Дерзкий

      Всю неделю Чонгук и Тэхён почти не вылезали с кровати. Жаркий секс, грубые ласки, нежные объятия вот из чего состояли их дни. Сами не понимая, как они начали сближаться, но уже чувствуя некую связь между ними. Утром они всё дольше молча смотрели друг другу в глаза. На кухне уже довольно часто появлялся Тэхён. Чон учил омегу готовить, что почему-то начало смущать рыжего. Ведь всё-таки он омега. Но какая к чёрту готовка, он всю жизнь кроме бутербродов, да салата ничего не делал. Ведь он альфа, пусть только в душе. Какого хрена этот альфа ломает все его принципы. И всё же так приятно видеть счастливую улыбку младшего, когда у его хёна получилось довольно вкусно приготовить рамён. — Гуки ты чего такой счастливый? — улыбнулся Ким. — Тэша, ты когда готовишь ты очень милый. Омежка. — Чонгук! — Да ну чего, Тэхён, ну смирись уже. Что тебе не нравится в роли омеги? Что тебе сейчас не нравится? — Ты всегда сверху. — Да неужели? Не так часто как ты. — Я не хочу беременеть, это больно. — Придёт время и ты захочешь и не одного. — Стирать и убирать. Это так скучно, — уже неуверенно пробормотал Тэхён. — Я не беден и могу себе позволить прислугу. Что-то ещё? — Нет. — Буркнул рыжий. — Будешь омегой? — тихо спросил Чонгук. — Да, — прошептал Тэ. — Будешь моей омегой? Старший взглянул в глаза блондина. В них была решимость и доля какой-то неуверенности. Быть чьей-то омегой. Он будет чьей-то омегой. Он, Ким Тэхён, отвергающий всё и вся, касающееся чего-то омежьего, не признающего альф, внезапно приподнялся на носочки и резко протянул парня к себе, и коснулся губ младшего. Чонгук ответил на поцелуй, нежно поглаживая спину омеги. — Я, кажется, хочу быть твоей омегой. — проговорил Тэхён. Чонгук знал, что значат для него такие слова. — Я люблю тебя. — выдохнул Чон и снова затянул Кима в поцелуй, но уже более страстный. Сметая всё на своём пути, они не отрываясь друг от друга кое-как дошли до спали и упали на кровать. Чон кусал старшего за шею, вылизывал её, опускаясь ниже. Он остановился у предплечья и впился зубами в бледную кожу, вдыхая освежающий запах цитрусовых. Почувствовав, как омега под ним вздрогнул, парень прохрипел — Мой, — и продолжил исследовать тело возлюбленного. Ощутимо кусал за плечо и слизывал проступившую кровь. Тэхён застонал. Его одежда, разорванная, покоилась где-то на полу. Он обнажённый, и совсем беззащитный под взглядом этих бездонных голубых глаз. Ким покраснел и притянул к себе парня, прося поцелуй. Чонгук отстранился и развёл ноги парня. Положив руки на бёдра парня, он провёл ими по бокам, по животу по груди, поигравшись с сосками, положил руки на плечи старшего и опустился к члену рыжего слизывая выступавшую смазку. Провёл языком от основания к головке. Громко простонав, Ким выгнулся навстречу ласкам старшего. Чонгук вобрал в себя плоть, посасывая, и окончательно снося крышу омеге. Тот вскрикнул, когда младший слегка укусил его возбуждение. — Чонгукиии, — протянул он и запрокинул голову, подаваясь бёдрами вперёд. Чонгук поднял глаза на Тэ, восхищаясь его покрасневшим лицом и затуманенным взглядом, прекрасными губами, которые в экстазе громко выкрикивали его имя. Парень провёл языком по истекающему анусу. И усмехнулся, услышав долгий срывающийся в крик стон. Парень оторвался от него, посасывая кожу на животе, Гук засунул в омегу первый палец. Наслаждаясь криком Кима. Постепенно вставляя в парня пальцы, он почувствовал, как рыжий сам насаживается на уже 4 пальца. — Гукийааааах, — стонал парень выгибаясь. Чонгук резко сменил пальцы на уже каменный член. Полустон и громкий крик старшего заставили блондина прикрыть глаза, наслаждаясь охрипшим голосом. Альфа сразу же начал бешено втрахивать свою омегу в кровать. Тэхён метался по постели. Пот, стекающий со лба, щипал глаза, руки дрожали от дикого возбуждения. Он простонал и уже был готов кончить от одного только вида разгорячённого Чона. Блондин замедлил темп, накрывая губы Тэ в развязном мокром поцелуе. Он поглаживал влажное тело рыжего, исследуя его ротик. — Гуки быстрее, Гуки, — кричал старший и альфа выполнял желания омеги, снова срываясь на бешеный ритм, тот же, что и отбивало сердце в его груди. Запрокинув голову и выгнув спину до хруста в позвоночнике, он кончил себе на живот, а младший в омегу. Но не придав этому значения, оба опустились на кровать. Тэхён положил голову на часто вздымающуюся грудь блондина, он слышал стук сердца парня и ему казалось их сердца сейчас бьются в унисон…       Чонгук проснулся и, повернув голову, не увидел рядом старшего. Его не было и в других комнатах, а значит и в доме. Гук набрал номер Тэхёна. — Чонгук, мне надоела эта игра, я ухожу, прощай, — услышал он в трубке холодный голос омеги… Телефон Тэхёна, упал на пол, а сам омега, содрогаясь от рыданий, опустился на диван и положил руку на живот. — Гуки, — прошептал он.