Детективная история, или таинственный пакостник

Уже который день подряд интуиция Ируки просто надрывалась, сигнализируя о неведомой опасности. Но как ни старался чунин определить, с какой стороны ждать угрозы, у него ничего не получалось. Умом понимая, что за ним могут следить, тем не менее, он, как ни пытался, так и не смог ни разу засечь своего преследователя. Когда даже спустя две недели чувство тревоги не исчезло, он решил, что просто поддался панике, и постарался не обращать на него внимания. И в самом деле, чего ему было опасаться? Не могли же Ширануи с Намиаши догадаться, что инициатором шуток над ними был простой чунин со средними данными. При воспоминании о своих далеко не выдающихся способностях, о которых шиноби рангом повыше так любили ему напоминать, Умино печально вздохнул. Он как сейчас помнил тот день, когда пошел на полигон посмотреть на тренировочный бой Генмы и Райдо. Для него всегда оставалось загадкой, как эти двое, чьи стили и техники были столь различны, умудрялись сражаться так слаженно - как против врагов, так и друг с другом. Но в тот день что-то с самого начала пошло не так. В одной из атак вместо меча, который был словно продолжением его руки, Райдо решил использовать против Ширануи взрывную печать. Вот только активировал он её слишком рано, так что сам едва не остался без руки. Только скорость реакции спасла его от серьёзного ранения, хотя не уберегла от ожога кисти. Несколько часов спустя, когда напарники пришли в комнату распределения миссий, медик всё ещё был зол на беспечного Намиаши и продолжал выговаривать ему, цедя слова сквозь зубы. Вполне вероятно, что столь эмоциональное поведение было вызвано тревогой за Райдо, но в тот момент Ширануи не задумывался о подоплёке своего поведения. Он просто был раздражен сверх меры и готов порвать любого, кто в этот момент попадётся ему под руку. Прекрасно зная эту его особенность, мечник только кивал головой и соглашался с каждым словом, прекрасно понимая, что через каких-нибудь пару часов Генма успокоится, и тогда уже можно будет в деталях разобрать с ним подробности боя, чтобы понять свои ошибки и не допустить их впредь. Но вот Ирука, к столу которого подошли в этот момент Ширануи и Намиаши, не был так близко знаком с медиком и его дурным нравом. - Райдо-сан, я сегодня видел ваш бой, - обратился он к мечнику, бросив мимолётный взгляд на кисть его левой руки, которая была плотно перевязана. Специализируясь на взрывных техниках, Умино прекрасно разбирался в них, и решил помочь, указав дзенину на его ошибку. – Вы активировали печать на две секунды раньше, чем было нужно. Намиаши нахмурился. Очевидно, принимать советы от чунина он считал ниже своего достоинства. А вот Генма, который наконец-то нашел, на кого можно выплеснуть скопившийся внутри негатив, уставился на Ируку, гневно сверкая глазами. - Это кто тут у нас рот раскрыл? Нам ещё только штабные крысы советов не давали, - всё так же цедя слова сквозь зубы, он вынул сенбон изо рта и крепко сжал его в кулаке. – У тебя здесь какая работа? Сидеть и миссии выдавать. Так и не суйся со своим мнением, когда говорят умные люди! Тоже мне, советчик нашёлся. Сопливым недогенинам в академии можешь, что хочешь, рассказывать, а мы уж как-нибудь и без твоих подсказок обойдёмся… Даже спустя месяц учителю было больно вспоминать эти слова. А в тот момент он вообще чувствовал себя морально раздавленным. И, когда на следующий день Ширануи явился в штаб как ни в чём не бывало, даже знаком не показав, что раскаивается в своих жестоких словах, Ирука решил отомстить. Благо, у него для этого были все возможности. Перво-наперво он наведался в квартиру медика, зная, что тот вместе с напарником на сутки ушел на миссию и домой в ближайшее время не вернётся, и стащил у него все сенбоны. Понимая, что их утрата для Генмы будет всего лишь мелкой неприятностью, он в свободное время раскрасил иголки в ярко-розовый цвет. Проходя через два дня мимо квартиры Ширануи, учитель прощупал защиту и понял, что её значительно усилили, то есть самому соваться туда не стоило. Но разве способна такая малость, как усиленная защита, остановить горящего жаждой мести чунина. Стоило купить Анко несколько палочек данго и предложить по-дружески подшутить над Генмой, как эта авантюристка загорелась новой идеей и сразу же принялась воплощать её в жизнь. И вот, всего лишь два дня спустя, вновь купленные сенбоны были заменены на те, что оказались выкрашены в розовый цвет, а Умино с Митараши имели счастье наблюдать из укрытия, как лицо Ширануи от злости покрылось красными пятнами, когда он обнаружил подмену. Но это было только начало. Анко настолько понравилось, как медик нецензурно ругался и швырялся розовыми сенбонами, что она сама предложила новый план. Через неделю она гордо потрясала перед лицом Ируки пачкой презервативов, которые ей удалось заменить на воздушные шарики. Судя по тому, как злорадно подхихикивала коноичи, учитель сделал вывод, что в своё время кто-то из парочки Райдо/Генма отказал ей или не сумел в должной мере удовлетворить, вот она и решила отомстить им подобным образом. Решив, что контакты с коноичи пора прекращать, чтобы избежать раскрытия, Умино начал подыскивать новых союзников. Первым в списке оказался Эбису, с которым Ширануи уже довольно продолжительное время был на ножах. Элитный сенсей с превеликим удовольствием согласился устроить пару ловушек для острого на язык медика. Но не стоило оставлять без внимания и Райдо, который и слова не сказал в защиту учителя в тот роковой день. Наведя справки, Ирука выяснил, что год назад Генма неожиданно бросил ради мечника своего прошлого парня, который, ни много ни мало, был начальником отдела пыток и допросов. Не став ходить вокруг да около, Умино напрямую отправился в тёмные подвалы инквизиции ведомство Морино Ибики и предложил ему своеобразный способ мести. То ли пораженный наглостью чунина, то ли ещё по какой неведомой причине, но тот согласился. В конечном счёте, жизнь Ширануи и Намиаши стала не то чтобы невыносимой, но достаточно неприятной. Да и кому понравится в собственной деревне чувствовать себя, словно на поле боя? *** - А ты оказался прав. Он совсем не так прост, как кажется, - плюхнувшись на задницу, Паккун принялся увлечённо рассматривать собственные лапы. – Я пока за этим парнем следил, чуть себе все подушечки не угробил. Хатаке никак не отреагировал на замечание суммона, даже не повернул голову в его сторону, продолжая изучать пейзаж за окном. - Эй, повторяю специально для глухих. Я себе все лапы оттоптал, пока следил за твоим чунином, а ты мне даже пожрать не предложил. У тебя совесть есть вообще, или ты её где-то потерял? – уже настойчивее повторил Паккун, не отводя взгляда своих бусинок-глаз от спины Какаши. – А то ведь я могу и позабыть поделиться с тобой результатами своих наблюдений. Мужчина на возмущённую речь только фыркнул в маску, плавно развернулся и преодолел разделяющее его и холодильник расстояние в пять шагов. Покопавшись внутри, он достал пару уже порядочно обветрившихся кусков колбасы и наполовину съеденную куриную ножку со следами зубов на некогда сочной мякоти. - Ешь уже, вымогатель. Восстанавливай свою память, - ухмыльнулся шиноби. – А чунин этот не мой. Мне для дела за ним последить было нужно. - Ага, шнаю я фаши дела, - чавкая куском колбасы, с набитой пастью пробурчал Паккун. Ненадолго в комнате воцарилось молчание, нарушаемое только звуком пережёвываемой пищи и треском перемалываемых мощными челюстями куриных косточек. - И всё равно ты жлоб, - закончив трапезу, выразил своё недовольство суммон. – Тебе бы бабу завести, чтобы нормальная жратва в холодильнике была, а не эти огрызки. Но ты на девок и не смотришь-то никогда, что с тебя взять. Пёс ненадолго задумался, а потом неожиданно хитро оскалился. Очевидно, это выражение на его морде должно было означать улыбку. - А знаешь, что? Ты к этому чунину, который не твой, яйца-то подкати. Я, пока у него под окнами караулил, чуть от слюны не захлебнулся. Судя по запахам, готовит он так, что пальчики оближешь и подушечки на лапах заодно. - Ты поел, вот и не отвлекайся на посторонние темы, - прервал излияния суммона Хатаке. – Я тебя накормил, так что выкладывай результаты наблюдения. - Накормил он. А напоить и спать уложить, - недовольно буркнул пёс себе под нос, но сразу же собрался и начал рапортовать официальным тоном. – Объект за последнюю неделю в подстраивании ловушек замечен не был. Каждый день вставал в семь утра, пил чай и шел на работу в академию. В час дня заканчивал занятия и отправлялся обедать в «Ичираку-рамен». В два приступал к работе в штабе. В восемь вечера возвращался домой, готовил ужин и проверял тетради учеников. Около полуночи ложился спать. В выходные дни ходил на базар. Два раза ужинал в кафе. Один раз с Морино Ибики, второй – с Эбису. О чём говорили, подслушать не удалось. Всё. Паккун, изложивший скороговоркой всю информацию, улёгся на коврике, считая свою миссию выполненной. А Хатаке задумчиво уставился в окно. Со слов суммона выходило, что Ирука работает ежедневно по 12 часов в сутки. Могло ли при такой нагрузке у него оставаться время на обустройство ловушек? Ведь умудрился же Генма два дня назад снова вернуться к себе домой, с ног до головы забрызганный краской. А на устройство личной жизни? Судя по тому, что парень успевает находить время на ужины с различными шиноби, которые, к тому же, выше его по рангу, учитель был весьма интересной штучкой. Да и внешне он оказался как раз во вкусе Копирующего. Густые тёмные волосы, собранные на макушке в хвост, выразительные карие глаза и ладная фигура, удачно подчёркнутая одеждой. Посмотреть было на что. Особенно когда чунину понадобилось достать какой-то свиток из нижнего ящика стоящего позади его стола книжного шкафа. Наклонившись, Умино во всей красе продемонстрировал, как плотно могут обтягивать его упругие ягодицы форменные штаны. Сглотнув при воспоминании о заднице учителя, Какаши отвлёкся от стрёмных мыслей и перевёл взгляд на скалящегося Паккуна. - Ты ещё здесь? Задание выполнено, так что можешь быть свободен. - Ну вот, как всегда. Как дать поспать на мягоньком после тяжелого труда, так фигушки, а как только что-то понадобится, так сразу зовут, - поднимаясь с коврика, вполголоса ворчал суммон. Но прежде, чем исчезнуть из комнаты дзенина с громким хлопком, он ещё раз глянул на Хатаке и широко зевнул. – А насчёт того, чтобы приударить за этим парнем, ты всё-таки подумай. Готовит он и правда отменно. Не зря же на него уже двое глаз положили. Какаши негромко чертыхнулся. Вот только советов от призывной собаки, как устроить свою личную жизнь, ему не хватало для полного счастья. Хотя слова Паккуна не были лишены здравого смысла. И если, кроме внешних данных, учитель обладал и остальными положительными качествами, так настойчиво превозносимыми суммоном, то к нему стоило присмотреться лично. Благо, в запасе ещё оставалось больше недели времени, пока медики не разрешат ему вернуться в строй, которое вполне можно было потратить на наблюдение за Умино и его аппетитной задницей.