Знак трех

Time has passed you by/ Время прошло мимо тебя

             Сэм чувствовала себя покинутой, валяясь на земле в лесу и думая о вороне, который когда-то был на её правом плече. Она впервые вспомнила о нем и подумала, что невероятно скучает по птице, которую ей когда-то накололи. Даже смешно, но Пейдж едва находила силы на улыбку. Тело ныло, разум болел, а сама девушка умирала от тоски по какой-то нарисованной птичке, будто бы ей больше не о ком было скучать.       Глубоко вздохнув, девушка вдруг открыла глаза. Было так темно, что она подумала бы, что ночь не кончилась, если бы не облегчение, которое обнимало и её сердце, и её разум. Она снова выглядит и чувствует себя, как человек. Вот, что не давало Сэм принять ранее утро за ночь. Вымученно улыбнувшись и быстро пробежавшись чересчур внимательными глазами по клочку лесного пейзажа, открывшегося ей, Пейдж, кряхтя, поднялась на ноги и пошатнулась, едва не упав обратно. Состояния бессилия, которое напало на неё после полнолуния, было отвратно девушке, если учесть тот факт, что она очень сильно желала избавиться от такого состояния навсегда. Подумав, Сэм небрежно оглядела себя. Волосы и одежда были все в земле, словно девушка только что вылезла из могилы и должна была шагать, вытянув руки вперёд и желая съесть чьи-нибудь мозги. Увы, из всего того, где обращаются к теме зомби, девушку интересовали исключительно мультфильмы. Наскоро отряхнув кофту и джинсы, Пейдж вытащила из кармана телефон и вздохнула. Разряжен.                     Скотт напряженно расхаживал по комнате Стайлза из стороны в сторону, но никак не мог справиться с чувством, что столь важный звонок для Сэм может стать губительным для Эллисон. Хозяин комнаты, напротив, продолжал сидеть на своей кровати, не видя ничего плохого в данной ситуации. — С Сэм все хорошо, — уверенно сказал сын шерифа. — Если бы Арджент встретил её, то Эллисон уже позвонила бы, а если бы Сэм кого-то… Да быть такого не может, чтобы она кого-то убила, Скотт!       МакКолл нервно сглотнул и поджал губы, оборачиваясь к другу лицом. — Все, что угодно могло произойти, — хмуро оповестил Скотт Стайлза. — Сэм легко могла попасться охотникам и совершенно легко могла убить. — Да ты — оптимист, — нервно закивал Стилински и неожиданно подскачил со своего места. — Я думаю, если бы нашли труп, то папе бы… — Тащи свою прослушку, — усмехнувшись, махнул рукой Скотт. — Это не прослушка. Это гораздо законней.                     Больничные лампы жгли глаза. Сэм пыталась не смотреть на них, но каждый раз не могла удержаться. Отправленная Мелиссой СМС, в которой говорилось о том, что Пейдж теперь иногда может приходить к Молли, все ещё зияла в глазах неопределенно, в разброс. Стоит ли вообще говорить о том, что едва телефон снова «ожил» и изверг весь этот поток звонков и сообщений, Сэм тут же направилась в больницу? Хорошо хоть успела переодеться. Волосы все также были в земле. Но Сэм игнорировала странные взгляды больничных персонажей по этому поводу и шла дальше, к нужной двери.       Неожиданно, когда стоило уже схватиться за дверную ручку и быстро войти в палату, девушка остановилась. Ей снова стало так плохо и больно, что она не могла дальше идти. Сэм боялась увидеть Молли. Ей было так непривычно от мысли, что женщина за этой дверью её мать. Такого не должно быть. Её мать может быть где угодно, — сидеть перед телевизором дома или расхаживать с блестящим бейджем на работе  — но не там, не в больничной палате на больничной койке.       Шумно вздохнув, Пейдж провела пальцами сквозь пряди своих волос так, что немного земли оказалось на полу, и поджала губы. Только-только решившись войти, Сэм неожиданно почувствовала, как вибрирует телефон, и вытащила его. Эллисон в СМС-сообщении настоятельно рекомендовала Сэм позвонить ей и просила не беспокоиться по поводу школы, писала, что убедила директора в том, что девушке не здоровится. Всего-то…       Услышав позади себя тихие шаги, Сэм повернула голову в сторону и несколько секунд глядела на странного парня, расслабленно улыбавшегося ей. Она тут же приняла бы его за психа, если бы не форма, в которой по больнице передвигаются медбратья. Хотя, если быть до конца честной, то и форма Сэм не мешала. Она представляла, что этот улыбающийся идиот украл форму, чтобы…для достижения своей цели. И, понимая, что ей сейчас совсем не до психа, глубоко вздохнула, снова засобиравшись войти в палату. — По-моему, вам стоит проветриться перед тем, как входить туда, мисс Пейдж, — нерешительно и в то же время очень доброжелательно сказал тот самый псих, бейдж которого, скрываясь под тяжёлой бежевой кофтой, натянутой поверх формы, не мог известить о том, что психа звали Мэттом Нортаном и что был он младшим медбратом.       Но Сэм и не думала узнавать это. Она ненавидела психа уже за его улыбку и поэтому не хотела знать ни его имя, ни его должность. Фыркнув на слова парня, рыжеволосая ответила ему: — Это ваш длинный нос, который лезет в чужие дела, не даёт вам покоя, мистер…санитар? — спросила она, брезгливо зыркнув на Мэтта и попытавшись унизить надоедливого человека небрежным «санитаром», и, едва Нортан подумал, чтобы попытаться понравиться девушке, исчезла за дверью.       Но даже там Сэм не смогла найти покоя. Кажется, даже наоборот, ей стало ещё хуже жить, когда она увидела Молли, лежавшую среди электрических пикалок с закрытыми глазами и будто бы наспех зашитым горлом. В носу резко защипало, но Сэм упорно сдерживала слёзы. Плачут, когда уже потеряют. Ей плакать не за чем.       Аккуратно подойдя поближе к больничной койке, девушка устроилась на стуле рядом с ней скорее из-за дрожи в коленях, чем из-за простого желания присесть. Не зная, что делать, Сэм положила руки на колени и вздохнула. Она никогда не бывала в подобной ситуации и не понимала, стоит ли ей говорить что-то, как говорят люди в кинофильмах, или все-таки помолчать. Если често, Сэм никогда не верила в эти моменты из фильмов, когда люди со слезами рассказывают своим дорогим, находящимся без сознания, что-то, и выглядит это безумно трогательно. А ведь говорят они совершенно нелепые вещи и при этом плачут. А ещё те, кто посмышленней, говорят о том, как они любят этих коматозников, а до этого они, может быть, вообще не думали о них или даже ненавидели.       «Зачем я вообще пришла?»  — сердито подумала Сэм и поняла, что Молли, несомненно, очень ей дорога, раз она явилась сюда даже толком не зная, что ей нужно делать.       Молитвы? О, Пейдж была слишком скептична для них. Если только помолиться Сатане. Его-то девушка любила, когда вспоминала о Воланде из «Мастера и Маргариты».       Рассказать о чем-то? Разве только о покинувше её вороне…       Нахмурившись, Сэм неожиданно посмотрела на руки женщины и заревела.        Почему она подумала об этом только сейчас?!..                     Неловко стукнув один раз по двери ветеринарной клиники, Сэм схватилась за дверную ручку и быстро оказалась внутри. Слишком быстро для человека, который пришёл лишь для того, чтобы забрать свою тетрадь с конспектами с уроков химии, но девушку это нисколько не удивляло. Она всегда спешит и никогда не знает зачем.       С шумным вздохом перекинув волосы на правое плечо, с которого из-под съехавшего края футболки глядел ворон, Пейдж прислушалась и, узнав голос доктора Дитона, которого ей довелось увидеть лишь два дня назад, когда она по доброте душевной привезла Скотту тетрадь прямо в клинику, прошла в процедурную. Удивлённо вскинув брови, Сэм поджала губы и замерла в дверном проеме. Дело в том, что Пейдж никак не ожидала застать Скотт, который, касаясь правой рукой маленькой серой собачки на кушетке, заслонял левой рукой своё лицо. — Скотт, ты в порядке? — испуганно взвизгнула девушка, сделав шаг вперёд, но при этом не знав, чем она вообще может помочь.       МакКолл не ответил. Лишь отнял руку от лица и слабо улыбнулся, в то время, как по его правой руке змеями явились чёрные линии, заметить которые Сэм довелось лишь сейчас. Снова невероятно быстро вскинув брови вверх, девушка вопросительно взглянула на Алана Дитона, который улыбнулся ей уголками губ в ответ. — Добрый день, мисс Пейдж, — поздоровался он, а шокированная девушка понимала, что если бы её дар речи не пропал так резко, она бы тут же визгливо рассказала об этом «добром дне» пару ласковых, судорожно пожирая большими чайными глазами руку Скотта. — С вашим другом все в порядке, Сэм, — заверил ветеринар.       Отойдя от шока, девушка фыркнула. — Когда с людьми все в порядке, они не плачут и не… — сбившись, Сэм судорожно ткнула пальцем на руку своего друга.       Неожиданно красные от слез глаза Скотта зажглись озорным огоньком, направленным на девушку. Парень тихо посмеялся. — Я просто забираю немного её боли, Сэм, — поделился с Пейдж МакКолл и аккуратно отнял руку от собачки, потрепав её за ухо.       «Забираю немного её боли…»       Сэм слишком редко была благородной, поэтому действия Скотта настолько впечатлили её, что она подавилась комом в своём горле и закашлялась. Простая собака, которая попала в ветеринарную клинику, как попадают тысячи собак. Обычная собака.              Сэм встрепенулась. И чем её мама была хуже той самой обычной собаки? Резко схватив Молли за руку, девушка обняла её ладошку двумя своими и сразу же зарыдала. Чёрные змеи поползли по пальцам, а потом и по запястьям, стремясь вверх. Беззвучно рыдая, Пейдж прижалась подбородком к руке женщины.       Ей так хотелось выстоять. Хотелось претерпеть эту боль и забрать хотя бы половину из того, что чувствует Молли… Сэм понимала, что любит её. Боже, как она любит её, несмотря на то, что постоянно зовёт «этой женщиной». Хотя…       Разве клеймо «Этой женщины» помешало Ирэн Адлер покорить Шерлока Холмса?               Улыбаясь Мелиссе с того момента, как вышла из палаты, Сэм прошла мимо Мэтта, который попытался что-то сказать ей, и лениво оперлась руками на стойку, за которой находилась женщина. — Выглядишь неважно, — подметила МакКолл, хмуро косясь на грязь, застывшую в волосах девушки. — Неудачно пересадила цветок, — мастерски отмахнулась Сэм и широко зевнула в свою ладонь. — Разбила горшок, пока собирала осколки испачкала волосы, а воду как на зло отключили, — объяснила свою маленькую ложь она, а Мелисса тут же судорожно закивала, ничего не говоря.       Снова зевнув, Сэм засобиралась домой, но неожиданно её глаза поймали мистера Стилински, проходившего мимо. Сердце тут же ушло в пятки, и девушка с придыханием пискнула: — Полиция.       Женщина хмурясь, попыталась разобрать то, что сказала Пейдж и уже через минуту смогла сказать ей: — Вчера привезли двух человек со странными повреждениями, и теперь отец Стайлза снова весь в работе. — Может быть, это снова горный лев? — совсем тихо предположила девушка. — Возможно, — поджала плечами Мелисса и легко толкнула Сэм в плечо. — Во всяком случае с этим разбираться не нам. И я прошу тебя, Сэм, езжай домой и любыми способами вымой голову. Выглядишь ужасно, — неутаила женщина.       Пейдж лишь кивнула и направилась к выходу. В голове не было ни одного воспоминания о вчерашнем полнолунии, и руки сами по себе начинали окропляться каплями крови.       Сэм уже увидела в себе убийцу.                     Скотт поджал губы, сомневаясь, и снова посмотрел на бывший дом Хейлов, вздыхая. Ноги, о эти слишком смышленые ноги, сами притащили его сюда, сговорившись с совестью, против которой Скотт впервые был готов пойти. А зачем он с ней соглашаться? Она же такая противная, до смерти не отстанет со своим «ты сам запретил Сэм идти к Дереку», «ты её не остановил». А МакКолл хотел бы себе спокойную жизнь без обиняков. Кто не хотел бы?       Вздохнув, Скотт вдруг уловил посторонние звуки и обернулся на их исток. Как он и думал, перед ним вырос Дерек. Дистанция между ними в десять-двенадцать ярдов, а МакКолл уже чувствовал, как чужие когти пытаются разобрать его на части.       На маленькие, не вредящие миру части. — Все, что она натворила — это только твоя вина, МакКолл, — сквозь зубы прошипел Хейл и одернул края своей футболки. — Это не она, — качнул головой Скотт. — И с чего ты это взял? — без тени усмешка спросил Дерек, и подросток понял, что его тон и медленное приближение невероятно сильно сбивают его с бывшего настроя: попросить помощи в поисках Сэм. — Думаешь, что она попросту не могла? — Не могла, — со злостью выдавил парень. — Она была со мной, под моим наблюдением.       Дерек фыркнул, коснувшись ладонью своей щетинистой щеки. — Ты не умеешь врать, МакКолл, — зарычал Хейл, и только Скотт подумал об обороне, как его телефон завибрировал.       Не зная худшего момента для разговора по телефону, парень собирался сбросить звонок, но фотография Сэм на дисплее телефона заставила его передумать. Не смотря на Дерека, МакКолл прижал телефон к уху. — Скотт, я сама не до конца понимаю, что только что мне сказал Стайлз, но по его словам какая-то зелёная склизская тварь убила автослесаря на его глазах и, возможно, те люди, которых нашли ночью, тоже его жертвы, — в манере Стилински, но губами Сэм лился поток информации, сказанной на одном вдохе. — Приезжай. Мне кажется, Стайлза ещё полчаса будет трясти.       И гудки.       Господи, и отчего Сэм со Стайлзом не вместе? Они же такая типичная пара! Говорили бы наперебой без передышки и не слышали друг друга, но на людях бы делали вид, что у них все не так, как у всех.       Как все!       Вздохнув, Скотт убрал телефон обратно в карман джинсов и посмотрел на Дерека, который сделался задумчивым. — Ты ведь слышал? — зная ответ, спросил Скотт.       Хейл смерил его холодным взглядом. — Мы поговорим только, если не выяснится, что твой болтливый дружок обкурился, — небрежно сообщил оборотень и тут же устремился куда-то вглубь леса.       Скотт проводил его таким же ледяным взглядом. Он все ещё ненавидел Дерека за Айзека, Эрику, Бойда, а в особенности за Сэм, поэтому тут же возненавидел и себя. Он ведь едва не обратился к нему за помощью! Вздохнув, МакКолл бросился по лесу в противоположную сторону.       Иногда гордость слишком невовремя сбивает с невероятно важных мыслей и отвлекает от еще более важных поступков.