Рисунки

- Хррррммм, - звучал в тишине предрассветного тумана сна храп. Усопп мирно спал, завернувшись практически во всё одеяло и оставив блондина морщиться от холодного пробуждения, да и в целом не более тёплой ночи. По идее, любовники должны спать в обнимку друг с другом, утыкаясь в грудь или затылок любимого. Но коку, как всегда, свезло, и вместо чуткого и нежного любовника или же прекрасной девушки ему достался длинноносый хвастун, к тому же ужасный вредина, помешанный на посиделках до ночи. Он может часами сидеть на палубе и что-то мастерить, составлять схемы и какие-то графики. Нет, конечно, Санджи тоже достаётся немалая часть внимания со стороны любимого, но всё же что-то было не так. Будто между ними была невидимая стена, но за всё время их отношений кок не смог продвинуться ни на сантиметр вперёд. Санджи тряхнул головой и, собрав всю волю в кулак, сел на кровати. Пора было идти готовить завтрак. Повернув голову, он посмотрел на мирно сопевшего накама. Тот выглядел, как всегда, беззаботно и, кажется, в этот момент совершал одно из своих великих приключений. Конечно же, во сне. Санджи улыбнулся и не смог сдержаться, погладив по кудрявым волосам. Обычно они старательно убирались в тугой хвост, но сейчас чёрные локоны были разбросаны по подушке и медленно двигались при каждом мимолётном движении чудаковатой головы, напоминая спокойные морские волны. От Усоппа всегда пахло морем, порохом и, почему-то, солнцем, наверно потому, что он практически весь день проводил на палубе. И, скорее всего, именно поэтому его любовник всегда был удивительно горячим, во всех смыслах этого слова. Будь то поступки, слова, эмоции, температура тела или же ответные реакции на ласки. Ухмыльнувшись собственной сентиментальности, Санджи потянулся к прикроватной тумбочке за сигаретами, да и надо было посмотреть время. Уже начинало светать, потому пора было уже начинать готовить. На тумбочке, как всегда, была навалена куча абсолютно ненужных, по мнению кока, вещей. Когда заветная пачка была уже в руке, что-то зашуршало и свалилось на пол. Санджи тихо выругался, стараясь не разбудить любовника, и, сунув сигарету в рот, потянулся на пол, продолжая сидеть. Там валялись какие-то листы. Они, видимо, вывалились из одной из папок. Сначала Санджи хотел просто положить их, чтобы Усопп сам разбирался, что и откуда. Но внимание вдруг привлекли какие-то рисунки. Пролистав один за другим листы, Санджи сделал вывод, что на всех была изображена одна и та же девушка. На одном из рисунков она улыбалась, на другом протягивала руку невидимому партнёру, были моменты, где она грустила и даже плакала. Отрицать бессмысленно, девушка была прекрасна, как ещё не до конца расцветший бутон. Потому было не удивительно, что Усопп заинтересовался ею и так усердно вырисовывал каждый локон и кружева на платье. Санджи и ранее приходилось видеть рисунки любимого, но никогда они не были такими… чувственными?! Мужчина пожевал и выплюнул вдруг сильно раздражаюшую сигарету. Он не был знаком с этой девушкой, но, судя по рассказам накама, это, должно быть, была та, в которую Усопп был влюблён, ждавшая его возвращения на родине и подарившая их команде Гоинг Мерри. Всё же Санджи не мог конкурировать с такой сильной любовью. Кинув рисунки на стол, где помимо всего валялась точно такая же папка, только чуть толще той, что была на полу, Санджи рывком поднялся и, одевшись, вышел из каюты, оставляя любовника досыпать то время, которое, как понял Санджи, было потрачено на изображение любимой. * * * Усопп проснулся в прекрасном расположении духа. Каюту освещало взошедшее над кораблём солнышко, потому можно было принимать солнечные ванны, не вылезая из постели. Одно было плохо – Санджи, как всегда, ушёл готовить завтрак. Конечно, это была его обязанность, как кока, но всё же иногда так хотелось проснуться вместе с любимым и просто валяться рядом, потягиваясь и нежно целуясь. Усопп вздохнул и перекатился на другую сторону кровати, туда, где обычно спал Санджи. Его сердце испуганно забилось, когда он увидел знакомые рисунки, разбросанные на тумбочке. Вскочив и схватив злосчастные листы, он принялся быстро их пересматривать. И угораздило его вчера забыть убрать рисунки! К счастью, на всех листах была изображена Кайя, ничего компрометирующего не было. Облегчённо вздохнув, он принялся убирать листы в папку. Вновь сев на кровать и немного подумав, он взял в руки увесистую папку, превышающую размеры предыдущей, и, бережно проведя по ней рукой, открыл. В ней так же лежали листы с рисунками, но на этот раз на них отображалась отнюдь не женская фигура. На каждом из листов был изображён Санджи. Чем больше Усопп листал, тем шире становилась его улыбка. Рисунки были самыми разными: на одних кок готовил, на других сражался, попадались и такие, где он был обнажён, спал или просто болтал с кем-то. Самым последним был набросок, сделанный им этой ночью. На нём Санджи выпускал изо рта струйку дыма. Его лицо было задумчиво, даже скорее мечтательно, будто он грезил наяву. С тех пор, как на днях Усопп увидел любимого таким, его руки так и чесались запечатлеть этот момент. Но возможность никак не попадалась, днём мешали накама, а ночью Санджи утаскивал его в постель, и не удавалось отпроситься на часок. Да и через несколько мгновений Усопп был совершенно не против подобной наглости. Усопп улыбнулся. Наверняка Санджи, увидев рисунки с Кайей, приревновал. Почему-то в сем факте снайпер ни минуты не сомневался. Санджи всегда был ужасным ревнивцем и умудрялся видеть скрытый смысл даже в его дурачестве с Луффи, самым простодушным пиратом из всех. Наспех одевшись и собрав волосы в хвост, Усопп выскочил из каюты и направился в камбуз мириться с любимым, а заодно и хорошенько позавтракать.