Save me

Часть 7.       С тех пор, как черноволосый оставил меня одного в комнате, прошло уже 4 дня. Он больше не приходил ко мне, за что я был ему благодарен, потому что я был очень зол на него, хчто он похитил меня. Я так и не смог выйти наружу этой комнаты, я сидел в этих четырех стенах. Мне казалось, я медленно схожу сума. Иногда только Лиса приходила ко мне, и мы хоть немного, но все же общались.       Этот день ничем не отличался от предыдущих, но с самого утра у меня болела голова, я попросила таблетку у Лисы и она сразу же принесла мне их. У меня не было сил, поэтому я лишь упал обратно в кровать и уснул. Спустя некоторое время я услышал, как хлопнула дверь наверху. Да, наверху. Я уже знал, что я нахожусь на нижнем этаже этого дома, может, это даже подвал, я еще не был уверен. Я продолжал так лежать, и через некоторое время открылся и моя дверь тоже. Я сел на кровать, и увидел Чонгука. Он был измотанным и усталым, в другой любой ситуации я бы предложил ему присесть рядом. Но как только я вспоминал, что это он меня похитил, и держит тут меня против моей воли, я начал беситься. Он закрыл за собой дверь, и сел на стул, что стоял неподалеку от моей кровати. — Ты очень даже хорошо держишься. Я видел, как ты страдаешь от этого кольца, я видел как ты не можешь себя удовлетворить… Обычно, никому не удавалось так долго держать себя, но ты походу какой-то особенный…— сказал он, а после закрыл глаза и потер виски. — Я вижу, что ты не можешь найти себе работу, раз пришел ко мне, и следишь за мной через камеры— я знал, что в моей комнате были камеры. И опять же я пожалел о том, что только что сказал. Почему я просто не могу молчать, и не злить этого придурка?       Он быстро встал из стула и подошел ко мне, взял меня за подбородок. Было интересным то, что он не посмотрел мне в глаза, а сразу нагло начал целовать. На этот раз я не стал рисковать и немного открыл рот, но он схватил меня за плечи и я ахнул. Опять он взял вверх надо мной, и это конкретно меня начало бесить. Я хотел его оттолкнуть, но у меня ничего не получилось. Он быстренько развернул меня на живот, и сел на меня. Я услышал, как он расстегнул свою молнию, и увидел как полетела его рубашка куда-то вниз и из-за этого я стал брыкаться. — Что ты делаешь? Слезь с меня, тупой ты человек!… — Заткнись и не зли меня. Я устал, а ты поможешь… так что не заставляй меня жалеть о том, что я оставил тебя у себя. — с этими словами он развернул меня обратно, и опять впился в губы, попутно снял мою майку и спортивные штаны, так, что я остался в одних боксерах. Но не надолго: он отстранился от моих губ, и снял их, отчего мне стало не комфортно. Я лежал голый на кровати, а рядом со мной мой директор. — Пожалуйста, я не хочу этого. Накажи другим способом, но только не так.- я думал, что он образумиться и просто уйдет как делал это 4 дня назад, хер там плавал. — А я хочу так. Хочу тебя, хочу, чтобы ты стонал внизу меня, хочу услышать тебя, так что даже не смей держать в себе свои стоны.— потом, он аккуратно раздвинул мои ноги, и взял откуда-то смазку, выдавил на свои пальцы, и преподнес к анусу.       Я испугался, когда его холодные пальцы от смазки коснулись меня: сначала он ввел один палец внутрь, и начал двигаться, от чего боль внутри усилилась, и я думал он будет груб со мной, но он сначала ждал того, чтобы я привык. Потом ввел и второй палец, что я аж от неожиданности вскрикнул, а он уголками губ ухмыльнулся. Я закрыл глаза и пытался игнорировать эти взгляды и ухмылки, но потом последовал и третий палец: он искал ту заветную точку, но не мог найти. Когда он все-таки прошелся по простате, я выгнулся и у меня перед глазами поплыли звездочки. Я знал, что реагировать на его прикосновения так — это глупо. Потом, высунув пальцы, от поставил меня в коленно-локтевую, и сначала вошел он на половину, и опять же мне показалось, что он заботиться обо мне, но немного подождав, он начал двигаться и вовсе зашел на всю длину. Я не знал, куда себя деть, с одной стороны у меня так давно не было секса, с другой стороны он делает мне больно. У меня на глазах уже появились слезы, и я закрыл глаза — не хотел, чтобы он увидел мою слабость, но его очередной толчок заставил меня лить слезы. Он даже на это не обратил внимание, а лишь покрепче сжал мои бедра, отчего я застонал… Мое тело реагировало на него, и я не мог этого отрицать. — Тебе нравиться, когда я к тебе прикасаюсь, и даже не смей это отрицать.— сказал Чонгук. Я не смог ничего ответить на это из-за боли: хотел кончить, но из-за кольца я не мог. Черноволосый, увидев это, улыбнулся. Я почувствовал, что мне не комфортно и больно, опустил свои руки уже к стоявшему члену, но там была это штука, и жаркий шепот на мое ухо привел меня в чувства: — Ты знаешь, что надо сделать—жаркий шепот на мое ухо… Но я не хотел называть его «господином»: тогда я бы проиграл ему, а этого я не хотел. Он тоже был близко к разрядке, он вышел из меня и излился прямо на мою спину… Он убрал свои руки, от усталости я упал на кровать, а он встал, вытерся, а потом сказал: — Ты все равно не сможешь долго сопротивляться. Рано или поздно, ты скажешь мне, ты назовешь меня «господином». Не мучай себя и меня не зли.— он взял свои вещи и вышел из комнаты.       А дискомфорт ниже живота не ушел: как бы я не хотел избавиться от этой штуки — у меня не получалось. Только Чонгук мог ее открыть, но сразу после этого я бы признал, что я проиграл, поэтому я держался. Я не мог встать, потому что у меня болела спина, ноги будто стали ватными, а глаза уже закрывались… На миг я вспомнил слова Лисы: — Не волнуйся на счет оппы. Он не придет к тебе, а ты пока отдохни, он много работает… И даже если между вами что-то когда-то и произойдет, он не останется в твоей комнате, на счет этого не волнуйся… Он всегда спит на своей кровати, он не может уснуть, когда рядом с ним кто-то есть.