Treasure

      Уайтшифт медленно зашёл в ремблок и уложил юного Мегатронуса на платформу. Не обращая внимания на зашедшего следом Линкса, медик начал включать оборудование, чтоб провести полное сканирование корпуса и определить, насколько серьезными оказались повреждения, нанесённые Кардегоном.       Манипуляторы медмеха потянулись к консоли и ловкие пальцы начали бегать по ней. За действиями Шифта Линкс наблюдал внимательно, но всё же взгляд гладиатора больше был сконцентрирован на раненом ученике. Единственное успокаивало искру планера - больше Кардегон не сможет навредить своему настрадавшемуся ученику. Он погиб, погиб дезактивом который заслужил всеми своими ошибками. О погибших плохо не говорят, но с Кардегоном не получалось по-другому. Линкс и многие другие обитатели арен Каона не могли вспомнить хоть что-то положительное о дезактивированном старике. Он жил здесь довольно длительное время, однако мало чего хорошего он смог сотворить. По какой причине Кардегон был столь жесток, мстителен и кровожаден, никто не знал. Возможно, у него было трудное бэтство, или же в его активе произошло что-то такое, настолько страшное, что не давало его искре успокоится, и он вымещал свою злобу и гнев на окружающих - учеников, "коллег" или просто знакомых.       От раздумий Линкса отвлекло ощущение чужого манипулятора на плече. Это был медик. Слегка кивнув в сторону выхода из ремблока, Уайтшифт жестом попросил приятеля выйти, и, немного погодя, пошел за ним. Он выключил в помещении свет - всё равно Мегатронус оффит. Наконец он сможет это сделать спокойно, ведь медик всегда прекрасно слышал, что малец кричал, тихо ходил из стороны в сторону и долго не мог провалиться в долгожданную перезагрузку. Потому Уайтшифт постоянно держал юнлинга поближе к своему отсеку, чтобы быть уверенным, что с юнцом всё в порядке.        - Он оффит, поэтому будет хорошо, если мы пойдём ко мне и не будем ему мешать. Беспокоиться за него уже не стоит - кроме Кардегона ему тут никто зла не желал и не желает, а пароль от ремблока знаю только я и вы трое, - это успокоило и прогнало прочь беспокойство планера, и кивнув в ответ он направился за Шифтом.       Больше никто из них двоих не решался продолжить разговор. Были вопросы, много вопросов. И главным из них был: "Как Мегатронус оказался на той арене?". Бросив короткий взгляд в сторону Уайтшифта, гладиатор увидел некую печаль на фейсплейте друга. Задать вопрос, почему он так грустит, Линкс не решался. Он подумал, будет лучше если они поговорят об этом, когда дойдут до нужного отсека. Ремблок и медотсек были не столь далеко друг от друга, хотя по-идее должны быть соединены. Надо было спрашивать глупых строителей, что воздвигали это место.       И вот взору планера предстало нужное помещение. Быстро набрав в консоли код Уайтшифт зашёл внутрь и пригласил гладиатора. Тот почему-то помешкал, но всё же решился войти. В следующий клик отсек наполнился светом, исходящим от ламп. Линкс уселся на платформу, что стояла посреди медотсека.        - Так... О чём ты хотел поговорить? - Линкс попытался завязать разговор с доком, но тот отошёл к какому то стеллажу и достал оттуда один из многочисленных датападов. После же присел рядом с гладиатором и начал зачитывать то, что было написано в устройстве:       Запись 23.03.10824 "Привет, дневник. Никогда бы не подумал, что начну заниматься подобными вещами, но видно придётся, ибо говорить об этом с кем-либо из окружающих я не могу. Я оказался на проклятых аренах Каона, может быть, навсегда. Не уверен, что смогу выбраться из этого ада, и, как бы я не пытался объяснить, что попал сюда лишь из-за глупости полисмэнов, они не слушают, не могут и не хотят понять, что всё это - ошибка. Я попал в это проклятое Юникроном место из-за одной, уже дезактивированной, фемки... Я много работал, делал ей подарки, она уже вынашивала нашу бэту, но в один день она сказала, что знать меня не желает и сказала чтоб я не возвращался в кварту. Одна из подруг моей бондмейт сказала ей, будто бы я приставал к ней... Чёртова лгунья! Всё из-за этой... Я все еще не могу прийти в себя от того, что она разрушила наш с бонди актив, даже актив нашей, ещё не появившейся на свет, бэточки. Я пытался объясниться, но она не желала слушать, я поверить не мог в то, как она подло предала меня, даже не попытавшись разобраться. Я сдался тогда, когда делать этого не стоило ни в коем случае, но... Я не хотел довести её до нервного срыва и ушёл. Через пару орнов ко мне заявилась эта шалава и сказала, что у моей бонди был выкидыш и она дезактивировалась в процессе в одном из медотсеков кварты активации. У меня поверхность провалилась под серво. Я не был рядом с избранницей, когда она так во мне нуждалась... Меня окутало жгучей ненавистью, а эта мразь говорила, что моей любимой так и надо было, и твердила, что мы с ней - истинная пара... Я не вытерпел её слов, манипулятор трансформировался в клинок и я накинулся на неё. Фемка пыталась кричать, звать на помощь. Я заставил её умолять, биться в агонии, пока я медленно её дезактивировал. Но, к сожалению, её крики всё же услышали и полисмэны успели оттащить меня от изуродованного корпуса ненавистной мною фемм. Меня отвезли в участок, а позже приговорили к службе тут, на аренах. Как я узнал на суде, фемм не перожила и орна после моего нападения и дезактивировалась в больнице. В тот момент это было единственным, что радовало искру, по-настоящему радовало. Почему меня прошибает приятной дрожью каждый раз когда я вспоминаю об этом?"       Запись 24.03.10824 "Мой первый день был ужасен... Нет, он был ужасно прекрасен. Я оказался способным воином и один из лучших местных гладиаторов взял меня как ученика. Хех, а он не плох, хоть и зануда. Он старше меня лишь на пару-тройку ворнов, но он ловок, хитёр и очень высокомерен, однако мы быстро нашли общий язык. Может, арены - это не такое уж и плохое место?"       Запись 30.07.10888. "Наставника убили... Убил чемпион, против которого он решил биться в надежде выиграть, но у него не получилось. Я вновь остался один."       Запись 07.08.10903. "Мне дали под опеку моего первого ученика. Он всё время дрожит, как осиновый лист. Праймус, как же бесит. Он говорит, что ему страшно, что он не должен тут быть. Я тоже так когда-то думал, но эта мысль улетучилась когда у меня появился добросовестный наставник. Я скучаю по нему..."       Запись 10.09.10930. "Моего ученика дезактивировали. Он уже привык к обстановке, сражался не плохо, даже я сам начал привыкать к нему. Да и доставать своим нытьём он стал меньше. Почему? Почему судьба так жестока? Я даже не похоронил его как следует, точнее мне не дали этого сделать - корпус просто отдали на запчасти."       Запись 21.03.10931. "Очередной новичок. Я рискнул и взял его к себе. Сикер. Сикер беспомощен на аренах для гладиаторов. Но выбора не было, мне его не дали. Я не в праве выбирать, здешнее начальство уже застоялось и стало слишком скверным. Как же они бесят, даже больше, чем этот нюня-сикер."       Запись 27.06.10992. "За столь долгое время я лишился стольких учеников... Меня будто преследует рок. Рок, который и отнимаёт всё у меня. Он начался с дезактивации моих дани и опи, не задолго до дезактивации моей бонди. О Праймус, за что? Чем я провинился?"       Запись 01.02.11000. "Мне дали ученика после перерыва в несколько ворнов. Зовут Сторм. Попал это юнлинг сюда вместе со своим старшим братом, Уайтшифтом, и они сразу же увязались за мной. Ладно этот мелкий, а взрослый куда лезет? Мне до них дела нет. Мне надоело тратить свои силы и нервы на учеников, которых в итоге дезактивируют одного за другим. С меня хватит. Будь что будет. Пусть я буду плохим наставником, но я устал. Устал от бесконечных попыток иметь кого-то, кто будет мне дорог, а я ему или ей... Как бы я не старался, но моя бонди никак не выходит из моего процессора. Даже спустя столько ворнов, я помню, как она выглядела. Стройная колёсная, её светло-зеленый изящный корпус, сводящий своим видом с ума. Эти голубые окуляры, полные нежности и любви. Мне так не хватает её. Я скучаю, пытаюсь оставить все позади, но у меня ничего не получается."       Запись 20.01.11004. "Этого неудачника, Сторма, сегодня дезактивировал один из лучших наших бойцов. Мне все равно, но вот жаль Уайтшифта. Бедолага остался один и всё жмётся к моему корпусу в надежде на сочувствие и ласку, которых ему не хватает. Мне правда его жаль, но показывать этого я не собираюсь, лучше пусть думает, что нет мне до этого всего дела. Так будет лучше для его актива. Все, кого я знал, кого любил - все в дезактиве. Я не могу допустить её одного дезактива близкого мне трансформера. Я так решил, так лучше для всех."       Запись 12.08.11020. "Давно я не писал, дорогой дневник. У меня уже два ворна как новый ученик, у юнлинга даже позывного нет. Он жалуется на боль в окулярах. Не знаю, верить ему или нет. Может он и не врёт... Так я думал, пока тот не выдержал и ушёл в перезагрузку во время тренировок. У меня не было выбора и я отвёл юнца к Шифту. Тот подтвердил, что у моего недоученика проблемы со зрением. И что мне делать? Кредитов ведь нет. Вот этот малец и станет следующей жертвой моего рока. Не хотелось особо, но выбора нет. Уж лучше я сам с ним покончу, чем его дезактивируют на арене в первом же поединке."       Запись 13.08.11020. "Док... Он рассказал верхушке, и этот ублюдок - жалкая мелочь, посмела напасть на меня. Шифт... Он предал меня? Да, похоже на то. Хоть мне и не стоит обращать на это внимание. Мы просто знакомые, а он продолжает лезть ко мне, будто мы друзья. По крайней мере так было до вчерашнего случая с моим учеником. Но почему мне обидно? Теперь у меня забрали и ученика. Линкс стал его новым наставником. Может оно конечно и к лучшему, но почему то искра не хочет с этим мириться - требует отомстить этому паршивцу."       Запись 20.08.11020. "Не знаю, простит ли меня Уайтшифт, но выбора нет. Мне придётся отправить мелкого в дезактив, чтоб тот не погиб в муках, не способный что либо сделать или встать с платформы. Воины так не погибают - они отправляются в дезактив только на арене, на поле боя, как говорятся "с оружием в руках". Поэтому я подделал вызов юнлинга на одну из пустующих арен. Да простит мне мой поступок Праймус."       Записи прервались. Уайтшифт замолчал, просто уставился в выключенный датапад и не обратил внимания на два мощных манипулятора на своей талии.        - Я... Я даже подумать не мог, что... что... - слов не хватало, чтобы описать, как Шифту было жаль, что всё сложилось именно так. На фейсплейте медика показались капли омывателя, и не выдержав наплыва чувст, он уткнулся мокрой лицевой пластиной в плечо планера. Тот не был против, Линкс сам был растерян. С одной стороны они покончили с мучениями Кардегона, но с другой было стыдно. Стыдно, что так обращался с этим, на вид суровым, мехом. Один манипулятор покрепче прижал дока к бело-серому корпусу, а другой начал понемногу тереть спину, в надежде успокоить плачущего.        - Никто из нас не мог, Шифт. Что сделано, то сделано. Былого не вернуть. Главное, что он оставил, своего рода "наследие". Забыл? Мой, его бывший, ученик всё ещё активен и это главное, - это подействовало и медик начал успокаиваться, иногда слегка всхлипывая. - Подожди тут, я принесу энергона, - гладиатор хотел было выйти из отсека, но понял, что они заперты... - Эм... Док, а можно открыть? - попытался натянуть на свою "мину" более менее приветливую улыбку. Ему было не привычно находиться с медиком в запертом помещении, тем более один на один. Почему, планер не мог понять. Странное чувство раздавалось в искре гладиатора, но что именно определить он не мог.       Уайтшифт не отвечал, что насторожило белого гладиатора. Ни говоря ни слова он поднялся с платформы и направился к Линксу. Планер приподнял оптогрань, и опустил другую, будто пытаясь взглядом сказать: "Чего тебе от меня надо?". Пока гладиатор наблюдал за движениями дока, последний уже в плотную подобрался к своей "жертве" и в следующий клик прильнул к его губам. Теперь обе оптограни гладиатора поползли вверх. Прошло пару кликов и инициативу перехватил Линкс. Он опустил свои манипуляторы на талию Уайтшифту и прижал как можно крепче к себе. Простояв так брийм или два, планер оторвался от сладких губ своего неожиданного партнёра, тяжело дышали оба.        - И... Что это было, м? - гладиатор опустился к лицевой медика и посмотрел на того довольным взглядом. Но Шифт не отвечал, лишь смотрел в оптику серо-синего меха и не решался даже двинуться, пока не прикажут. - Ну, ответь, я же не кусаюсь, по крайней мере, пока не придётся, - теперь на фейсплейте Линкса была улыбка как у довольного активом предакона, который только что хорошо поел.        - Я... Я долго думал... - лицевая пластина медика окрасилась энергоновым румянцем.        - И о чём же, дорогой док? - глосса гладиатора начала ласкать шейные магистрали Шифта, от чего последний начал издавать тихие стоны, пытаясь их сдерживать, "проглатывать", но получалось из рук вон плохо.        - По-почему... ах... п-почему ты... ещё... ты решил помочь мне? - доктор уже стонал на все лады, а глосса партнёра спускалась ниже, от шеи к грудным пластинам, оттуда вниз, к паховой пластине. Вдруг гладиатор остановился и вернулся к фейсплейту серебристого меха.        - Ты о чем, Шифт? Я думаю, любой на моём месте поступил бы точно так же, разве нет? - он вновь впился в губы колёсника страстным поцелуем, и оторваться решил лишь тогда, когда в его грудные сегменты начали упираться манипуляторы.        - П-пошли-ка лучше туда, - Уайтшифт взглядом указал на платформу, которая в следующую секунду прогнулась под весом двух возлюбленных. - Скажи, Линкс, ты... Ты меня любишь? Или я тебе хотя бы нравлюсь?        - Что за глупые вопросы в самом разгаре дела? Конечно же ты мне нравишься, и всегда нравился. Ты у меня добрый, отзывчивый и не навязываешь своё мнение всем кто тебя окружает. Ты не эгоист, мне нравятся боты с подобным характером. Не важно, фемма это или же мех. И пока я знаю только одного такого, догадываешься кого я имею ввиду? - он улыбнулся медику и уже в третий раз поцеловал того. Правда глосса почувствовала преграду - сомкнутые дентопластины, которые Уайтшифту под напором планера всё же пришлось разомкнуть, пуская постороннюю глоссу во внутрь своего энергоприёмника.       И опять гладиатору пришлось прервать поцелуй. Медик уже тяжело дышал и почти ничего не соображал, было лишь желание, которое надо было в срочном порядке утолить. Линкс по второму кругу начал одаривать корпус Шифта поцелуями, и вот, спустя долгих десять бриймов, он остановился у паховой пластины дока. "Откройся..." - промурлыкал он, на что партнёр с удовольствием выполнил его просьбу. Взору гладиатора предстал истекающий смазкой порт, аккуратный и узкий. "Штамповка" - подумал планер, начиная проникать глоссой в девственный порт доктора. Тот чуть вскрикнул, боли не было, скорее наоборот, удовольствие и наслаждение.       Летун аккуратно облизывал стенки порта, стараясь не пропустить и одной капельки смазки, и постепенно проникал глубже, отчего лежащий под Линксом мех начал захлёбываться собственными стонами. Это ласкало слух гладиатора и он стал ещё усердней работать глоссой. Неожиданно он почувствовал, что дальше только глоссой он не пройдёт - в порту все еще стояла пломба, которую, либо пальцами, либо коннектором можно было сорвать. Делать нечего, придётся сначала подготовить дока к последующим действиям.        - Будет немного больно... Хотя, я удивлён, что ты в свои сорок ворн ещё в нулёвках ходишь... Такая редкость, и я рад, что ты достался именно мне, - и вновь очередной поцелуй, но лишь для того чтобы медик не закричал, когда в него войдут все три пальца. Планер решил начать с одного. Он начал медленно вводить палец в узкий порт Шифта, и почувствовал что в вокалайзер мычит партнёр, пытаясь успокоиться, но получалось не очень и доктор всё же простонал в поцелуе. Потом вошёл второй, уже не так больно, хоть и не очень приятно. Линкс начал медленно двигать пальцами назад-вперёд. Немного размяв порт, планер наконец всунул третий палец в промежность и начал интенсивно двигать ими, с каждым кликом делая это всё быстрее и быстрее.       Пломба не выдержала такого натиска и была сорвана. Боль прокатилась по всему корпусу Уайтшифта, он разорвал поцелуй в попытке успокоить себя, привыкнуть к этим новым ощущениям. Медик томно дышал от боли, она не хотела проходить, скорее наоборот с каждым толчком всё усиливалась и усиливалась. Колёсник не выдержал:        - Больно, ах... П-пожалуйста, Линкс... Ох... Прекрати.... - гладиатор послушал бедного партнёра и начал медленно высовывать пальцы из порта, на них были смазка и энергон. - Проклятье.... Больно, - увидев свой энергон на пальцах бело-серого летуна, док забеспокоился и попытался привстать на локти, но был быстро повален обратно на платформу. - Пусти... Линкс, м-мне правда больно... - но его и слушать не стали быстро проникнув в разодранный порт. Медик вскрикнул, попытался соскользнуть с достоинства меха, но не получилось - оба манипулятора оказались за головой. В нём начали двигаться, было больно, но вскоре боль начала проходить, а от наполненности внутри стало хорошо и стоны Шифта прекратили выражать боль. Линкс добился своего - его медику было уже не так неприятно и он стонал под планером с новой силой.       Немного погодя, Уайтшифт начал двигаться навстречу партнёру, стараясь насадиться как можно глубже. Хотелось больше, сильнее, быстрее, и гладиатор с удовольствием выполнял данные просьбы медмеха. Перезагрузка накрыла обоих неожиданно, прошибая корпус слабым разрядом тока и оставляя приятную истому в качестве послевкусия.       Идти в душ у Уайтшифта не было сил и чувствовалось, поэтому док просто прижался к широкой груди Линкса. Вдруг корпус гладиатора начал шевелиться - один его манипулятор оказался на бедре колёсника, а другой начал поглаживать медика по шлему. И плевать, что эти же манипуляторы побывали в его порту.        - Люблю... - прошептал гладиатор перед тем, как его партнёр отправился в оффлайн, а за ним последовал и сам Линкс.