Страна, которой нет

…А Василиса лукаво добавила: — Теперь Время всегда на нашей стороне!.. *** — Значит, твоя луноптаха может вот так? — снисходительно усмехнулся Фэш. — Посмотри, как то же самое делают профессионалы! Фэш погладил тонкорожку, которая сразу поняла этот жест, помчавшись вместе с хозяином вдаль, выполняя по пути всяческие немыслимые трюки, от которых у Василисы кружилась голова. Девушка завороженно наблюдала за безукоризненными переворотами и прыжками, а потом, весело хмыкнув, понеслась следом. — Ну это мы еще посмотрим, кто тут лучше? — Да-а-а? — парень остановился, лукаво сощурившись. — Тогда догони меня! Счастливо рассмеявшись, Василиса бросилась вдогонку. Ветер ласково трепал ее рыжие волосы и полы голубого платья. Откуда-то доносился звонкий птичий свист, солнечные лучи приятно грели, где-то внизу шелестела мягкая зеленая трава. Василиса слышала голос Фэша откуда-то издали. — Василиса!.. — подгонял ее парень, ускоряя своего тонкорога. Девушка старалась не отставать, прибавляя ходу, но догнать друга было все равно сложно, как бы не старалась. Казалось, луноптаха так в жизни никогда не гоняла. — Василиса… Голос Фэша стал ближе и громче — стоило, наверное, протянуть руку, чтобы поймать его, но тот снова отдалился. Девушка совершила обманный маневр, снова набрав скорость. Как жаль, что не задумалась о последствиях. Тогда, может быть… — Василиса! Не рассчитав силы, девушка со всей скорости врезалась в затормозившего тонкорога, слетев со своей луноптахи. Она медленно падала вниз, будто бы не по законам физики — ее словно засасывало вниз, будто бы в замедленной съемке. Девушка падала все ниже, ниже и ниже… …этот сон длился бы чуточку дольше. — Поднимай свою задницу, дрянь! — раздался над ухом чей-то злобный голос, за которым тут же последовала крепкая оплеуха. — Время на нашей стороне… — сонно пробормотала та, сползая с грязного матраса. — Какое время, обдолбанная ты моя, — хрипло рассмеялся отец, затягиваясь. Василиса тяжело разлепила глаза, пытаясь разглядеть его силуэт в клубах дыма, — какое, нахер, время? Потушив сигарету прямо о матрас, тот засмеялся с такой безысходностью, что девушке впервые за столь долгое время стало по-настоящему жутко. — Ты посмотри, в каком дерьме мы живем! — мужчина широко раскинул руки в стороны. Это и дерьмом язык не поворачивался назвать, настолько обшарпанная комната без мебели и обоев выглядела жалко. — А ты тут о времени рассуждаешь, философ хуев. Василиса, пошатываясь, поднялась с матраса, который по своему виду уже напоминал грязную тряпку. Да и вид девушки оставлял желать лучшего — ее сложно было посчитать не то что хорошенькой или милой, даже девушкой сложно назвать было. Впалые мешки под вечно красными глазами с лопнувшими сосудами, спутанные редкие волосы, желтоватая кожа, украшенная синяками, ссадинами и отметинами, буквально обтягивала тощий скелет — все это оставляло неприятные впечатления. Кутаясь в испачканную тонкую кофту, накинутую на голое тело, она пыталась хоть как-то согреться — об отоплении в этой дыре и речи не шло. — Там Драгоций пришел с товаром. — мужчина неприятно улыбнулся, оскалившись и щурясь потускневшими глазами. Даже так было заметно, что зрачки у него неестественно расширились. — Иди, плати. Василиса невольно отряхнула выцветшую короткую юбку — хотелось произвести хотя бы неплохое впечатление на клиента, хотя с внешним видом и грязной потрепанной одеждой, кое-где порванной и прожженной, это было сделать нелегко. Хотя этот Драгоций сам знает, куда пришел, значит, должен быть готов ко всему. Девушка, поторапливаемая отцом, вышла в какое-то подобие коридора, где обстановка и запах были даже хуже, чем в комнате. Оперевшись на дверной косяк, в проеме стоял человек, внезапно напомнивший Василисе Фэша из сна. Только он, пожалуй, был лет на десять-пятнадцать постарше, осунувшийся, а в глазах его не искрилась радость, да и счастья во всем его суровом виде не чувствовалось. Пошарив в кармане, человек извлек оттуда вожделенный пакетик, который Василиса, наверное, видела ежедневно. Незнакомец, дрязня, потряс им перед лицом девушки, у которой моментально загорелись глаза при виде очередной дозы. Она бессознательно потянулась за товаром, но Фэш отнял руку, заведя ее за спину и вновь спрятав пакет в карман. Огнева видела это представление каждый день — она прекрасно знала, что будет дальше. Если она не выполнит свою часть сделки, волшебной страны ей сегодня не увидеть. А ведь так хотелось! Нестерпимо хотелось попасть туда, где нет места слезам, боли и всей той грязи, пошлости, которые окружали ее чуть ли не половину жизни. Её мать убили, когда девочке было всего десять лет. Отец отомстил. Он отправил убийцу на тот свет, но за это жестоко поплатился. Его отправили в тюрьму, а дочь — в детский дом. Их квартиру — их светлое, уютное семейное гнездышко — забрали в качестве штрафа. Нортон был уверен, что его вины в преступлении не было, и что он поступил абсолютно справедливо. Озверевший мужчина сбежал из тюрьмы, после чего похитил Василису из приюта. Им пришлось скрываться. У них не было ничего — пришлось побираться. Найдя полузаброшенный старый барак, «семья» поселилась в нём. И вот однажды к ним пришел мужчина. Он принес Огневу-старшему лучик счастья, надежду. Он принес ему первую дозу в его жизни. Нет, этот мужчина не желал ему смерти. Он хотел, чтобы у Нортона был этот самый «лучик счастья» в темные для их семьи времена. Он получил не только его, но еще и зависимость. Болезнь, от которой нельзя избавиться. Болезнь, которая забирает у тебя всё. Некогда красивый и успешный молодой человек превратился в постоянно обдолбанного, осунувшегося и постаревшего бездомного. А «лучик счастья» все угасал… Если сначала он кое-как подворовывал, то потом это дело стало гораздо опаснее — как бы сильно не изменился преступник, его могли опознать. Прошло четыре года, дочь подросла. И решила попробовать, а папа разрешил. Он знал, что сподвигает дочь на бесконечный процесс. Процесс падения в бездну. Наличных больше не осталось, но расчетливый диллер благодушно предложил новый способ оплаты. Он пришелся по душе Нортону, но не Василисе. — Ты знаешь, детка, что нужно тебе, а я знаю, что нужно мне, — криво ухмыльнулся Драгоций. Он резко повернул девушку к стене с силой задрав юбку. Времени на подготовку не было, это знали оба. «Мне нужно оставаться сильной, ведь потом меня ждёт вознаграждение», — словно заклинание шептала про себя Огнева. — Заткнись! Мужчина буквально вмял голову девушки в стену и резко вошёл. Из глаз Василисы градом полились слёзы. Слезы отчаянья и бессилия. За все в жизни нужно платить, она прекрасно это понимала. Ей ничего нельзя было поделать. Это безысходность. «Скоро рассвет, Выхода нет» Истеричный смех громом прокатился по помещению, отскакивая от каждой стены и заглушая довольное пыхтение «Фэша». Она хохотала долго, надрывно и жалобно, пока её рот не заткнули рукой. Кровь вперемешку с белесой жидкостью стекала у нее по ногам, но девушке было уже все равно. Скоро её ждет награда. То, к чему она долго шла. Огнева заслужила её. Буквально через полчаса она снова окажется в месте, где её жидкие волосы вновь станут пушистыми как в детстве, где кошка, которую они съели неделю назад — загадочной луноптахой, а рваные шмотки — прекрасным платьем. Где Фэш, тот самый безжалостный и в то же время милосердный Фэш, превратится в прекрасного молодого парня с искрящимися голубыми глазами. Буквально через полчаса она попадет в страну, которой нет.