День Чуда

- Вы слишком стараетесь, - говорит учитель. – Слишком торопитесь, и поэтому опаздываете. Еще раз. Тихий вздох звучит в ответ. Они сидят на траве в огромном саду Башни на разноцветных подушках. Десять человек, мальчишки и девчонки почти одного возраста, растрепанные волосы, обгоревшие на солнце носы. - Устали? – улыбается учитель, одновременно мягко и саркастично. Никто так не умеет кроме него. – Занятия давно закончены, можете идти. В конце концов, это ваше время. И снова вздох: легкий, как дуновение ветерка, дружный, будто его издал один организм. Суббота, солнце, лето. В городе ярмарка, а ярмарка – это сладости, это танцы, это веселье. Это приезжие, которые охотно платят за фокусы мелкой монетой, а за пятнадцать медяков можно купить воздушное пирожное или кусок пожаренного на углях мяса, или смешной сувенир на память… Они хотят туда – это видно в глазах, в лицах, в движениях. И все же – никто не уходит. Потому что ярмарка – не просто торговля, не просто музыка, не просто танцы. Ярмарка – это День Чуда. День, когда все волшебники королевства в один миг выпускают в небо птиц. И, кто знает, возможно, одна из них долетит прямиком до богов?.. Для собравшихся в саду Башни, десять подростков шестнадцати-семнадцати лет, этот День Чуда – первый. И осталось всего пара недель, чтобы научиться выпускать птиц… Открыв глаза, Лис находит взглядом календарь. Десять цифр уже зачеркнуто, еще десять впереди, и вот он, обведенный ярким кружочком День Чуда. Занятия, практикумы, тренировки – все смешано в единый ком, ничто уже не важно, даже учителя рассеянно смотрят вдаль и запинаются на середине фразы. Все думают об одном, все мысли, все мельчайшие помыслы устремлены к одному – День Чуда. Какое заветное желание нашепчешь ты своей птице?.. Все – или почти все. - Лис, - оглядываясь по сторонам, зовет Ная, пока они стоят у дверей кабинета. Учитель Реннан никогда не опаздывает, но и раньше тоже не приходит . – Лис, ты дописал доклад? Лис кивает. Библиотека нынче пустынна, там тихо и спокойно, и Лис почти каждый день приходит туда заниматься. Сейчас библиотека – его убежище. Святилище. - Ботаник, - хмыкает Костас, красивый и роскошно одетый, сморщив породистый аристократичный нос. Впрочем, даже в его словах почти нет насмешки. День Чуда – он действует на всех. На всех – или почти на всех. - Заходим, - говорит неслышно подошедший учитель Реннан, улыбаясь как всегда мягко и одновременно саркастично. – Доклады – мне на стол, и побыстрей. Давайте не будем тратить время. Лис почти чувствует настроение группы – как сдутый воздушный шарик. Он заходит в кабинет последним, бочком проскальзывает мимо стола учителя, оставляя на нем доклад, и поскорее занимает свое место в классе. Лис улыбается. Работа не отнимает много времени, но требует сосредоточенности. Впрочем, едва ли это можно назвать работой. Все знают: самый простой способ быстро и законно заработать денег для ученика-мага – это встать в паутину. Других, собственно, нет. До получения диплома запрещена работа по специальности, а с момента прихода в Башню – любые оплачиваемые занятия, кроме магии. Лис всегда считал, что это отсев. Волшебство – удел серьезных, обеспеченных людей, а не всяких… приезжих. Пусть даже, приходя в Башню, ты формально отказываешься от прошлого и получаешь новое имя. Все знают кто ты. Все видят: тебя поддерживает семья – или ты ее. Лис чувствует неприятный рывок в груди и, поморщившись, закрывает глаза. Нити паутины вспыхивают перед внутренним зрением ярче, и Лис сосредотачивается на той холодной бледно-голубой, что тянется от него к… Кому? Неведомо. Полная анонимность. Но, видимо, кто-то неприятный. Он не ждет, пока Лис начнет отдавать силы, он присасывается и тянет сам, больно, противно, неприятно. Ничего. Лис терпит. За такой сеанс должны заплатить вдвойне. - Я хочу попросить о любви, - мечтательно тянет Нея, сидя на парте и болтая ногами. – О такой, волшебной, знаете… Как в сказке. До Дня Чуда - всего неделя. Наставница опаздывает. От рабочей атмосферы в Башне не осталось и следа. - А я хочу стать настоящей волшебницей, - внезапно отвечает Лара, серьезная и сосредоточенная, как всегда. Даже сейчас она с книгой. Почти единственная, кого Лис в последние дни встречает в библиотеке. – Как учитель Реннан. - Реннан, - хмыкает Костас, небрежно опуская обязательное «учитель», - стал великим волшебником не потому, что желание птичке на шептал. Талант у него невероятный. И он его развивал. Так что мечтай. Только не плачь потом, что не сработало. Лара пожимает плечами. Она вообще редко реагирует на насмешки. Кажется, ей просто все равно. И все же… Все же Лис не может удержаться. - А вдруг у нее получится? – спрашивает он, гладя Костасу прямо глаза. – Что ты тогда скажешь? - Ничего, - пожимает плечами тот, смотря на Лиса чуть ли не с жалостью. – Потому что такого не бывает. Чудес не бывает. А вы все наслушались бабкиных сказок и верите теперь во всякую дурь… Лис еще хочет спросить, немыслимое, невозможное – «неужели ты сам не собираешься участвовать в Дне Чуда?», но не успевает. - Уверяю вас, - спокойно и насмешливо говорит стоящий в дверях учитель Реннан, - чудеса очень даже бывают. А теперь по местам. Сегодняшнее занятие проведу я. Сердце Лиса взрывается барабанным боем, внутренности делают кульбит, но уже в следующую секунду он чувствует пустоту. Четыре часа в паутине – максимально разрешенный предел. С учетом прежних накоплений – целых пять золотых, отправленные маме в деревню. Пара недель жизни. Вот только к занятию Лис не готов. Совсем. И от разочарованного взгляда учителя Реннана становится холодно внутри. Лис никогда-никогда не ходит в паутину перед его занятиями. Но он ведь не знал о замене!.. Неважно. Настоящий маг должен быть готов всегда и ко всему. Лис молча кивает в ответ на замечания и покорно соглашается на вечернюю отработку с дежурным учителем. Но ведь к вечеру ничего не изменится. Силы за день не появятся ниоткуда. Значит, Лиса снова накажут. Значит, опять отработки. Значит, вернуться в паутину можно будет только через пару дней – а сейчас, в разгар ярмарки, это почти пол золотого, который можно было бы оправить маме. До Дня Чуда осталась неделя. Кажется, Лис единственный, кто не радуется. Лис стучится в дверь и, услышав «войдите», заходит в кабинет. Замирает. За столом дежурного учителя сидит, задумчиво листая книгу, учитель Реннан. Лис беспомощно смотри на него. - А разве сегодня дежурит не наставница Белла? Учитель Реннан пожимает плечами: - Она попросила ее подменить. Имеете что-то против? Лис качает головой. Что он может сказать? Что не хочет снова опозориться при нем? Что не виноват? Глупость. Как сказал Костас, дурь. Дурья дурацкая дурь. - Прекрасно, - подводит итог учитель Реннан, - тогда приступайте. Задание то же, что сегодня в классе. Лис кивает. Закрывает глаза, переходит на внутреннее зрение, сосредотачивается. Самое обидное – он знает, что и как нужно делать. Он умеет. Распределение потоков, перенос энергии, разомкнутый контур силы… Лис – прилежный ученик, да и в паутине иногда приходится сложней. О да. В паутине. Невозможно выполнить задание на контроль силы, когда ее просто нет. Выжата, отдана другому. Кому-то, кто может заплатить – потому что Лису нужны деньги. Вот только кто в Башне такое поймет?.. Лис стискивает зубы, сжимает кулаки и пробует. Ну почему, почему именно сегодня? Как раз в тот день, когда с той стороны, на приеме, попался такой грубый и властный жадина, который вытащил из Лиса все до последней капли?.. Нет, обрывает себя Лис, нет. Нельзя так думать. На самом деле, ему повезло. За сегодняшний сеанс Лис получил почти золотой. Огромная сумма, невероятная, а главное – неожиданная. Может быть, мама в деревне купит себе и сестренке подарков ко Дню Чуда. Невозможная удача. А учитель Реннан… В конце концов, разве имеет значение, что он думает о Лисе?.. Лис пробует снова, и снова. И вновь. Контур, четкий и ясный, стоит перед его внутренним взором. Лис знает, как нужно перевести потоки и перераспределить силы, чтобы выполнить задание на отлично. Вот только сил-то у него и нет. - Достаточно, - голос учителя Реннана звучит внезапно, как гром среди пронзительно-голубого неба. – Подойди сюда. Лис открывает глаза и удивленно смотрит на него. Когда учитель успел выйти из-за стола и оказаться так близко? И с каких пор он обращается к кому-то из учеников на «ты»?.. Лис хочет что-то сказать, но учитель Реннан жестом приказывает молчать, внимательно вглядываясь в него. Поднимает руку и, взяв Лиса за подбородок, заставляет смотреть в глаза. - Как часто ты встаешь в паутину? – учитель спрашивает просто и без эмоций, но Лис понимает – все, конец. Отдавать свои силы, служить подпиткой – для мага Башни это позор. Такое не забывают. Лис опускает голову и отступает на шаг, уходя от физического контакта. Почему ему кажется, что всего одно мгновение учитель Реннан тянется за ним, будто пытаясь продлить прикосновение?.. - Я жду, - мягко напоминает учитель, и Лис, вздрогнув, вскидывает на него почти испуганный взгляд. В голосе Реннана нет привычного сарказма. Лис смотрит на него и чувствует, как внутри что-то замирает. Во взгляде учителя – тепло и будто бы понимание. Но Лис по-прежнему не знает, что отвечать. - Не часто, - наконец хриплым голосом говорит он. Ложь, и по лицу учителя Реннана Лис видит, что тот тоже это знает. Сейчас самое время исправиться и сказать правду. Объяснить. Но Лис не может. И, снова опустив глаза, он неловко заканчивает: - Иногда. Всего-то… пару раз. Лис рассматривает носки своих ботинок, а учитель Реннан рассматривает Лиса. Лису не надо видеть – он чувствует. Всем своим телом чувствует этот внимательный, напряженный взгляд. - Понятно, - говорит, в конце концов, учитель, и Лис содрогается от привычной смеси спокойствия и насмешки в его голосе. – Что ж… Ваше право. Хотите отказаться от своего будущего, от магии, от Дня Чуда – не смею вам мешать. Свободны. Лис тяжело сглатывает и, не поднимая взгляда, выходит из кабинета. - А я хочу быть богатым, - неожиданно честно признается Прим. – Чтобы денег хватало… вот вообще на все, чего бы ни захотелось. Так же бывает, да? Костас только машет рукой в ответ. Наверное, он мог бы сказать, что богатство достигается не загадыванием желаний на Дне Чуда, а работой или талантом, или получается по наследству, или… Но Прим – из его компании, и Костас молчит. - Большой дом в самом центре столицы, представляете? – продолжает мечтать Прим. – И карета, и лошади, и слуууууги… - тянет он. – И посуда чтоб – из чистого золота… Костас все еще молчит. Лис лежит на застеленной кровати с закрытыми глазами и делает вид, что спит. Приму хорошо. Он знает, чего хочет, и не боится мечтать. А что делать Лису? Учитель Реннан прав – в птицу на День Чуда нужно вложить все свои силы, чтобы она взлетела. Но птиц выпускают только вечером, а утром… Лис знает, какие деньги в паутине платят утром Дня Чуда. Чем больше силы – тем выше полетит птица. Почему бы не сжульничать и не взять чужого в дополнение к своему, если есть шанс?.. - А еще девчонки… - продолжает мечтать сын деревенского старосты Прим. – Если я разбогатею, то мне больше никогда не надо будет за ними бегать, они сами вешаться на шею станут… А, Костас, скажи? Костас молчит. «Да и зачем мне вообще День Чуда, если я и сам не знаю, чего хочу?», - думает Лис. Больше в комнате никого нет. До Дня Чуда – пять дней. В Башне суматоха, суета и полная сумятица. Занятия отменяют, люди сталкиваются в коридорах, шум, гам. Учитель Реннан – единственный, кого это не затрагивает. - Стабилизируйте контур, - спокойно и чуть снисходительно говорит он, прохаживаясь по кабинету. – Теперь меняйте направления потоков – входящего и исходящего… так… так… мягче… Нет, не давайте контуру распасться. Это два несвязанных процесса, они должны идти параллельно, не мешая друг другу. Так… Закончили. В целом неплохо. Прим, вас ждет сегодня отработка с дежурным учителем. Лис, хорошая работа. Всегда бы так. Лис отпускает голову. До Дня Чуда – пять дней. Мама пишет, что все хорошо, но от сестренки он знает, что умерла одна из трех куриц, а корова почти не дает молока. Лис уже принял решение и не намерен грустить. В конце концов, думает он, за один день заработать денег так, чтобы маме с сестрой хватило на новую корову – это ли не чудо?.. - Финишная прямая, - говорит учитель Реннан в конце занятия за три дня до Дня Чуда. – Вы все научились создавать птиц, и, надеюсь, все определились с тем, что хотите пожелать. Начиная с завтрашнего дня постарайтесь поменьше использовать силу. Копите. Практика сегодня была последняя. Впрочем, если кто-то хочет позаниматься дополнительно – у меня есть еще свободные пара часов. Вся группа вскидывает руки – в едином порыве. Даже Костас. Несмотря ни на что. - Хорошо, - кивает учитель Реннан, улыбаясь уголком губ. – Приятно видеть такую жажду знаний. Что ж, тогда продолжим. Кроме вас, Лис, - учитель поворачивает голову и смотрит ему прямо в глаза. Лис вздрагивает. – Нужно объяснять почему? - Нет, учитель, - качает головой Лис и, ни на кого не глядя, выходит из кабинета. Кулаки сжаты, спина прямая. Маг Башни, который добровольно позволяет выкачивать из себя силу в паутине, не достоин уважения коллег. Но что делать, если у Лиса нет другого выхода? Когда остается всего два дня, Лис неожиданно обнаруживает Костаса в библиотеке. Он ничего не читает, не пишет – просто сидит в мягком кресле за любимым дальним столиком Лиса и смотрит в окно. Лис сам не знает зачем, но он подходит и молча садится рядом. На удивление, тишина не напрягает. Она кажется спокойной и уютной. - А что ты будешь просить в День Чуда? – спрашивает неожиданно Костас. Лис вздрагивает, но упрямо держит удар. - Я еще не решил, - неуверенно отвечает он. И, с внезапно проснувшимся любопытством, интересуется: - А ты? - Новую жизнь, - по-прежнему глядя в окно, отвечает Костас. И шепотом, будто самому себе, продолжает: - Настоящую… Потом замирает, смотрит на Лиса почти испуганно и, не прощаясь, вскакивает с места. Из библиотеки он вылетает почти бегом. Лис долго смотрит ему вслед. Кто бы мог подумать, что богач Костас, привыкший на родительские деньги получить от жизни все, мечтает о чем-то подобном? Кто бы мог подумать. Действительно, кто? Лис не знает, сколько он сидит в библиотеке, глядя в пустоту. Наконец он поднимается и, решительно кивнув самому себе, идет к выходу. Возможно, учитель Реннан еще в Башне… Постучаться в такую знакомую темную дверь и, услышав привычное «войдите», открыть ее – кажется, самый смелый поступок в жизни Лиса. Но он держится. Спасаться бегством уже поздно. - Вы не в курсе расписания моих приемных часов? – приподняв брови, интересуется учитель Реннан, но Лис упрямо качает головой. Он не намерен отступать. - Я хотел сказать… - разумеется, в этом момент все слова вылетают из головы. Лис неловко мнется в дверях, разглядывая уголок массивного дубового стола. Учитель Реннан смотрит на него. - Заходи, - неожиданно мягко говорит он, кивком указывая на кресло. Собравшись с силами, Лис закрывает дверь и проходит в кабинет. - Я хотел сказать, - уже твердо, глядя в глаза учителю, говорит он, - что я соврал. На счет паутины. Я постоянно туда хожу, - и, не давая Реннану ничего сказать, не давая сбить себя с толку, Лис продолжает: - У меня мама и сестра в деревне. Отца нет, денег... особо тоже. Паутина – единственный способ как-то им помогать. Они не знают. Думают, я получаю стипендию. Я им никогда не говорил, что стипендий в Башне не бывает. Учитель поднимает голову, но Лис прерывает его движением руки: - И еще… Я знаю, что уважающий себя маг Башни, даже ученик, никогда не войдет в паутину. Знаю, что это мешает занятиям, что это вредно. Но я справлюсь. Не важно как, но справлюсь. И стану настоящим волшебником. И, может быть, я и пропущу свой первый День Чуда, но… Но упорный труд – это гораздо важнее, чем отправленная в небо птица с желанием. Я уверен. И Лис молчит, не зная, что еще сказать. Учитель Реннан тоже молчит, и по взгляду его понять что-либо невозможно. Наконец Лис пожимает плечами и, развернувшись на каблуках, выходит из кабинета. До Дня Чуда оставалось два дня. Всего два, включая сегодня. Уже завтра в паутине начнут платить в тройном размере. Не удержавшись, в Башню Лис идет через ярмарку. Здесь весело, но в этом веселье чувствуется какой-то нервный, взвинченный вкус. День Чуда. Уже через пару часов будут выпускать птиц. День Чуда. Лис плохо запоминает ярмарку. Выжатый, как лимон, он едва передвигает ноги, продолжая упорно тащиться в Башню. Вообще-то, в паутине можно остаться и бесплатно поспать несколько часов, но Лис никогда этим не пользуется. Для него важно – вернуться в Башню. Вернуться домой. Сегодня здесь пусто и тихо. День Чуда – все маги в городе, на площади. Там будет большое представление, красивый ритуал. Хотя, в общем-то, нет разницы, где выпускать птицу. Лис всегда хотел сделать это на крыше Башни. И, может быть, в самых тайных мечтах, даже и не один… Он доползает до своей комнаты и падает на кровать. Долго лежит с открытыми глазами, разглядывая уголок подушки, но сон отказывается приходить. Тогда Лис встает, накидывает теплый плащ и бредет к большой винтовой лестнице. Почти тысяча ступеней – подвиг даже для полного сил человека, но Лис поднимается вверх, бездумно переставляя ноги. Он не знает, сколько сейчас времени. Не знает, зачем идет на крышу. Ступенька. Еще одна. И еще. Самое лучшее в состоянии Лиса – полное отсутствие мыслей. Наконец он упирается в толстую железную дверь и, толкнув ее, оказывается на крыше Башни. Она узкая, с высоким каменным ограждением, продуваемая всеми ветрами. Крыша всегда открыта – но подняться сюда можно только пешком, только по лестнице, а потому здесь редко кто-то бывает. Лис подходит к ограждению. Прислоняется плечом и замирает, глядя на город. Холодно. Ветер всегда будто с ума сходит в День Чуда, но сегодня он особенно разбушевался, и теплый плащ совершенно не спасает. Не важно. Лис чувствует внутри сумасшедшее напряжение – сейчас. Вот сейчас. Даже без сил, неспособный на простейшую магию, не то, что на создание птицы, Лис чувствует это вместе со всеми волшебниками королевства. Сейчас. Мир словно замирает на мгновение, застывает – а в следующую секунду в небо врываются тысячи, сотни тысяч разноцветных волшебных птиц. Тысячи и тысячи загаданных желаний. Возможно, хоть несколько из них долетят до богов, и те исполнят нашептанную птице мечту. Так говорят легенды. Лис стоит на крыше Башни, съежившись от пронизывающего ледяного холода. Костас говорил, что не верит в День Чуда, но у него все-таки есть желание. Наверное, он его загадал, хотя никогда и никому в этом и не признается. Лис всегда верил – всю жизнь, с самого детства. Так почему же это он стоит сейчас в одиночестве, умирая от холода, не в силах сдвинуться с места?.. Почему для него не работает День Чуда?.. Лис не слышит шагов и поэтому вздрагивает, когда ему на плечи опускается еще один плащ – куда более внушительный, чем его собственный. Лис испуганно вскидывает голову, оглядывается, но сильные руки уже обнимают его, притягивая к теплой груди, и нет ни сил, ни желания сопротивляться. - Учитель Реннан, - чуть слышно шепчет Лис, утыкаясь в него, прижимаясь, прячась от пронзительного ветра. – Разве вы не должны быть на празднике?.. - А что мне там делать? – тихо смеется учитель, и – Лис точно знает, что не сошел с ума – мягко гладит его по растрепанным волосам. - Но… - все еще шепотом переспрашивает Лис, - вы же говорили, что верите в чудеса, я помню. - Верю, - кивает учитель Реннан, крепче прижимая Лиса к себе. – Верю – в чудеса, а не в оправленных в небо птиц. Это красивая традиция, Лис. Добрая сказка. Чудеса не происходят по расписанию. Лис закрывает глаза, чувствуя, как по телу разливается блаженное тепло. Неужели это действительно может быть?.. Неужели такое возможно?.. - Лис, - тихонько зовет учитель Реннан, почти касаясь подбородком его затылка. – Помнишь, ты говорил, что в Башне нет стипендий? Зато есть оплачиваемая должность ассистента. Ей, правда, редко пользуются… Но редко – не значит запрещено. - Но, но… - Лис задыхается, ему не хватает воздуха, так не бывает, слишком хорошо, слишком много, слишком… - Нам ведь нам нельзя работать до получения диплома… - Самостоятельно, - улыбается в ответ учитель Реннан. – А, будучи ассистентом учителя, ты всегда действуешь под его надзором и контролем. Так что, Лис? Станешь моим помощником?.. Не в силах говорить, Лис крепче цепляется за него и еще глубже зарывается носом в плащ. Но учитель Реннан на то и учитель, чтобы понимать без слов. Они долго стоят так на крыше Башни, пока тысячи разноцветных птиц тают на фоне стремительно темнеющего неба. А потом Лис чувствует – и он точно знает, что не ошибся – как учитель Реннан мягко касается губами его волос. «Вот он, - думает Лис, стоя с закрытыми глазами и не зная, как выразить охватившее его счастье, - вот он. Мой собственный День Чуда».