Любовь любит случайности

      Неделя, за ней другая — время с невероятной скоростью переворачивало страницы под названием «жизнь». Каждый день протекал по заезженному сценарию, что уже успел наскучить. А в прочем, кому ли не станет скучно, когда каждый день парадоксально похож на другой: те же заботы, те же люди, те же моменты; та же боль, те же страдания. Четырнадцать дней ничуть не сгладили острое ноющие чувство в области груди. Изо дня в день молодым людям приходилось заглядывать в глаза друг друга, не в состояние прочитать ни единой эмоции, словно это было безразличием. Однако это была лишь маска, которая настолько въелась в образ, что вовсе не понятно: правда это или ложь. Каждый пытался делать вид, что живет своей жизнью.       Кэролайн ушла с головой в работу, в попытках как-либо помочь компании Клаусу днем, а вечером, когда в пустой квартире становилось непривычно холодно, грусть накатывала на неё, накрывая с головой. Не стоит скрывать и тот факт, что были моменты, когда ей и вовсе хотелось спуститься на этаж ниже, и утонуть в объятиях любого человека. Да-да, именно любимого, потому что даже не смотря на то, что произошло, она все еще испытывала к нему чувства, которые, по ее мнению, были невзаимные. Но так ли оно на самом деле? Будь они хоть немного не взаимно, то страдал бы он; ощущал ли Клаус то ноющее чувство; испытывал бы он ревность, стоило Деймону лишь появится в офисе? Майклсон подавался тому же порыву, приходя к ее двери, дважды нажимал на кнопку дверного звонка, однако она так и не открыла. Мужчина прислушивался к каждому шороху, что происходил за дверью, но там была тишина. Все та же чертова тишина, от которой становилось невыносимо и ему. Так происходило каждую ночь. Но днем все кардинально изменялось. В игру выступали другие краски: грубые, нейтральные, холодные. Словно он никогда не любил ее, не просил остаться.       Сегодняшний день, который медленно подходил к концу, был точно таким же. Кэролайн, увидев долгожданную цифру шесть, мигом принялись собираться домой. Как бы скучно ей там ни было, это было лучше, чем наблюдать, как ее начальник заигрывает с секретаршей. К счастью или сожалению, но в кабинете, что ей выделили, были стеклянные стены, что означает: девушка могла любоваться подобными картинами с первых рядов. — Уже домой? — задает вопрос Деймон, который без стука и без разрешения, в прочем, как это обычно и бывает, входит в ее кабинет.       Верти или нет, но эти двое неплохо подружились. Теперь блондинка Форбс знала обо всех похождениях старшего Сальваторе, а тот уже успел трижды за две недели спросить ее мнения о той или иной пассии. Он общался с ней так, словно она всю жизнь была ему другом. А голубоглазая понимала, что на данный момент Деймон просто нашел в ее лице замену. Ведь его единственный лучший друг, а по совместительству ее бывший парень — Клаус, полностью разорвал какое-либо общение с ним. Ревность со стороны одного, обида — другого и крепкая мужская дружба трещит по швам. — Да, — сухо ответила Кэролайн, даже не взглянув на собеседника. Ведь именно в этот самый момент Никлаус в очередной раз подошел к своему секретарю, а та в очередной раз не жалела ни улыбки, ни смеха. — И часто это происходит? — интересует Сальваторе, который стал подле девушки, так же наблюдая за прекрасной игрой двух великолепных актеров. — За сегодня это в третий раз, — раздраженно кидает девушка, пытаясь что-то с усердием запихнуть в сумку. — Тебя это раздражает? — Нет, черт побери, Деймон! Мне это все безумно нравится! — Тогда скажи ему! — Что я по-твоему должна ему сказать? — недовольно произнесла блондинка, прожигая друга суровым взглядом. — Что ты его любишь, и что весь этот цирк пора прекращать, — на удивление спокойно произносит шатен. Он аккуратно приобнимает девушку за плечи, заставляя смотреть ту прямо в его глаза. — Я не люблю его, — четко произносит каждое слово Форбс, словно не раз репетировала эту фразу. — Он сделал правильный выбор: живет дальше. И мне тоже стоит, — с этими словами она выпорхнула из объятий друга, направляясь к двери. — Ты идешь? — Да, — с тяжестью выдает ответ Сальваторе, следуя за ней. — Так, ты домой? — А что есть другие предложения? — произносит девушка, так чтобы слышали все, добавляя к этой фразе щепотку кокетливого смеха. — Хотел подвести, — не подается ее провокациям шатен, отвечая своим спокойствием. — Нет, спасибо, сегодня я на метро. — Кэр, подумай, в машине лучше, чем в метро. — Не сегодня, — улыбнулась девушка.       Говоря откровенно, блондинка всего лишь хотела побыть наедине со своими мыслями. Приглушать острое ноющую чувство обиды, с колючими шипами ревности; не дать волю слезам, которые вновь и вновь норовят напомнить о себе, обжигая глаза, оставляя после красный оттенок печали. Сегодня ей нужна та давящая тишина, ведь показать кому-либо, что она изнемогает от всего происходящего, было не в ее принципах. Кэролайн знала, что сядь сейчас в машину с Деймоном, ей еще час придется носить праздничную улыбку, от которой становилось тошно.       Девушка провела взглядом отъезжающие авто Сальваторе, в последний за сегодня раз, улыбнувшись, помахала рукой. А после тяжелый вздох срывается с ее губ, и она на секунду прикрывает глаза. Игра на сегодня окончена. Но это недолго. Ровно до тех пор, пока солнце завтрашнего дня не пробудит ее.       Кэролайн медленно шагала вдоль улицы, кидая взгляд на огромное здание их фирмы. Кажется, она даже узрела знакомый силуэт в одном из окон, отчего дольше обычного задержала на нем свой взгляд. А после спокойно продолжила свой путь, шагая по мокрому от дождя асфальту. — Мисс Форбс, — раздался грубый мужской голос, от чего девушка даже вздрогнула.       Кэролайн с опаской стала оглядываться по сторонам, ища источник звука. Она не нашла никого, пока ее взгляд не пал на проезжающую мимо машину. — Простите? — изумилась девушка, насупив брови. — Кэролайн, думаю, вам стоит присесть в машину, — продолжает все тот же мужчина, которого она видит впервые в жизни, что настораживает ее еще больше. — Не переживайте, я не причиню Вам вреда. Нам всего лишь нужно поговорить. — А мне вот так не кажется, — даже не взглянув в сторону говорящего, произносит блондинка, ускоряя свой шаг. — Меня зовут Марсель Жерар, — выдает тот, а после делает паузу, ожидая реакции своей собеседницы.       И он ее получил. Невольно Форбс останавливает свой шаг, переводя взор голубых глаз на него. Отчасти ей было интересно взглянуть на этого человека. В ее взгляде мигом отразилось все презрение, что вызвало улыбку на лице мулата. — И все же это мало меняет сути. Мне не о чем с вами разговаривать. — Я на вашем месте не был бы так уверен, Кэролайн. — Вы пытаетесь мне угрожать? — Нет. Но все зависит от Вас, — с тем же холодом и надменностью произносит каждое слово Марсель. После чего дверь автомобиля открывается. — Кэролайн, нам есть, что обсудить, поверьте мне.       И она поддается на это. Девушка, в очередной раз, кидая взгляд в то самое окно, где ранее узрела силуэт. А после, садиться в машину, а той уже через пару минут пропадает и след.