По стопам матери

Величавый храм стоит на горе. Поздний вечер, а к дзиндзя* через тории бежит маленький рыжий лисёнок со свитком в зубах. У конечных тории его встретили два больших Лиса, что пропустили его в святилище. Малыш быстро бежал средь коридоров, молниеносно сворачивая и продолжая свой путь в нужном направлении. Всюду жрецы и жрицы, единственное, что их отличало от людей — это лисьи ушки и хвосты. Все ему, как всегда кричали вслед: «Осторожнее, а то снова не впишешься в поворот!» Он бросит им, соглашаясь: «Да, конечно, сестрёнка/братец» и продолжит свой бег. И вот, заветные фусума*, расписанные прекрасными узорами и событием одного дня… Множество лисиц, а посерёдке сама Богиня сего храма держит в руках синий пламенный цветок, и лишь один серебристый девятихвостый Лис где-то в стороне, смотрит совсем не в сторону богини, а даже наоборот, куда-то в даль косит лиловым взглядом. Малыш остановился перед сёдзи*, перед двумя охранниками, покоев госпожи. — У меня послание для Инари-сама! — С отдышкой выпалил лисёнок, принимая человеческую форму. Ушки на макушке выдают его волнение, рыжий хвостик с белым кончиком маятником метается из стороны в сторону. Зелёные глаза-изумруды, серьёзны и веселы. — Иоши*, чего так спешишь-то? Ладно, проходи. — Улыбаясь, ответил один из них. — Опять, небойсь спешил, сметая всё вокруг. — Другой по-доброму смеялся. — Нет, сегодня только в поворот у тории не вписался. Колонна цела, клянусь! — Скользящие двери раздвинулись, разрушая прекрасную картину, но стоит мальчику войти, как роспись вновь воссоединяется. В конце небольшого зала, средь подушек сидит красивая женщина. Чёрные, словно смоль волосы заплетены в высокую причёску, закрепленную канзаши с серебряной орхидеей. Бледная кожа, восхищающая своей аристократичной белизной, прекрасные голубые глаза, алые губы, прямой нос, но взгляд небесных глаз не надменен, а наполнен материнской теплотой. — Иоши, здравствуй, мой мальчик. — Приветливо улыбнулась Инари. — Приветствую, Госпожа Инари. — Зеленоглазый низко поклонился, а затем выпрямился и подошёл к хозяйке. — Вам прислали письмо из деревни, что находится ближе всего к замку Кровавого Короля. Кигинема. — Что же случилось? — С волнением спрашивала женщина, принимая свиток из рук прислужника и не медля, разворачивая его. Пока она читала послание, мальчик успел заметить, как менялись эмоции на лице его госпожи. То тревога, то радость, а потом стала, такая задумчивая. — Что там, Инари-сама? — Не сдержал своего любопытства Иоши. — Прикажи, чтобы приготовили закуски и напитки. И позови Кохэку и Тэкеши ко мне. Будем готовиться к появлению гостей. — Загадочно произнесла богиня, но мальчишка, поклонившись, убежал выполнять приказ. «Так что же было в этом письме, рас она позвала к себе девятихвостых кицунэ?» — Задавался он этим вопросом после того как раздал все приказы госпожи.

***

Юки проснулась уже после полудня в той же комнате, в том же доме, смутно пытаясь вспомнить, где она. — Кохи… — Попыталась она разбудить подругу, и та проснулась. — Юки? Что случилось? — Непонимающе, Кохэйри поднялась на локтях. — Я у тебя хотела спросить. Ой, у тебя ушки и хвост видны. — Брюнетка принялась щекотать за ними, насмехаясь на названной сестрой, точнее над её реакцией. Кохэйри урчала, как котёнок, что не свойственно лисам. Всё просто — она ёкай, наполовину. — У тебя тоже. — Девчушка убрала руку подруги со своей головы. Внезапно сёдзи отворились, и вошла Хокайна. — Вы уже проснулись. — Девушка лучезарно улыбалась, а потом подошла и крепко их обняла. — Девочки, мы очень благодарны вам! — Э? За что? — Юные ёкай всё ещё не понимали, что происходит. Встать — встали, а проснуться — не проснулись! — Как?! Вы не помните?! Вы же вчера спасли нашу деревню от Кровавого Короля и Серебряного Лиса! — И тут воспоминания накатили, словно цунами. Они вспомнили всё: каникулы, озеро, их отцы, деревня, рыбалка, бой… «Бой с Папой?!!!» — Мысленно воскликнули девчушки, вскакивая, но тут, же опустились на футоны от сильной усталости. — Ой, вы в порядке? — Хокайна подбежала к подругам, с явной тревогой, что слышалась в голосе. — Да… Просто, ещё не полностью восстановились… — Кицунэ положила ладонь на поддых, куда угодил удар Томоэ. — А тогда, было не так больно. — Согласна, — Юки так же держась за живот, отвечала на шутливый манер речи сестры. — Давайте я принесу вам чаю с ёкан? — Внезапно предложила человеческая девушка, чем озадачила подруг. — А это зачем? — Отозвалась нэко. — Действительно, — Шатенка покосилась на девчушку. — Вы спасли всех нас, рискуя жизнью, поэтому все знают, что вы ёкаи и хотят поблагодарить. — После этих слов сёдзи распахнулись, и девочкам открылся вид на толпу людей, желающих посмотреть на спасительниц. — Юки… — Как-то с опаской потянула Кохэйри, дёргая подругу за край рукава кимоно. — Я не хочу стать частью зоопарка… — Я тоже не горю желанием… — Не беспокойтесь! — Вперёд вышел мужчина пожилых лет. — Все эти люди пришли поблагодарить вас, а не запереть в клетки. — Девчушки громко икнули. — Какие клетки, глава деревни?! Не пугайте их! Им и так от демонов досталось, а вы?! — Серые глаза Хокайны были полны негодования. — Что вы?! Я не хотел. Девушки, позволите нам помочь вам? — Немного поколебавшись, наши красавицы, всё же согласились. Юки и Кохэйри вывели на улицу, усадив обоих на крыльце, что было устелено шёлковыми подушками. — А…обязательно столько? — Слегка озадаченно произнесла кицунэ. — Да, нам и двух хватит. Не нужно слишком себя утруждать, пытаясь отблагодарить. Мы просто так сразились с…теми демонами. — Голубоглазая потёрла затылок. — Но бело-золотое пламя вылечило всех нас, да и вы заключили пари с Кровавым Королём и Серебряным Лисом, что если вы выдержите пятнадцать минут боя, то деревня будет спасена. — Старейшина продолжал гнуть палку нервов юных ёкай, произнося эти слова, столь сладко и лестно, что ушки оных плотно прижались к голове. — Ну, можно, хотя бы.… Ну… просто сказать спасибо…и там…сказать, что вы будете благодарны нам долгое время и всё? Просто нам неловко. — Пробубнила Кохи, задумчиво со смущением смотря на толпу людей. — Если вам, так угодно… — Да! — Неожиданно воскликнули почётные гостьи. — Хорошо. Хокайна, ты должна, как следует принять их в своём доме. — Стоило старейшине отдать приказ, как та подхватила подруг под руки и потащила в комнату. — Ну, чай нести? — Ответ был очевиден, в благодарных глазах нэко и Лисички. Так они и провели несколько часов. Боль ушла, забывшись среди тем для прекрасной беседы в компании новой подруги и вкусного чая со сластями. — А у того Лиса глаза, такие красивые, прямо, как у тебя Кохэйри. — От реплики Подруги Кохи поперхнулась чаем. — Да, ладно?! Вот, совпадение-то? Правда забавно? — Наиграно удивлялась Юки, откачивая лисичку. — Да…наверное… — Тяжело дышала шатенка, уже придя в себя. — Знаете, я так поняла, что вам действительно нужно домой, и вы не знаете, как попасть к вашим семьям, поэтому старейшина послал письмо богине плодородия, — теперь пришла очередь фиалковоглазой откачивать подругу. — Зачем? — Отозвались юные ёкай. — Кохэйри, ты — лиса, к тому же полубог. Инари-сама поможет найти твой дом, а семью Юки и подавно. — Было в этом нечто разумное, но довольно рискованное, ведь они не должны вмешиваться в события прошлого. Достаточно уже натворили. — Хокайна… — Не успела нэко и слова сказать, как на улице послышался шум. «Снова ёкаи?!» — Пронеслось в голове девчушек и те сразу вскочили, вылетев за сёдзе. Взору наших красавиц предстали двое парней, даже скорее молодых мужчин. НО. Оба они были кьюби-но-кицунэ*! Каждый из них был выше юных ёкай на голову, а то и чуть больше. Кохэйри вспомнила. Однажды, один парень инугами* насильно хотел её поцеловать, но тут появился отец в своём истинном обличии. Возвышался огромной горой над ними, его девять хвостов нервно, веером виляли из стороны в сторону, выказывая крайнюю степень «раздражительности». Казалось, что каждый волосок был наполнен светом. Длинные серебристые волосы искрящимся водопадом спускались до пола. Кохэйри и поверить не могла, что этот прекрасный серебристый зверь — её папа. Но со временем он успокоился, отправив нахального паренька на больничную койку, и принял привычное всем обличие. Тогда…страшно было не только юноше, но и дочери, однако в то же время она чувствовала себя, такой защищённой. Таков её отец. Эти двое отличались от того что видела лисичка в отце. У одного были длинные чёрные, отливающие аметистом волосы, достигающие поясницы. Лисьи ушки, навострены, как у овчарки. Серые, искрящиеся в свете солнца глаза с вертикальными зрачками, обрамлённые пушистыми ресницами, недобро и надменно взирали на девчушек. Правильные черты лица, прямые линии скул. Статная фигура, гордая осанка. Светлая, жемчужная кожа, красиво контрастировала с его волосами и чёрным словно смоль кимоно с незатейливыми горизонтальными узорами. Фиолетовый оби, так же был украшен вышивкой. Хвосты в тон шелковистым волосам, кончики которых были смольно-чёрными. Гэнко… Взгляд другого был более мягок. Выразительные, звериные голубые глаза, обрамлённые чёрными пушистыми ресницами, спокойно, но изучающе скользил по образам юных ёкай. Золотистые волосы были собраны в низкий хвост и спускались по плечу чуть ниже груди. Кожа цвета белого жемчуга. Правильные прямые черты лица, широкая линия плеч. Ушки и хвосты в тон волосам поблёскивали на солнце, словно отражение дневного светила. Чёрно-белые хамака* были надета поверх тёмно-синего кимоно с золотистыми узорами кицунэ-би* на воротнике. Ушки с рыжеватыми кисточками и хвосты были в тон волосам. Около парней всё крутился старейшина, пытаясь, что-то объяснить, но выходило не очень. Он, что-то мямлил, побаиваясь лисов. И вот, сероглазый гэнко приподнял руку в верх, давая понять, что не нужно лишних слов, по прежнему не сводя глаз с девочек. — Кто вы? — Твёрдо спросила Кохэйри, вместе с Юки подходя к кицунэ. — Как не вежливо, — ехидно потянул гэнко. — Для начала могли бы и сами представиться. — Полагаю это уместно. — Просто кивнула шатенка. — Моё имя Кохэйри. Ногицунэ*. — Юки. Нэкомусумэ*. Бакэнэко*. — Так же представилась кошечка, чутка поклонившись. — Надо же! — Искренне удивился золотистый. — Вот так рекомендация. Позвольте представиться, моё имя Кохэку. Къюби-но-кицунэ. — Да уж, нам говорили, что мы будем удивлены, но не ожидал увидеть кицунэ ханъё* и бакэнэко в образе нэкомусумэ. Меня зовут Тэкеши. Къюби-но-кицунэ, гэнко. — Юную кицунэ сильно раздражал этот надменный и даже небрежный тон речи, успокаивало и сдерживало лишь то, что в чём-то был схож с манерой отца. А вот Юки не собиралась сдерживаться. — И что? Такая редкость что ли? — Сразу наехала кошечка. — Не слишком ли много ты себе позволяешь, кошка? — Почти прошипел парень, видя наглость девчонки. — Ты бы помягче с ними, Тэкеши. — Вдруг вмешался его спутник. — Они же девушки. — Да, плевать я хотел на этих… — Презрительно взглянул на них парень. — На этих?.. Ну же, договаривай. — Сладким голосом продолжила шатенка, приторно улыбаясь и игривой походкой приближаясь к хранителю Инари. Нарочно подначивая его, подходя почти вплотную. — И хватает тебе смелости? Не боишься? — Ехидно оскалился тот на смелый поступок лисички. — Тебя? Бояться? Много чести будет. — Хихикнув, фыркнула она в ответ. — Какая самоуверенность… — Кто бы говорил, сам смотришь на всех свысока, и я не о росте. — Кохэйри говорила тоном строгой учительницы, и это раздражало гэнко. — Мала ещё меня учить. — Прорычал он, сверля девчушку гневным взглядом. «Да, как она, жалкая малявка смеет разговаривать со мной в таком тоне?» — Тэкеши был уже готов растерзать девушку и едва сдерживался, сжимая кулаки, нависая горой над ней. «Да уж, с самообладанием у него слабовато… Так легко выбесить!» — Про себя глумилась над ним Кохэйри. — Так, всё, успокоились. — В один голос прочеканили Юки и Кохэку, желая разнять этих двух, которые ещё немного и накинутся друг на друга. Голубоглазые переглянулись, а затем снова обратили внимание на лисиц, что уже успокоились, но продолжали сверлить друг друга пристальным взглядом. — Кохи, отойди от него: он не стоит твоего внимания. — Нэко аккуратно обхватила запястье подруги, проговаривая спокойно и твёрдо. — Да, как ты смеешь, драная кошка?! — Ох и зря Тэкеши это сказал. Пока Юки оборачивалась, чтобы убить лиса взглядом, её подруга уже влепила наглецу увесистую затрещину. — Не смей с ней говорить в таком тоне!!! И тем более оскорблять её!!! Уверяю, я тебе все зубы выбью за Юки! — Прорычала лисичка ему в лицо, вызывая полное недоумение и шок у всех присутствующих. — Тэкеши, ты действительно перегнул палку, и ты это знаешь. Девушки, простите. Позвольте мне ввести вас в курс дела. — Получив положительный кивок, Кохэку продолжил: — Госпожа Инари-сама узнала о вас и вашей силе. Так же ей рассказали, что вы спасли деревню, но от кого она нам не сообщила. Инари-сама ждёт вас у себя. Мы пришли, чтобы сопроводить вас к ней. — Видимо, нам придётся пойти. Мы не в праве отказать Богине. — Согласилась голубоглазая. — А Лиса, тем более. — Грубо отозвался гэнко, пытаясь уничтожить взглядом девушку, посмевшую одарить его пощёчиной. — Ты что, недавно стал хранителем? — Уже спокойно отреагировала лисичка на грубое высказывание неприятеля. — Тебе-то, откуда это известно? — В один голос спросили парни, с удивлением косясь на девушку. — Да, буйный ты какой-то, вот и решила. Оказалась права. Я тебе не враг, и не нужно создавать конфликт. Давайте отправимся к Госпоже Инари. — Кохэйри решила пойти на мировую. — Я согласна. Не нужно устраивать побоище. — Тут же подхватила Юки, слегка остыв. — Я только за. Тэкеши? — Золотистый положил руку на плечо коллеги, но тот скинул её и развернулся, слегка поманив жестом следовать за собой. — Ну, это уже что-то. Подойдите, мы перенесём вас в храм. — Предложил рыжехвостый, протягивая руку Юки. Та в свою очередь ошатнулась от него и подошла к подруге. — Я смогу перенести нас в храм, прекрасно знаю его место нахождение. Прощай, Хокайна! — Лиса подбежала к девушке и обняла, как поступила и нэко. — Мы будем скучать! — Голубоглазая чуть сильнее стиснула брюнетку с объятьях. — Я…тоже буду скучать! Берегите себя. — Сероглазая обняла в ответ, а потом отпустила. — Идём, Юки. — И фиалковоглазая, держа названую сестру за руку, тут же исчезла с ней в золотистом пламени, вызвав шок у парней. «Есть чёрное пламя, есть синее, фиолетовое, бирюзовое, голубое и прочие оттенки этих цветов, но бело-золотое…что-то новенькое.» — Темноволосому хранителю стало интересно, но он не подал виду и последовал вслед на ними, растворившись в чёрном, словно смоль огне. «Чую, будет весело.» — Улыбнулся Кохэку и отправился в храм своей госпожи.