Два мира

Чтобы Дискорд не узнал о раненной незнакомке, Флати решила спрятать её в своей комнате. Говорить Королю о ней она пока не решалась, просто потому что не знала его реакции. Ведь она не исключала, что он может просто выгнать бедняшку, даже не смотря на её жалкий вид. Флати хоть и знала на что идёт, но бросить девочку она не могла. Она бы себя за это никогда не простила. А потому, если Дискорд узнает о ней, розоволосая до последнего будет уговаривать мужчину оставить девочку. Хоть комната Флати и не была самым надёжным местом, и Дискорд мог явиться в неё неожиданно, но в горничных комнатах для неё просто бы не нашлось места. Они осторожно положили бедняшку на кровать Флати и даже не пугались того, что её постель будет испачкана. -Тихо-тихо-тихо, — приговоривала Рарити, когда они укладывали неизвестную на кровать. -Что дальше? — спросила погрустневшая и какая-то напуганная Пинки. -Нужно снять с нее этот ужас, — Рарити даже не называла это одеждой, потому что таковой её назвать действительно было трудно. Её «одежда» висела на ней, как обычные тряпки, которые просто прикрывали её маленькое тело, — И обязательно помоем её. -А рана? — спросила Пинки, указывая взглядом на большое красное пятно на плече девчушки. Рарити призадумалась. А Флати и вовсе начала покусывать свои пухлые губы. Позвать лекаря они никак не могли: Дискорд узнает о девочке, ведь королевские лекари обязаны докладывать ему обо всем. Что же тогда делать? -Я, возможно, смогу осмотреть её рану. Думаю, я смогу что-то сделать с ней, -неуверенно прозвучала Флати. Но она единственная из подруг хоть на грамм, но смыслила в медецине. -Но сначала нужно очень быстро пронести её в ванну. И заодно убедиться, что там никого нет. Раненая девушка точно не оставит без внимания кого-либо. А сплетни нам не нужны, — довольно строго высказалась Рарити, -Я пойду на разведку. А вы постарайтесь аккуратно дотащить её. Девушки кивнули головой в знак согласия. Рарити осторожно подошла к двери и открыв её была немного сконфужена. Перед комнатой Флати стоял Спайк и судя по его приподнятой руке, он только что хотел постучать. Спайк был немного удивлён. -Господин Спайк, — испуганно произнесла Рарити, — Простите, что помешала Вам постучать, — она опустила глаза в пол и быстро закрыла за собой дверь, надеясь на то, что он ничего не успел увидеть. -Не стоит за это извиняться, — спокойно ответил он, по-доброму смотря на Рарити, -Знаешь, думаю пора уже сказать Королю нанимать других горничных, — весело произнёс он. Рарити испуганно смотрела в пол. Хоть она и пыталась оставить свое лицо спокойным, глаза всё же выдавали её. -Нет-нет, я не про тебя, Рарити, — поняв, что сказал довольно двусмысленно, Спайк замахал руками, -Просто горничные, убиравшие недавно мою комнату, ужасно справляются со своей работой. И я тут понял, что кроме тебя, так хорошо, никто никогда не убирется. Рарити сделала на лице недоумение. -Тоесть, ох, — вздохнул он, увидев непонимание девушки, — Я имел в виду, что ты прекрасно справляешься со своей обязанностью, что ты очень аккуратная и я хотел бы, чтобы только ты убирала мою комнату Рарити на секунду показалось, что Спайк раскраснелся, как маленький мальчик. И ей не показалось: лёгкий румянец действительно выдал смущение парня. Рарити с понимаем относилась к Спайку. Она прекрасно видела его чувства к ней. Но она никогда не задумывалась о том что чувствует к нему. Практически на всех балах он смотрит лишь на неё и даже уходя с какой-нибудь очередной девкой танцевать, он смотрит на Рарити с какой-то надеждой в глазах, можно даже сказать, что ждёт её ответного взгляда. Но Рарити даже не поглядывает в его сторону, а лишь болтает со своей подругой-хохотушкой. И всякий раз, когда он начинает разочаровываться в своих чувствах, в себе, ведь только её Спайк и желает, но почему-то жизнь построила все так, что желаемого Спайк получить не может, но зато любая девица благородных кровей всегда готова раздвинуть перед ним ножки, но это ему и не нужно; он сразу начинает вспоминать: её аристократическую бледность, он был уверен, что её кожа была мягче шёлка, хоть и касался лишь однажды её руки; её красивое лицо, что было лучше всех лиц этих самых ненужных ему благородных девиц, красивые длинные пальцы, с аккуратными, не слишком длинными ногтями, её длинную бледную шею, которую он до безумия  хотел бы расцеловать, её блестящие, ухоженные и никогда не растрепанные волосы он был готов гладить вечно, а её тело Спайк любил больше её самой. Он был уверен, что она лучше и совсем ничем не отстает от любой дворянки. И ей бы даже больше подошла эта роль, с её то утонченной натурой. И как бы он не старался отвлечься, у него не получалось забыть её образ, он будто мерещится ему везде, как приведение. И как сильно он разочаровывается в жизни, когда проходя мимо неё, он не может взять её за руку, прижать к себе и крепко-крепко обнять. Иногда в голову парня закрадывалась мысль о том, что он настолько любит её, что даже и не думает об интимной близости с ней, нежели с любой другой дамой. Для него уже огромное удовольствие, что он стоит и может смотреть на неё. Спайк очень робко попросил Рарити исправить ошибки непутывых горничных и она не смогла отказать. Флати и Пинки приподняли девочку и решили как можно скорее дотащить её до ванны. Всего разговора они не слышали, но уже поняли, что Рарити не сможет пойти на разведку. *** Дотащив бедную девочку до ванной, к счастью, без приключений, девушки принялись аккуратно снимать с неё одежду. Пока они раздевали незнакомку, Флати попутно рассматривала её тело для выявления ещё какой-нибудь раны или гематомы. Осмотрев девушку, Флаттершай сделала вывод, что самой серьёзной из всех повреждений является рана, которую сейчас необходимо обработать. Она была не глубокой, судя по всему, это был просто порез, но довольно большой. Они осторожно посадили девушку в ванну. -А теперь самое тяжёлое, — вздохнула Пинки и указала пальцем на большую бочку с ещё тёплой водой. Флати устало вздохнула, но не остановилась. Взявшись за края бочки, девушки осторожно тянули её к ванне. Самым тяжёлым было наклонить её и сделать это осторожно. -Как бы здесь сейчас пригодилась магия Рарити, — надрывистым голосом сказала Пинки. Напрягая всё свое тело, девушки постарались аккуратно залить ванну водой. Залив воды примерно чуть ниже плеча девочки, они наконец выдохнули и вытерли со своих лбов капельки пота. -Теперь нам нужна мочалка, -проговорила Флати. Пинки лишь кивнула и ринулась искать на полках мочалку. Флати пока присела рядом с ванной, обдокотившись руками об бортик. Она рассматривала рану девушки: кровь начинала засыхать, но её обязательно нужно обработать чем-нибудь, только бы заразу не занести. Флати очень жалобно смотрела на девушку и ей даже показалось, что она сейчас расплачется. А она ведь даже имени её не знает и не знает что и как с ней случилось. -Я обещаю позаботиться о тебе, — шепнула Флати, стараясь сдержать слезы. Флаттершай случайно коснулась воды пальцами и ровно от того места, куда она коснулась, начал распространяться какой-то зелёный свет. Он распространился на всю воду.Флати испугалась и отскочила от ванны. Пинки, услышавшая странный звук побежала к розоволосой. -Флаттершай, что, что такое? — растерянно спросила кудрявая подругу. Флати дрожащей рукой указала Пинки на ванну. Кудрявая недоумевая посмотрела на свою подругу  и подошла к ванне. Взгляд Пай изменился на удивлённый. Свет постепенно пропадал, но не это смутило горничную. -Ты что-то сделала? — повернув голову в сторону подруги, просила Пинки. Флаттершай покачала головой. -Флаттершай, смотри! — крикнула Пай, -Ее рана...она...она исчезла, — на радостях Пай начала запинаться. Флаттершай встала с пола и сделала пару не уверенных шагов к ванне. Её глаза тут же округлились от удивления. Раны действительно не было. Она исчезла, не оставив и шрама. У Флати заболела голова. Она и понять не могла, как такое могло произойти. -Это ведь ты сделала, Флаттершай? — продолжала Пинки. -Я не...не могла, — тихо проговорила Флати, — Я ведь своей магией, — она сделала небольшую паузу, опустила голову вниз, — разрушать могу. -Нет, Флаттершай. Смотри же, — продолжала кудрявая и подойдя к розоволосой приобняла её за плечи, — Я уверена, что это была ты. Ты не разрушаешь, Флаттершай. Ты лечишь! — вдруг улыбнулась Пай. И эта улыбка так приободрила Флати, что она и забыла о том что говорила ранее. Может от неё всё-таки будет польза? Девушки услышали какое-то кряхтение. И одновременно устремив свой взгляд в ванну, они заметили, как незнакомка потихоньку начала приходить в себя. Она потихоньку начала шевелиться: двигала головой и с большим усилием старалась открыть глаза. Флати не хотела пугать девочку, поэтому старалась держать расстояние хотя бы в 3-4 шага. Но Пинки никогда не думала, что её весёлая и бодрая натура может кого-то напугать, а потому, заметив, что девушка приходит в сознание, она почти тут же хотела ринуться к ней. Но Флати чудом успела остановить резвую подружку. -Пинки, ты ведь напугаешь её. Нужно дать ей привыкнуть к нам, — добро смотря на Пинки, прошептала Флати. Помимо доброты в её взгляде читалось волнение. И ведь так сразу не сказать из-за чего. Может из-за Дискорда? Ведь узнав о посторонней, он вряд ли проявит милосердие, как Флаттершай. Или из-за своей способности? Ведь пока Флати не сможет полностью контролировать магию, девушка представляет опасность для других. Или из-за состояния незнакомки? Вдруг Флати навредила ей, а не вылечила? А может всё сразу? Мозг девушки просто кипел, ведь столько мыслей, не совсем позитивных, кружились в её голове. Пока Флати пыталась собрать все мысли в кучку, незнакомка вскрикнула и, закрыв руками свое тело, вжалась в деревянный бортик ванной. Она испугалась, хотя девушки ничего и не сделали, но видимо сработал эффект неожиданности. -Не стоит нас бояться! Мы друзья! — кричала радостно Пинки, широко улыбаясь девочке. Она опять хотела кинуться к бедняжке, но её снова остановила Флати. -Ещё рано, Пинки, рано, — шептала она. Флати пока не знала что делать, возможно, девочка уже им не доверяет. Да и с чего бы ей доверять, она ведь видит их впервые, -Знаю, возможно, это прозвучит глупо… Ведь мы только-только увиделись, — Флати пыталась мило улыбаться, но её взгляд выдавал волнение, — Я просто хотела сказать… — Флати думала, что ей сказать, она буквально сочинял на ходу, — Мы не враги тебе, — Флати решила подойти поближе к девочке, но та лишь сильнее сжалась и розоволосая остановилась. Флати пыталась сконцентрироваться, пыталась думать о том, как завоевать доверие девочки, но почему ни одной хорошей идеи не приходило? Флати начала разглядывать незнакомку: её серые большие испуганные глазки разглядывали комнату, бледное худое тело дрожало, но не от холода, ведь вода в ванной всё ещё была тёплой, а от страха. Длинные светлые волосы девочки прилипли к телу и закрывали её маленькую грудь и тонкую шею. Для начала нужно бы дать ей полотенце, а не держать в воде. А то заболеет ведь, — думала розоволосая, задумчивым взглядом смотря на полки, где лежит небольшая стопка чистых белых полотенец. Чтобы не испугать девочку, Флати осторожно подошла к полке и взяла оттуда небольшую ткань, которая и являлась полотенцем. Пинки в это время просто молча наблюдала за этой картиной. Она прекрасно понимала, что сейчас её помощи не требуется, поэтому мешать подруге не собиралась. -Держи, — довольно дружелюбно прозвучало из уст Флати, когда она не подходя слишком близко к незнакомке, немного нагнулась и протянула девочке небольшую белую ткань. Розоволосая чуть прикрыла свои бирюзовые глаза и мило улыбнулась, чтобы не нагнетать обстановку. Хоть и с большой опаской, но дрожащими руками она всё-таки взяла полотенце из рук девушки. Быстро шмыгнув из ванной, при этом расплескав немного воды на пол, она завернулась в него, потихоньку отходя в дальний угол комнаты. Первый шаг к доверию был сделан. Нужно лишь успокоить её и тогда она сможет понять, что они действительно ей не враги. -Меня зовут Флаттершай, — кладя руку на сердце, сказала розоволосая, при этом  наблюдая за отдаляющейся фигурой в полотенце, -А это моя подруга Пинки, — указывая свободной рукой на кудрявую, произнесла Флати. -А твоё имя? — спросила Пинки, устремив вопросительный взгляд в дальний угол комнаты. -Ма...Мари, — охрипшим голосом ответила девочка. -Мы не навредим тебе, Мари, — ответила Флати уверенно посмотрев на неё. Флати решила подойти ближе, игнорируя усиливающююся дрожь тела девочки. Когда расстояние между ними составляло буквально 1-2 шага, розоволосая протянула руку. Мари ещё больше съежилась и вжалась в угол. Флати сделала большую ставку: либо сейчас девочка полностью довериться им, либо так и продолжит прятаться по углам. Сердце Флати бешено прыгало в груди, она сама прекрасно понимала рискованность такой выходки. Ведь девочка напугана и явно не побежит к ней в объятия. Может прошла минута, а может чуть больше. Мари открыла глаза и внимательно смотрела в глаза Флати, не делая никаких движений. Ожидание хоть какого-то действия от девочки очень давило на разболевшуюся голову розоволосой. Виски пульсировали,  сердце отбивало бешеный ритм, ноги становились ватными. Всматриваясь в серые глаза девочки, девушка увидела столько боли, столько обид, сколько, наверное, никогда нельзя будет передать словами. Ожидание становилось невыносимым. И они всё ждут и ждут… Мари протянула худую дрожащую руку  девушке, не отрывая своего напуганного взгляда от её добрых бирюзовых глаз. Флати не сжимала её руку, одного прикосновения сейчас было достаточно. Почувствовав тепло ладоней Флати, Мари уже безо всякого страха коснулась всей ладонью ладони розоволосой. Флаттершай мило улыбнулась, уже сжав, хоть и не полноценно, руку девочки. Она осторожно вывела её из угла и потихоньку вела к маленькому деревянному стульчику, который находился около ванны. -Тебе холодно? — начала спрашивать Флати, усаживая девочку на стульчик. Но та лишь отрицательно мотала головой. -Может ты голодна? — вдруг зашевелилась Пинки Девочка вновь помотала головой. Но вдруг послышалось урчание чьего то живота. Увы, но свою ложь Мари не смогла скрыть. Живот её предательски выдал. А она только и смогла, что сжаться на стульчике, прикрыв покрасневшие щеки полотенцем. -Всё хорошо, Мари. Мы правда тебе не враги. Мы хотим помочь тебе., -начала разъяснять Флати -Поэтому мы сейчас же покормим тебя, — перебив Флаттершай, Пай хлопнула в ладоши. ***** Дела у девочек шли куда успешнее дел Рарити. К Спайку, кхм, к господину Спайку Рарити питала довольно тёплые чувства, можно даже сказать, что ей нравилось наблюдать за его реакцией. Он не бесил её, не навязывался, потому его чувства к ней не вызывали в ней раздражительность. Рарити уже давно знает о его чувствах. Он сам ей в этом признался. Правда, дело было не на трезвую голову, потому Спайк этого не помнит. А вот тогда трезвая горничная прекрасно помнит парня, именно парня. Пред ней был тогда не какой-то высокопоставленный в обществе человек, не советник Короля самого большого государства в мире, а простой парень с очень красным, то ли от вина, то ли от стыда, а возможно и от всего вместе, лицом. Помимо ужасного запаха алкоголя от него пахло чем-то вкусным, чем-то нежным, вроде каких-то пряностей. Рарити тогда ничего ему не ответила, она боялась, что их увидят вместе и возможно потом наплетут сплетен, которые ей уж точно не нужны. Она отвела пьяного советника до кровати и, не раздевая, уложила в кровать. Девушка не могла уснуть всю ночь. Но не столько от признания, сколько от последствий к которым оно может привести. Ей сейчас не хотелось вспешке решать любит ли она его или как уберечь себя от предложения руки и сердца. Да и Рарити очень боялась, как бы этот вечер не вылился в утренний неловкий разговор. К её облегчению и счастью, всё, что она выдумала себе в ту бессонную ночь, не сбылось. Спайк просто забыл обо всем. Это было на руку всем. Ему  не приходится краснеть перед ней, всякий раз когда она проходит мимо него, а ей стыдливо прятать свой взгляд куда-то в пол. И каждая их встреча даёт понять Рарити, что может она его и не любит, но равнодушия к нему уж точно никогда больше не испытает. Пока Рарити исправляла косяки горничных, которые явно сделали их не намеренно, Спайк стоял у окна и просто смотрел куда-то вдаль. Он нервно прикусывал губу и что-то делал с пальцами. Рарити, наблюдавшая за ним время от времени не понимала от неё ли такая реакция? Но Спайк скорее выглядел так, будто решался на что-то, будто мысленно уговаривал себя. Наконец заправив постель, Рарити хотела приступить к другим делам, но её остановил Спайк, который резко взял девушку за руку и потянул на себя, прижимая ладонь горничной к своей груди. -Я больше не могу, Рарити. Больше не могу так. — вдруг воскликнул Спайк, страстно смотря на предмет своего обожания, — Я уверен, ты уже догадалась о чем я. Да Боже, я думаю весь замок об этом догадался, — вдруг усмехнулся он и на его лице появилась довольно нервная улыбка, — Только вот я никак… Никак не догадаюсь. Что… Что мне делать, — Спайк немного запинался, но говорил уверенно. -Не нужно, — спокойно перебила его Рарити, стараясь вырвать свою руку из его оков. -Нужно… Я не могу жить без этого. Прости меня, я знаю, сейчас не тот момент, чтобы говорить такие вещи. Я знаю, что выгляжу нелепо… Но прошу… Послушай -Пожалуйста, не надо, — её голос начал дрожать. Ему не нужно совершать эту ошибку. -Я тоже волнуюсь, Рарити. Но всё будет хорошо. Ты должна это услышать! Слышишь? Должна. Я ведь сжираю себя изнутри из-за этого, — его восклицание делало взгляд Рарити испуганным. Она чувствовала себя загнанной в угол. Она ведь так боялась, так остерегалась этого… — Я… Люблю… Тебя, — он специально делал паузы, выделяя каждое слово, — Давно люблю. И сильно. Знаю, я паршивый романтик и вряд ли смогу тебе сейчас описать как ты мне дорога. Я просто хочу услышать от тебя это. Ведь… Ведь я точно… Точно не безразличен тебе. Я просто не могу сидеть в твоём равнодушии. Я знаю это. -Не нужно было, — Рарити резко вырвала свою руку и устремила полные слез глаза в пол, -Мне не нужно было этого слышать. Всё должно было быть, как раньше. Зачем всё было портить? — уже не скрывая того, что она плачет, отвечала Рарити. Глаза Спайка округлились. Он недоумевал. Почему его слова приносят столько боли? Неужели он такой плохой, а потому слышать такое от него хуже всяких оскорблений? Почему она плачет от этого? Рарити мигом выбежала из комнаты, оставляя Спайка одного с его мыслями, которые пожирают его сердце.