Пентаграммы и скотч с котятками

Глава 6. После ужина Стайлз ловит Питера посреди коридора, прижимается укладывая руки альфе на поясницу и шумно выдыхает ему прямо в губы: - Бери вино и плед. Жду тебя снаружи, - друид быстро отстраняется и выходит на крыльцо. Лес в целом выглядит как обычно, может только зарос сильнее с тех времен, когда по нему бегала толпа сверхъестественных подростков. Питер ведет Стайлза уверенно, даже когда пройдя меньше мили (прим.авт. миля – 1,60934 км) они сворачивают с тропы и спускаются вниз по руслу пересохшего ручья. - Кажется это должен быть пикник, а не тренировка, - ехидничает Стайлз, когда они оказываются у подножья крутого холма. Мышцы за время сессии и последующей сдачи диплома порядком отвыкли от таких нагрузок. Полноценная тренировка в лесу вообще была в начале весны на местном шабаше в честь Остары. - Мы уже почти пришли, - говорит Питер, - Но если ты так устал, мне придется заняться твоей физической формой. - Еще посмотрим, кто кого будет гонять, - улыбается Стайлз и, хлопнув альфу по заднице, смеясь, взбегает по холму. Питер нагоняет его на спуске, но друид изворачивается, хватая Хейла за руку и тянет на себя. Остаток пути они летят вниз до самого пляжа. Стайлз в конце просто шмякается на Питера, распластываясь по нему звездой. - Ты самый двинутый человек, которого я знаю, - говорит Питер, глядя в небо. - Ты тоже, - выдыхает Стайлз куда-то в шею. Какое-то время они просто лежат так, пытаясь отдышаться. Сердце Питера мерно бьется там за ребрами. Стайлз чувствует эту вибрацию и затихает вслушиваясь. Ритм и надвигающаяся темнота усыпляет. Сквозь траву проступает легкая дымка и тело наливается холодной тяжестью. Волк даже не открывает глаза, безошибочно определяя куда они «провалились». Пахнет магией, ими двумя и туманом. Все остальные запахи словно стерты, хоть вокруг все еще привычный пейзаж. Стайлз приподнимается, заглядывая Питеру в глаза. - Спасибо, - Питер всматривается в лицо друида. Здесь, ближе к Неметону, все неуловимо меняется. - За что? -Ты снова вытаскиваешь меня из дерьма. - Да брось, ЛА не так плох, - улыбается Питер. Стайлз посмеивается, поднимаясь на ноги и подавая руку Питеру. - Останемся здесь? А то комары покусают, - Питер кивает, выуживая из ближайших кустов сумку и кидает в Стайлза плед. Друид стаскивает с себя одежду и, задорно подмигнув, быстро входит в холодную воду. По телу проходит дрожь, быстро сменяясь волной жара прилившей к коже крови. Пары мощных движений хватает, чтобы размять мышцы и смыть с кожи слой пыли. Стайлз оглядывается на берег и с глубоким вдохом ныряет. Темная вода схлопывается над головой и Стайлз плывет не глядя, пока обжигающе горячие руки не оплетают талию, вытягивая на поверхность. - Догнал, - выдыхает Питер прямо в губы, прижимая теснее. Стайлз сжимает его волосы в пальцах, с силой оттягивая, так что волк тихо рычит от удовольствия в поцелуй. От этого утробного звука возбуждением пробирает до костей и тело само выгибается навстречу. Питер отстраняется, спускаясь ниже, выцеловывая родинки на белой шее и выпирающих ключицах. Теплый яркий запах приводит волка в восторг, так что хочется прижать тело друида еще ближе, не оставляя и миллиметра пространства, когтистые пальцы плотно вдавливать в бедра, а потом втрахивать друида в песок на берегу. Стайлз откровенно стонет, идеально считав Питера благодаря Неметону, интуитивно затрагивает струны этого места, так что очередной прилив выталкивает их на мелководье. Его глаза теряют цвет, становясь мертвенно-холодными, занесенными сероватой дымкой силы и от этого у Питера начисто сносит крышу. Друид откидывается на спину, утягивая волка за собой, продолжая возбужденно выдыхать, когда Питер, облизав пальцы, легко проникает в него сразу двумя. - Готовился, милый? – не дожидаясь ответа вводит третий, срывая своими губами новый стон. Стайлз неловко возится, потираясь членом о его живот. - Я могу быть очень старательным, знаешь ли, - конец предложения превращается в невнятный скулеж, когда Питер заменяет пальцы членом, сразу входя на половину длинны. Ладонь, сжимающая бедро, вытягивает боль от резкого проникновения, но Стайлз все равно выуживает тюбик смазки откуда-то из пространства. - Заговорил смазку на призыв? – Стайлз подмигивает, явно гордый своей сообразительностью. Питер смотрит на него сверху, такого растрепанного, с этой хитрой ухмылкой и нечеловеческими глазами, пока льет смазку на свой член, и думает, что одной очаровательной нечисти сегодня точно не поздоровится. Друид, впрочем, этим доволен. Даже когда Питер сразу срывается на быстрые толчки, он не перестает улыбаться между стонами. Стайлза откровенно ведет от задевающего простату на каждом толчке члена, когтей, нетерпеливо царапающих его бедро, но не позволяющих себе сжаться, прорывая тонкую кожу, и от силы, концентрирующейся вокруг них. Кожу покалывает, и друид чувствует себя по-настоящему пьяным от магии, оплетающей его тело, делающей все ощущения еще сильнее. На очередном толчке он прижимает Питера ближе, посылая часть силы в его тело. Волк сбивается с ритма, по его коже проходит волна обращения, тут же пропадая. Но глаза напротив загораются красным и Стайлз возбужденно выдыхает, теснее прижимая к себе альфу. От первого медленного, но более сильного толчка у Стайлза перед глазами расходятся цветные круги. Еще через пару движений он вообще перестает себя контролировать, расцарапывая альфе спину, так что на коже наливаются капли крови. Питер словно в бреду вылизывает рот задыхающегося от восторга друида, чувствуя волны судорог, проходящих по телу, когда его накрывает оргазм. Несколько толчков по своей сперме только чтобы выбить еще стонов, и Питер падает рядом, целуя-кусая нежную, сладко пахнущую шею и надрачивая Стайлзу. - Решил держаться до последнего? - рычание, кое-как складывающееся в слова, толкает за грань. Стайлз изливается в ладонь Питера, накрывая ее своей, откидывая голову и раскрывая рот в беззвучном стоне. Питер еще раз проводит рукой по члену, направляемый движениями Стайлза, поскуливающего от удовольствия. Волк, уже пришедший в себя и почти отдышавшийся, целует друида в висок и принимается сосредоточенно вылизывать его руку. - Не ешь меня, большой и страшный серый волк, - бубнит Стайлз, перекатившись на бок и уткнувшись лбом альфе в грудь. Питер посмеивается, прикрывая глаза, вслушиваясь в непрекращающийся традиционный «послесексовый» монолог Стайлза, - сейчас 5 минут и надо снова искупаться. Или вся стая уснуть не сможет. И я тоже от смущения. Как вы вообще с этим живете? Гребаные извращенские оборотни.