Болезнь под названием "Экзюпери".

«Вы красивые, но пустые. Ради вас не захочется умереть.»

Звук разбивающегося хрусталя гулом отозвался в голове у обоих. Разбитая ваза. Ссора. Нет, разбитая ваза не относится к ссоре. Она сама решила разбиться. По всей видимости предмету домашнего декора надоело слушать злобное рычание, нервный голос срывающийся на крик и кучу колкостей летающих в воздухе то на один край комнаты, то на другой. Это ничего. У нас есть еще одна. точно такая же ваза. — Почему? — спрашивает Леви устало потирая переносицу. — Почему ты не можешь мне доверять и вечно ожидаешь подвоха? Я не знаю что ей ответить. Буря в недрах моих легких на мгновение стихла и умолкла, уводя за собой в сторону гневные мысли. Голос в голове начал медленно рассуждать. И правда…почему? или нет, скорее по какой причине?. Я ей доверяю. для ревности нужен повод. Но его не было с её стороны…в том-то и весь гвоздь программы. Я перевел взгляд на картину весящую на гвозде, который вбит в стену. Я всё еще молчал. Я не знаю почему это происходит. Но как только возле Леви образовывается сгусток мужских флюидов, во мне просыпается Дракон. А стоит этому кадру еще и заговорить с ней, так у моего внутреннего Дракона совсем сносит башню и в мыслях только" ЛОМАТЬ. КРУШИТЬ." До моих ушей донесся тихий усталый вздох, а затем неторопливые шаги. Знаете, есть разновидность шагов. Тяжелые, усталые, веселые, задумчивые, можно сказать шаги или походка, как вам угодно, иногда подстраиваются под мысли. А есть еще одни, отдельный вид. Шаги после ссоры — немного уставшая и одновременно снисходительная походка. Леви села мне на колени, я в свою очередь сидел на диване. Она запустила нежные руки в мои волосы и начала методично перебирать волосы на затылке. Небольшой мой фетиш, когда так гладят. Я почти успокоился, но какая-то часть меня всё еще хотела разорвать на куски того рыжего парня, который осмелился приблизиться к моей мелкой и еще и обнять её. тварь. убить его мало. спасибо, Леви за то, что не даешь вулкану извергнуть лаву потому что, гладишь голову. — Редфокс. Я напрягся, редкий момент, когда она называешь меня по фамилии. — Чего ты боишься? Я моргнул, раз, другой. Постепенно начал соскребать мысли со стенок черепной коронки. — Не знаю, ничего наверное. А ты? Леви задумалась, это выдавала легкая складка меж бровей. Затем она погрустнела и будто бы собиралась заплакать. Я тоже машинально начал перебирать её волосы на макушке. Она успокоилась. — Я боюсь остаться одна. Быть никому не нужной. Боюсь, что когда умру некому будет плакать по мне. Мы оба умолкли. — Но мне это не грозит. Знаешь почему? Потому что, ты поселил меня вот тут. — Она ткнула пальцем в область сердца, оно будто в ответ непроизвольно сильно стукнуло. — Это касается и ревности, Гажил. Тебе не стоит ревновать меня к каждому. Это бессмысленно. Я буду плакать по тебе, если ты умрешь раньше меня. Я не смогу завести отношений с кем-то еще. Знаешь почему? В одной книге жил мальчик у которого была одна роза. Однажды он увидел сад с миллионами роз, однако у мальчика не было желания взять себе еще парочку. Потому что, они - пустышки. Такие же как все, а у него есть одна, та единственная. Так вот, все эти парни - пустышки, в них нет той искры, которая зажигает звезды, в них нет вселенной, в тебе - есть. Я живу в твоём сердце на малюююсенькой планетке, но эта планетка только моя и она очень уютная. И я буду всегда заботится об этой планетке которая предназначена только для меня в твоей вселенной. Все эти парни не смогут подарить мне такую же уютную планетку. Потому что, такая есть только у тебя. А еще для них нет места в моей вселенной. Потому что, если мне досталась маленькая планета, то тебе принадлежит вся вселенная. Всё моё сердце. — Почему? — Ты большой, тебе маленькой планетки не хватит. — Легко и по детски ответила Леви. Вполне логично, так же логично, как и гвоздь забитый в стену для картины. — И я останусь жить на этой планетке, отведенной лично мне в твоём сердце, всегда. Всегда. Даже, когда меня не будет рядом. — Она снова ткнула в области моего сердца и оно ей снова стукнуло в ответ. — Поэтому хватит ревновать меня, Гажил. Запомни, у них нет точно такой же планетки, она такая единственная.

***

На столике стояла уже другая ваза. Дракон внутри меня был повержен.