Истоки

Мы вновь шагали по темным коридорам поместья. Свет в доме был, но в очень маленьком количестве. Это вечная темнота создавала подавляющую атмосферу, в связи с чем, тяжело было достигнуть душевного спокойствия. Но вряд ли это было главной причиной моего беспокойства сегодня. В этот раз всё было слегка сложнее, чем тусклые лампы. Мадара. Это имя и впрямь вгоняло в дрожь. В конце коридора стало видно дверь. С каждым шагом дышать становилось все труднее. Нервы ни к чёрту. Дверь открывается и перед моим взглядом возникает вид на обитель главы клана. Я не один раз задумывалась над тем, что мне придётся сказать ему. Историю я продумала несколько раз тщательно и детально, дабы избежать лишних вопросов. Если он увидит несостыковки в моем рассказе, то вряд ли оставит в живых. Чем проще будет история, тем легче будет отвечать на вопросы и не запутаться в деталях. Главное меньше подробностей. Эти правила одни из основ теории для работы под прикрытием. К счастью знания я всегда ставила превыше всего. Одно время ум был единственным моим оружием, хотя и там я не была лучшей: я думаю, что никогда не смогу достичь таких же интеллектуальных способностей, как Шикамару. Наконец, мы дошли до места. Помимо Мадары в комнате находился ещё один шиноби, и выглядел он совсем не дружелюбно. Мадара сидел отвернувшись от нас, читая какие-то свитки, как будто ему вовсе не было никакого дела до происходящего. — Имя?— сухо спросил его помощник. —Харуно Сакура.— сухо ответила я. Видимо того парня задело то, что я не нервничаю, когда он меня допрашивает. Поэтому он подошёл ближе и зажёг шаринган. — И что же у нас забыла девочка из такого никчёмного клан? —Я ничего не забывала, просто ваши родственники заинтересовались в моих способностях.— я позволила себе немного издёвки в голосе. —Ты думаешь наш клан нуждается в твоих техниках?— его тон становился всё злее. — Судя по тому, что я ещё жива — да. — Мы можем это легко исправить.— меня напрягало то, что он стал уверенно приближаться ко мне. —Вы уверены, что хотите потерять медика такого уровня?— похоже, что я не могу спокойно отвечать в ответ. —Слишком много ненужных слов. Лучше покажи на деле свою цену— сзади наконец послышался низкий охрипший голос главы этого клана. Не прошло и секунды, как Мадара мгновенно оказался рядом со своим помощником, проткнув ему живот катаной. Из-за рта полилась кровь и он упал на землю. — Что будешь делать?—, с ухмылкой произнёс Мадара. И что же в голове этих психов, Учих? Скорее всего была задета печень, хотя без операции трудно знать наверняка. Не сказать, что это была безвыходная ситуация, но жизни этого шиноби точно угрожала опасность. Без лишней паники и сомнений я разрезала кунаем его одежду и начала рассматривать пострадавшее место. Мне понадобилось около пятнадцати минут, чтобы залечить рану и остановить кровотечение. Всё это время Мадара внимательно смотрел на меня, следил за каждым движением. Его глаза не отходили от меня ни на секунду. Проницательный взгляд пронзал меня насквозь. Казалось, он даже видит мои мысли, но я не давала слабины. В мире шиноби нельзя расслабляться ни на секунду. Когда я закончила лечение, наши взгляды пересеклись. Если его глаза смотрели на меня холодно и высокомерно, то мой взгляд был пропитан жаркой злостью и презрением. Каким же надо быть жестоким человеком, чтобы без капли сомнений проткнуть своему подчиненному живот? Филигранно залечив рану, я отошла от допросчика и стала ждать реакции Мадары. В его взгляде сложно было что-то определить. Да и вообще, предсказать какие-либо его действия (исходя из последних ситуаций) вряд ли реально. — Ты складываешь печати, когда используешь медицинские техники.— это не было вопросом, скорее утверждением. — Это делает каждый ирьенин— мне удивляло то, что именно это его не устраивало во мне. — Только такие жалкие как ты. Есть у меня знакомый чьи техники несравнимо превосходят твои. В моем клане нет места слабакам,— эти слова тяжело прошлись сквозь меня. Никому не нужны слабые и беспомощные в этом мире. Выживает только сильнейший. На этом строится любая жизнь, мы просто мало уделяем этому внимания. Но я слишком много знаю о слабости, чтобы так просто слушать его критику. — Слабы те, кто запросто разбрасывается жизнями, вместо того, чтобы защищать своих близких.— видимо, я слишком сильно попала под влияние Наруто. Вряд ли пять лет назад я смогла бы сказать эту фразу прямо в лицо смерти. Но жребий уже брошен. Я не хотела отказываться от своих слов. Это были те идеалы, которые во мне заложили Наруто, Коноха и я сама. Я поняла глаза и начала прожигать Мадару своим взглядом. Почему я в очередной раз должна мерится с несправедливостью отношения этого мира ко мне. Стоявший в другом конце комнаты Изуна был явно шокирован моим поведением. Казалось, мои слова впечатлили его. Но напряжение только наростало. На несколько мгновений повисла тишина, никто не мог предугадать действия другого. Мадара стал делать медленные шаги ко мне. Теперь было действительно страшно — в глазах его загорелся Шаринган, а в руке красовалась обнаженная катана. Я стаяла и не могла двинуться с места. Страх приковал меня к земле. Мадара направил свою катану на меня и слегка провёл ей по моей шее. Я закрыла глаза, готовясь почувствовать холодное лезвие в своём теле... но Из шока меня вывел звон клинков. Я даже не успела понять, что происходит, как через мгновение передал мной появился Изуна, который защитил меня от удара. Выглядел он сейчас едва ли не страшнее, чем сам глава клана: в его глазах тоже горел Шаринган, а катана была пропитана стихией молнии. Их клинки соприкоснулись. — Решил встать на защиту этой девчонки? Неужто понравилась? — ехидно спросил его старший брат. — Скорее на защиту ее идеалов.— твёрдо ответил Изуна— мне нравятся вещи, которые она говорит. В этой ситуации была какая-то символичность. Снова Учихи. Снова братья. И снова их клинки направлены друг на друга. Возможно это грустная судьба уготовлена для всех Учих? Где-то секунд десять они простояли так, смотря друг другу в глаза. Вдруг Шаринган Мадары погас, катана в мгновение ока опять оказалась в ножнах, а он как ни в чем не бывало развернулся и пошёл снова разбираться с какими-то свитками. — Мне нравится, огонь в твоих глазах, Харуно Сакура. Ты действительно веришь в свои утопичные речи. Для меня будет истинным наслаждением посмотреть, как ты разочаруешься в своих идеалах. И я когда-то верил, в то что и ты. Но это иллюзия. Посмотрим, чего стоишь ты и твоя вера.