Альбом моей жизни

      После того, как Хаширама взял под руки Мадару и Тобираму, они все вместе пошли за Изуной. Точнее Хаширама шёл и волочил за собой Мадару и Тобираму. Те даже и не собирались сопротивляться. Их сейчас больше волновало другое. Если Сенджу думал как уничтожить клан Учиха одним разом, то вот Мадару волновали сразу две вещи: как убить этого белобрысого и где со скидкой можно купить успокоительного. Он не переставал надеяться, что валерьянка ему не понадобится.       Такая тишина продлилась бы ещё очень и очень долго, если бы Изуна не встала на ровном месте, а Хаширама чуть в неё не врезался. — Изуна-чан, а что ты делаешь?       Главу клана Сенджу очень волновал этот вопрос, ведь на одной развилке она встала и стала принюхиваться. Если то, что она остановилась, он мог ещё понять, но принюхиваться. Это казалось слишком странным. — Тихо. Я пытаюсь уловить аромат великолепной выпечки.       На такое заявление он только посмотрел на девушку подозрительным взглядом. В этот же момент его посетили мысли, что его брат не только ранил, но задел и голову. Колоссально. Хотя… Такая Изуна лучше, ведь в ней он чувствовал свою родственную душу, и любовь к сладкому это подтверждало. Вы не подумайте ничего такого, она ему не больше чем сестренка. — Ну, хорошо.       После Изуна резко повернулась и пошла в правую сторону, потом посмотрев в сторону стоящих, произнесла: — Пойдемте, — и направилась дальше.       Так, проходя между разными комнатами и коридорами, они добрались до нужного места. Им оказалась дверь, открыв которую, на столе можно было увидеть стоящие кексики. — Оо, моя прелесть.       Изуна и позабыла о боле в боку, сейчас её волновали только кексики. Её любовь к сладкому не смогла устоять от столь ароматного запаха и вида такой вкуснятины. Только картина "Хищник-сладкоежка" и его добыча была испорчена вопросом Хаширамы: — Изуна-чан, куда их девать?       С трудом оторвав взгляд от так манящих кексиков, она с неохотой посмотрела в сторону троицы, что уже была в комнате. Осмотрев их всех оценивающим взглядом, она ответила: — Так оставь их, пускай стоят!       Хаширама решив не церемонится, отпустил их и, уже идя к вкусняшкам, произнес: — Хорошо.       После Хаширама подошёл к Изуне. Так, посмотрев охотничьим взглядом на вкусняшку, они взяли по одному кексику и с блаженством откусили от них. Если Хаширама, долго не ел сладкого, так как брат куда-то все запрятал, то Изуна была голодная и искушающий запах выпечки делал своё дело. Так, в небольшой тишине, они съели по одному кексику. — А почему ты решила нас сюда привести?       Оторвавшись от поедания, Изуна посмотрела на главу клана Сенджу, что сейчас сидел напротив неё. Пару секунд пообещав что-то для себя в голове, она произнесла: — Мне есть хотелось, да и если бы я нии-сана не остановила этим, то прощай пол клана.       Хаширама на это вопросительно поднял бровь. Он, конечно, давно не разговаривал с другом, битвы не в счёт, но не думал что тот так просто сможет уничтожить половину своего клана. После раздумий он выдал: — Пол клана? Он что убил бы своих соклановцев?       Изуна от такого заявления подавилась. Она, конечно, знала, что её брата делают чуть ли не мировым злом, но чтоб подумать, что он людей из своего клана убьет. Мадара и правда это может сделать, но только в том случае, если это предатель или шпион, который может передать что-то про них врагам. Если первое ещё встречалось, то второе было чем-то сверхъестественным, ведь кто в своём уме полезет в клан Учиха? Правильно - никто, а Хаширама это отдельная тема. Тот и не шпион и не соклановец, и не какой-то никудышный враг, пусть и сильный. — Да не в этом смысле. Он бы половину земли клана отправил на Кудыкину гору.       Этот ответ устроил Хашираму, но он не знал где находится эта Кудыкина гора. Его все детство заставляли изучать карту до малейшего камушка, но про эту гору он слышал впервые. — А где эта гора?       Изуна и не знала как объяснить, что это такое. Она помнила, что на Кудыкиной горе есть семейный парк развлечений, но как объяснить это Хашираме она не знала. Поэтому решила как-нибудь обрисовать понятным для них языком, а то не дай Бог за ведьму примут. Тут конечно таковых на кострах не сжигали и считали бабушкиными сказками, но все же. — Эм. Как бы сказать, это и гора, но при этом там есть люди.       На такое заявление глава клана Сенджу ещё больше удивился. Для себя он понял, что это городки. Только называть городок Кудыкиной горой. Как так можно, ведь город это не гора? — А почему тогда я про него ничего не слышал?       На это заявление Изуна пыталась быстро найти в голове ответ. Ну не говорить же ему, что она из другого мира. И так за ненормальную скоро считать будут. В этот момент, ей и пришла в голову гениальная идея, как можно это объяснить, только все было необыкновенно просто. — Ну, он небольшой, да и ничем таким не славился. Поэтому его даже на карте нет.       В этот момент отмерли Тобирама и Мадара. И если второй спокойно сел рядом с сестрой, то Тобирама успокаиваться не собирался. Его и так выбесило, что связали и притащили сюда, при этом заставляя извиниться перед этой недо-бабой. Да ещё и не дали с Учихой сразиться, а такого он простить не мог. — Слышь, кикимора болотная, а не отравить ты нас собралась?       На это заявление Изуна с вопросом и интересом посмотрела на альбиноса. Она конечно чего-то такого ожидала, но кикимора — это слишком.       Отложив кексик в сторону и ударив по рукам Хашираме, который пытался забрать её кексик, она посмотрела на Тобираму. Глава клана Сенджу же обиделся, что ему не дали сладость и обижено надулся. После решив не заморачиваться, достал бутылку саке. — А тебя, водяной, никто не спрашивал.       Такого обращения к себе Тобирама не мог стерпеть. Его выдержке давно пришёл конец, а тут ещё эта кикимора его водяным называет. Так бы он в этот момент и набросился, но брат слишком пристально следил за его движениями, поэтому обошлось только вскриком. — Кто?! — Подожди. Сейчас. Кхм… — Чуть прокашлявшись и встав с места, Изуна запела: Я — водяной, я — водяной, Поговорил бы кто со мной, А то мои подружки — пиявки да лягушки!       Это стало последней каплей в чаше терпения брата главы клана Сенджу. Пускай всегда он был спокоен, но если заговорить при нем про Учих или он начнёт перебранку с Изуной, то все. Тушите свет. В этот же момент Тобирама ринулся в сторону химэ с криком: — Совсем мозгов лишилась!       Тобирама уже хотел сомкнуть руки на шеи Изуны, как упал лицом на стол… в торт… А рядом с половником в руке стоял Хаширама. Тот мило улыбнулся, обвёл взглядом двух Учих и сказал милым голосом: — Никто ничего не видел. — Я могила.       Только высказывание Изуны не так поняли. Она и сама поняла это по вопросительным взглядам не находящихся в отключке. Мысленно дав себе подзатыльник и поклявшись не делать больше таких ошибок, она посмотрела в сторону своего брата и Хаширамы. — Ну, могилой не нужно быть, Изуна-чан.       Хаширама не мог понять, почему Изуна сравнила с себя с каменной плитой. Конечно этому можно дать научное объяснение, но все же. Да и то, что она была на грани, говорит о многом. Только для него это было хуже в несколько раз. Изуна стала вести себя по-другому, хотя он мало её знал и судить не мог. Ещё и Мадара мог отказаться от предложения о мире. Да и Хаширама его понимал. У него осталась только сестра, да и ту его брат чуть не убил. — Хаширама-сан, это такое выражение, оно говорит, что я никому ничего не расскажу. — Тогда хорошо. — После чего, повернувшись к Изуне, спросил, — Будешь саке?       На такие быстрые перемены не только у Мадары, но и у Изуны задергался глаз. Она конечно, помнила, что Хаширама любит выпить и азартные игры. Только это выпить слишком большое, но была ещё и странность. Он не пьянел. Причём совершенно. Его взгляд не мутнел и движения не становились неконтролируемыми. Да и у брата с сестрой крутился один вопрос. Откуда он достал саке? Только секунду назад ничего не было, а тут на те! — Эм, нет. А откуда вы его взяли?       Изуну многое интересовало, но все же сейчас было интересно именно это. Бутылку саке просто так никуда не убрать и, как она помнила, делать печати с расширенным пространством, их научили Узумаки. Поэтому вариант, что они у него сейчас есть, отпадал. Тогда то и становилось интересно, откуда он его взял. — Оно у меня всегда с собой и прекрати мне выкать.       От такого заявления даже Мадара подзавис. Он то думал, что его друг вырос, но смотря на него сейчас, понимал, что нет. Как был ребёнком, так и остался. Конечно на поле боя Хаширама становился серьёзным, но в жизни... Сейчас, видя его перед собой, Мадара понял, его друг не стал таким главой клана, какие были до него. Он хотел мира, а не войн за землю. — Эм. Хорошо.       Весь это разговор казался химэ очень странным. Все здесь отличалось от канона, и хотя это лучше, но все же. Можно было и скинуть, что все изменилось, когда она попала в тело Изуны, и из-за этого история поменялась. Только от этого поменялся Мадара, а не все. Её даже радовало, что Тобирама хочет её убить. Вы не подумайте ничего, но её это радовало, хотя бы что-то было как в аниме. Вот только ей нравился такой мир. — Имото, ты так не объяснила, почему вмешалась. — Да я не вмешивалась! — негодовала химэ.       Изуна не могла понять, почему её брат считает, что она вмешалась. Да, может такое и было, но получилось случайно! Она не виновата, что там решила присесть и дом такой хлипкий, а про кексики она сказала потому, что ей есть хотелось. Поэтому к ней не должно быть никаких претензий. — Ага. Это было заметно. — голос Мадары был пропитан сарказмом, похлеще чем у змеи ядом. — Эй! Родной брат не верит.       Тяжело вздохнув, Изуна обиженно надула щёчки и отвернулась. Хаширама же смотрел на это с улыбкой, а про лежавшего Тобираму и совсем все забыли, пускай и лежал он на столе. Лицом в торт, который стоял рядом с кексиками. Долго вся эта идиллия не продлилась, Мадара опять начал разговор: — Имото? Имото не обижайся. — Хорошо, но один твой кексик мой. — Согласен.       По мнению Хаширамы, это был первый раз, когда Мадара так быстро уступил. Только он забыл, что это сестра главы клана, который на неё сильно злиться не мог. Да и кроме всего, она никогда не боялась его силы, а это подкупало. Тут Изуна решила вернуться к разговору. — Так на чем мы там остановились? Оо, вспомнила! Хаширама, вы… То есть ты, зачем вы сюда пришли. — За заключением мира.       Такой ответ очень сильно порадовал химэ. Она была очень счастлива услышать такое известие, да и до этого она съела кучу вкусняшек. Поэтому, даже не дав сказать и слова брату, она ответила: — Оо, это хорошо! Мы согласны!       Только Мадара не мог стерпеть такого. Он хотел немного посомневаться. Он хотел мир, но соглашаться сразу было не в его понятиях, поэтому, посмотрев на свою сестричку, он прикрикнул: — Имото! — Что? Ты сам не против!       Да, на такое развитие сюжета у него не было ответа. Только была ещё одна причина по которой можно было не заключать мир и он её озвучил. — Этот белобрысый Сенджу чуть тебя не убил! — Нии-сан, я сама с ним разберусь, и хватит есть мой кексик! — ударив по тянувшей к кексиками руке.       На это аргумент возражений не было и он решил смириться. Что не сделаешь ради сестрёнки, но тут-то Мадара кое-что вспомнил. Он даже и забыл про это: — Ты то побереги кексики, сегодня ещё праздник. На нем наешься. — Праздник! Ура! Ох!       Сначала радостно запрыгала сестра главы клана Учиха, но после схватилась за бок. Ей уже порядком надоела эта боль, но хороших медиков поблизости не было. Пускай Хаширама и мог ослабить боль, но он не мог залечить. Для этого нужен профессиональный медик из клана Сенджу, а не эти криворукие, что могут ещё хуже сделать. — Изуна-чан не перенапрягайся. — Хорошо. Ладно, я пошла готовиться к празднику.       Решив, что ей здесь совершено нечего делать, она пошла к выходу. Возле самой двери её заставил остановиться голос Хаширамы, а точнее того, что он сказал. — Иди, а мы тут пока выпь… обсудим договор о мире. — Хаширама, — строго произнесла Изуна. — Да успокойся, Изуна, мы чуть выпьем, а не как в прошлый раз, чтобы по лесу искать куда идти.       Тяжело вздохнув и решив с этим смириться, она развернула голову в сторону двери и, открыв её, почти находясь в коридоре, произнесла на последок: — Тогда я пошла.       После чего Изуна пошла от кухни. Отойдя на небольшое расстояние, она поняла, что не знает куда идти. Если до кухни она по запаху добралась, то как искать свою комнату девушка не имела никакого понятия. — И куда мне идти?       В этот момент кто-то закрыл ей глаза. Руки были холодные и из-за неожиданности у Изуны сработали рефлексы. Этого человека ожидал удар. Локтем в живот.       Столько неожиданностей и открытий, казались героине уже перебором. Только этот незнакомец ещё больше шокирует, но немного позже.