Тайны лаборантской или У Гекслей выходных не бывает

Гексли по жизни не отличается пунктуальностью, но в это утро какие-то черти принесли её в родную лаборантскую раньше всех, раньше даже педанта-зануды-трудоголика Штирлица, чьё имя уже стало нарицательным в их родном НИИ. Гексли входит в здание института, предъявляет пропуск, берёт на вахте ключ, поднимается на родную кафедру и, надев халат, приступает к работе. Надо бы поскорее навести в лаборатории порядок, пока эти балбесы с первого курса не успели его нарушить («А то попадёт мне из-за них или от Штира, или от кого ещё посерьёзнее»). Деловито оглядывает небольшое помещение и приступает к разбору недавно поступивших ящиков с реактивами. Впрочем, поработать в покое этику удаётся не более десяти минут – она слышит, как что-то грузное и неповоротливое вваливается в приоткрытую дверь, будто ещё один такой ящик с собою притащив. Сразу поняв, кого нелёгкая принесла, она оборачивается и, убедившись в своей правоте, привычно сердито упирает руки в бока. -Господи, ты где опять вчера догнался до такого состояния, балбес тождественный? – по-матерински сурово смотрит на лучшего друга, болезненно жмурящегося и потирающего многострадальную голову, затем всё же решает проявить человеколюбие и, порывшись в одном из шкафов, со вздохом протягивает жертве утреннего похмелья таблетку аспирина, - На вот, реанимируйся, пока наш «алкалоидов начальник и пробирок командир» не спалил тебя в таком состоянии. -Про этого… - Советчик еле успевает проглотить вертящееся на языке нецензурное выражение, - ни слова. Он у меня уже вот где. -Чего ещё случилось? И с кем ты вчера всё-таки пил? -С Гамлетом. -Ну понятно, почему тогда ни слова о Штире, - сразу догадавшись, где зарыта собака, девушка обречённо машет рукой, - Как только наш обожаемый Администратор в очередной раз доведёт её своим пофигизмом – быть трагедии. С ней всё ясно, а ты-то с какой радости? Опять Лондон? -Не упоминай, - Гексли кривится ещё больше, будто в один присест съел лимон, - Я уже не знаю, что делать с этим Отелло! Вчера ему сказал, что не могу всё бросить и переехать к нему жить, а он завёл привычную пластинку, будто у меня любовь на стороне. -Ох уж эти мужчины… Гек, ну вот скажи мне, когда ты уже забудешь всех своих дружков и наконец-то женишься? -Когда мы с Джеком накопим на переезд в Америку. Если он к тому времени мне все нервы не вымотает своей паранойей. Поняв, что очередной разговор с названым братом на эту тему в трёхсотый раз оказался бесполезен, этик решает вернуться к работе и, протянув халат несчастному «Дездемоне», агитирует его сделать то же самое. Гек, конечно, от обязанностей не отлынивает – надо быстро привести лабораторию в божеский вид и бежать на свои занятия вместе с этой святой тождественной женщиной – но и ежу понятно, что с такой головой толку от его труда будет мало. Штирлиц, застряв в пробке, мысленно материт всё, что можно – не в его характере опаздывать на работу, получать втык от начальства и чувствовать себя на месте бестолковых Советчиков. Впрочем, сегодня собственная непунктуальность, как ни странно, волнует его в последнюю очередь и сейчас, ютясь возле самой задней двери маршрутки и нервно вслушиваясь в длинные гудки, он обрывает телефон вовсе не руководства, а Гамлета Датской – но бесполезно. Беспокойство за чрезвычайно ранимую суперэжницу сейчас сильнее, чем страх остаться без премии, поэтому логик не сдаётся, снова и снова набирая один и тот же номер, но всё так же без толку? Вот и чёрт его дёрнул за язык вчера бросить ей в лицо слова «ты заигралась, Датская, заигралась!». Штир и сам от себя не ожидал такой грубости – тем более в последнее время они сблизились с Гамлетом, он начал узнавать её получше и уже не считал назойливой истеричкой, но надо же ей было прийти в НИИ именно вчера, когда он был на взводе после конфликта с научным руководителем. Естественно, Наставница пострадала по принципу замещения, узнав о себе много нового – а именно, что «достала, всё равно химия мне важнее, ты могла понять это давно, но нет, заигралась в свои воздушные замки, повзрослей уже». Услышав всё это безобразие, этик пулей убежала из института и скрылась в неизвестном направлении, а он сам промаялся весь день угрызениями совести. А вечером ему позвонил явно невменяемый Гексли со словами «активатор, ты козёл, подлец и негодяй» и сразу отключился. В общем, Штирлиц пришёл к выводу, что всё же дорогая его сердцу Датская пьёт где-то с Советчиком. Попытки дозвониться лично ей не привели ни к чему и не приводят до сих пор. Отчаявшись искупить свою вину перед незаслуженно обиженной девушкой, логик решает подождать ещё немного. Как-то незаметно пробка потихоньку рассасывается и битком набитая маршрутка продолжает движение. Администратор обречённо вздыхает, надеясь, что у него хватит терпения пережить долгий трудовой день. Гексли, кое-как закончив работу в лаборантской, закрывают «царство жрецов науки» на ключ и готовятся идти на первую лекцию, как вдруг им перегораживает дорогу мелкая и тощая, но крайне решительно настроенная личность в тунике до колен и окулярах на пол-лица: -Так, братцы кролики, с места не сдвинетесь, пока не скажете, где сенсорно-этический кусок идиота, который у вас спирт ворует? -Ламанчская, ты что, на тропу войны вышла с утра пораньше? – усмехается Советчица, а её тождик уже мысленно готовится заказывать поминальный венок Энтузиасту, по чью душу так охотится их королева иррациональности. -Этот болван Гюго вчера обидел мою Еську, а теперь прячется! – Донна еле находит слова от возмущения. -Не он один. С нашим Гамлетом такая же петрушка, - впрочем, Гек уже передумывает заказывать венок, поменяв его на пистолет в качестве орудия возмездия, - Штир тоже отличился. -Все они одинаковые, одно слово – сенсорики, - Искательница пренебрежительно морщится и ещё раз переспрашивает, - Так вы точно его не видели? Этики синхронно качают головами, а ещё более взвинченная Донна пулей мчится к себе на кафедру, но тут слышит чей-то тихий плач. Останавливается, снимает очки и обеспокоенно протирает их, затем озирает почти пустой коридор и наконец идентифицирует источник звука – на самом дальнем подоконнике обнаруживается одинокая хрупкая фигура. «Не моя, так чужая пропажа нашлась,» - вздыхает Ламанчская и, поняв, что семинар по биохимии всё равно пропустила, идёт выяснять обстановку. День идёт своим чередом. Администратор успевает выслушать выговор от заведующего кафедрой за первое в последние полтора года опоздание, а сам всё ломает голову над вовсе не шекспировским вопросом «где Гамлет?». Ещё две дюжины звонков ни к чему не приводят – длинные бесконечные гудки сменяются механическим «абонент выключен или вне зоны действия». Штирлиц уже мечется в панике по преподавательской и надумывает ехать по адресу Наставницы – по крайней мере, удостовериться, что с ней всё в порядке и она в расстроенных чувствах не успела ничего натворить. Приняв это решение, он кое-как приводит себя в чувство и стремительно покидает кафедру. Впрочем, совсем выйти из института не успевает – неугомонному заведующему снова понадобилась помощь в лаборатории, так что логику ничего не остаётся, кроме как повиноваться приказу начальства и вернуться в родные пенаты, попутно матерясь сквозь зубы. Гексли тоже не теряют времени даром. Кое-как придя в чувство после утреннего похмелья не без участия лучшей подруги, Советчик умудряется не схватить ни одного долга и помириться со своим гаммийским Отелло, позвонив ему после первой же пары. Вышеупомянутая подруга, будучи свидетелем всего этого, лишь скептически качает головой – надолго ли? Впрочем, ей вмешиваться не стоит, она этому тождественному балбесу не мамочка, да и у неё свой Жуков есть. Ну по крайней мере Гек не будет больше уходить в запои, что не может не радовать. Закончив учёбу, этики направились прямиком в лаборантскую проведать Штирлица – по окончанию рабочего дня он переставал быть строгим аспирантом и становился просто их хорошим другом. Хотя сегодня лицо активатора явно дружелюбия не выражало. -А, опять вы? – не слишком вежливо откликнулся Администратор, увидев Гекслей на пороге такого ненавистного ему сейчас помещения, но, не желая обижать ещё и приятелей своим фанатизмом и сухостью, тут же исправился, - Слушайте, простите меня, ладно? Я тут просто совсем зашиваюсь, только всё закончил. -Гамлета не нашёл? – холодно спрашивает Гек, но в душе сочувствует Штиру, понимая, каково ему сейчас. -Если бы. Телефон совсем из строя вышел, а её вообще недоступен. -Да ладно тебе, не переживай ты так, - не выдержавшая его меланхолии Советчица забывает о бойкоте и по-дружески приобнимает этого сломавшегося трудоголика, - Гамлет найдётся, вы с ней наконец-то объяснитесь и сможете утрясти все ваши недомолвки. Внезапно сию трогательную сцену прерывает негромкий скрип двери и чей-то не особо деликатный кашель. Дельтийцы, как по команде, оборачиваются и с удивлением обнаруживают на пороге крайне решительно настроенную Донну, ещё и наплевавшую на технику лабораторной безопасности – одета «не по уставу», в пальто, берете и без халата. -Ламанчская, чёрт бы тебя побрал, ты когда будешь приходить на кафедру в нормальном виде? – Штирлиц вспоминает о должностных обязанностях, но альфийская нахалка бесцеремонно его перебивает: -Во-первых, господин Администратор, я учусь не на вашей кафедре, так что не вам мне претензии предъявлять. А во-вторых, вы бы заканчивали ваши обнимашки, а то кое-кто не так поймёт и опять пропадёт без вести. Заходи, - выглядывает наружу и кого-то окликает. Дельтийцы не верят своим глазам – в лабораторию входит бледная, но успокоившаяся Датская, уже снабжённая где-то найденным Донной халатом: -Сегодня меня не выгонят отсюда взашей, я так надеюсь? -Ну ладно, я свою миссию выполнила, я могу уходить, - Искательница еле заметно усмехается и потихоньку тянет за собой родственников, - Товарищи Геки, мы с вами тут, кажется, лишние. Штирлиц и Гамлет остаются одни, растерянно глядя друг на друга – впрочем, времени поговорить у них ещё хватит. -Как вы думаете, он не сделает ей ещё хуже? – всё же беспокойно интересуется у Советчиков Донна, когда все трое вышли из здания НИИ, - А то я её нашла ревущей в коридоре, еле успокоила, вывела погулять и настроила на нормальный разговор с вашим сухарём, а вы знаете, как я не люблю все ваши психологические штучки. -Нет уж, я думаю, Штирлиц больше не будет её обижать, - «святая женщина» верна своей привычке надеяться на лучшее. -А если такое свинство повторится – я ему всё-таки задам, - не унимается её «тождественный балбес» и успокаивает родственницу, - Да нет, Донна, не парься, ты сделала всё как надо. -И на том спасибо, - логик снова улыбается, - Тогда и вы мне помогите. Давайте всё-таки найдём этого Гюго, а то у меня дома депрессующая Еся, я сегодня весь день только и делаю, что пытаюсь играть в этику. -Ну ладно, что уж с тобой делать, пошли, - Советчик, смеясь, машет обречённо рукой, - Мы с сестрицей уже давно поняли, что у нас не бывает выходных от проблем друзей.