая в разные смены, многие не успевают и задерживаются до поздна на работе. А их всего-то три.       Дюпен приняли на работу с большим удовольствием и сказали, что завтра в четыре её будут ждать. Дюпен вышла из заведения с довольным лицом.       Когда она начала подходить к подъезду, её кто-то схватил за плечо. От неожиданности, она развернулась назад и заломала руку нарушителю личного пространства. — Агрест?! Ты же знаешь, что я раньше ходила на таэквондо. Так что, не подкрадывайся больше ко мне так, а то в следующий раз я её нахер сломаю и с гипсом будешь ходить! — Дюпен отпустила руку, а Агрест потёр её ладонью, прищурив глаза. — Прости, больше не буду. — дёрнув головой, ответил Адриан. — Надеюсь, я не сильно задела твою руку, а то ты так убиваешься из-за неё, сильная травма? — саркастично спросила брюнетка. — Ты не сможешь меня травмировать, даже если захочешь. — улыбнулся тот. — В общем, некогда, мне надо ещё документы занести домой, так что, можешь идти. — равнодушно сказала девушка, накидывая упавшую лямку сумки на плечо. — В ЗАГС уже заявление подаёшь? — усмехнулся блондин. — Агрест, не порть мне настроение, ты же знаешь, что я тебе ещё и по тыкве въебать могу. Не буди во мне зверя. — прикрыв глаза, Дюпен беззаботно улыбнулась. — Хомячков не боимся! — подзадорил парень.       Голубоглазая вздохнула и, сжав ладонь в кулак, открыла дверь общежития. Она начала подниматься по лестнице, позади опять услышала шаги. Это был Агрест. — Ну вот что тебе… — она не договорила. Адриан заткнул её поцелуем. Он притянул её к себе, обняв одной рукой за талию, а второй за шею. Парень целовал её со всей любовью и страстью, что накопились в нём. Даже если он и скажет, что это было «по-дружески», то это полное пиздобольство! Маринетт, прибывая в состоянии приятного шока, постепенно ответила на его жадный поцелуй. Эти пьянящие губы так и манили к себе, так и просили прикосновений и ласки. Агрест отстранился и улыбнулся. Разум помутнел. Она перевернула его мир, она свела с ума его. А он… упустил свой шанс. — Прости. — почёсывая затылок, замялся блондин. — Агрест, ну ты… пиздец! Маньяк-извращенец! Пиздуй девушку себе искать! А то ты в конец ахерел! — Маринетт провела ладонью по губам, пытаясь « стереть следы». — Ну да. Ты права. У тебя есть Джеронимо, а я полный долбоёб, так ещё и бабник. Так? Ну да. — с пустыми глазами посмотрел на неё белокурый, свесив плечи. Тяжёлыми шагами он отправился к выходу из общаги. — И куда это ты? — удивилась Дюпен-Чен. — Как куда? Судьбу свою ёбаную искать! Ща как заору «где ж тебя носит, счастье моё ёбаное!», и та, кто отзовётся, та и будет моей судьбой. — А если отзовётся парень? — Давай без « если». — Ну иди, удачи в поисках. — смеялась Мари. Она решила, что Агрест как всегда шутит. Ну или, на её языке «страдает хуйнёй», потому со спокойной душой пошла домой.       Придя в квартиру, девушка убрала документы в тайник, а сама ушла на кухню, чтобы поставить чайник. Дюпен аж кружку уронила, когда услышала душераздирательные крики, похожие на вызов Сатаны, или же просто умирающего моржа. Любопытство вновь взяло верх, и Мари, открыв окно, начала искать объект этих звуков. Это был Агрест. Он правда орал то, что и обещал. — Вот, блядь, Басков недоделанный! От его крика только вороны подохнут, да Ленин в гробу перевернётся… — усмехнулась Дюпен-Чен, с любопытством наблюдая за Адрианом. — Натуральный блондин, на всю страну такой один, хуйней страдаю, брожу по улицам как бомж, один. И голос мой только женщин пятидесятилетних с ума сведёт, Оксана бросила меня, ушла в « Спокойной ночи, малыши!», Господи, помоги! — пел Адриан.       Маринетт, услышав это, упала на пол и начала биться в конвульсиях, осознавая, что Адриан уже совсем с ума сошёл. Ну, на смех, само собой пришли Аля с Нино. Сезер удивилась, заметив Маринетт на полу. — Аля, Нино, вы… вы, вы… — не могла выговорить из-за смеха Дюпен-Чен — Вы это слышите?       Они прислушались и, подойдя к окну, увидели Агреста. Теперь они все начали смеяться, стуча кулаком по столу, а Аля вообще билась головой о стену, иногда хрюкая.       Маринетт отпустило первой, и она решила привести «певца-хуйца» домой.       Она спустилась на первый этаж и вышла на улицу. Схватив блондина под руку, Мари привела его домой. Аля до сих пор отходила от смеха, а Нино начал плакать. — Чё за нахер? — испугался Агрест. Ведь такое состояние друзей блондин видит впервые. — Твой концерт поднял им настроение. Но половинка так и не нашлась. — улыбалась Дюпен, прикрывая рот обеими ладонями, чтобы не сорваться на смех. — Но ты же отозвалась. — подмигнул он. — Я?! — вмиг весёлое и милое лицо сменилось на недовольное и грозное — Да я тебя от позора спасла, долбоёб! Тебя бы яйцами давно закидали, а может и помидорами. — Ну… ладно. Я тогда пошёл? — спросил он. — Опять?! Куда?! — хлопала глазками Дюпен-Чен. — В кафе. Хочу пиццу заказать. — он взял деньги и, небрежно свернув их, засунул в передний карман джинс. — Да, но только перед этим застегни ширинку, а то скоро твой «дружочек» вырвется наружу. — закрыв глаза руками, Мари начала громко смеяться, а блондин недовольно цокнул языком, но застегнул ширинку. — А ты чего туда смотришь? И после этого ещё я извращенец. — на этот раз Маринетт покраснела и замолчала, а Адриан начал смеяться. — Давай, иди уже! Мне тоже собираться надо. Джеронимо придёт через… Уже сейчас?! — вспохватилась голубоглазая, взглянув на часы. Как только она закончила говорить, в дверь позвонили. — Твой пидор припиздил. — взглянув в глазок, пробубнил блондин. — Сколько можно его так называть?! Так, всё, иди отсюда! — Мари открыла дверь. В прихожую вошёл русый. — Крошка, привет. — улыбнулся во все тридцать два он. Аля закрыла дверь на кухне, но на это никто не обратил внимание. — Привет. — спрятав руки за спину, ответила Мари. — Спасибо, что меня заметил. — вмешался Адриан. — А, Агрест. Привет. — закатил глаза тот. — Да мне похер, мне твоё внимание до одного места. Я съёбываюсь отсюда! Давайте вот это вот без меня, а то сейчас стошнит ещё на тебя, Джеронимо, кто потом стирать будет? — закончив, Агрест выскочил из квартиры в открытую дверь. — СВОБОДУ НЯШКАМ! — крикнув это, зеленоглазый вышел на улицу. — Я переоденусь и пойдём, хорошо? — спросила Мари. — Да, конечно… — улыбнулся кареглазый.