Однажды в Нетландии

- Нам нужно поговорить. Наедине! - сквозь зубы процедила Эмма, увлекая Киллиана за собой в джунгли. И этот тон не сулил ничего хорошего. Мэри-Маргарет мысленно молилась, чтобы Крюк все же вернулся из джунглей. Дэвиду, безусловно, не хотелось оставлять свою дочь наедине с пиратом, но судя по выражено лица Эммы, Крюк явно останется еще без одной руки. Довольно усмехнувшись, представляя себе эту картину, он вернулся к своим делам. Киллиан был явно обеспокоен тоном Эммы, поэтому решил разрядить обстановку. - Не злись, лапочка. Я же не знал, что Динь окажется той еще сучкой и не захочет нам помогать. Похоже те года, что она провела здесь после моего отбытия, не пошли ей на пользу. И все же, я же хотел как луч.... Эмма не дала ему договорить, заткнув рот поцелуем. На самом деле ей было плевать, что фея отказала им в помощи. Главная причина была в другом: Эмма жутко приревновала Крюка к этой надменной выскочке, строившей глазки ЕЕ Киллиану. А эти ее фразочки про "приятное времяпрепровождение" и "очень близкое знакомство" просто вывели ее из себя. Она еще ей покажет, кому на самом деле принадлежит Крюк. - Я, безусловно, рад такому ходу событий, но все же осмелюсь спросить..В чем причина столь разительных изменений? - недоумевал Крюк. - Ты меня хочешь? - проигнорировала вопрос Эмма - Что? - Ты. Хочешь. Меня? - Да - он сдавленно выдохнул - Тогда считай, что тебе повезло - она вновь принялась целовать его, попутно стягивая с себя одежду. Крюк, не долго думая, последовал ее примеру. -Воу, нет, парень. Я не готова к еще одному ребенку, а презерватива у меня, конечно же, нет. Поэтому сегодня ты доставляешь удовольствие только мне. - Как скажешь, любимая - эта идея его ничуть не смутила. Наоборот, мысль о том, что он будет ласкать и доставлять удовольствие Эмме Свон, возбуждала его еще больше. Стянув с нее майку и лифчик, он принялся ласкать ее соски. Один он жадно покусывал и лизал языком, другой тянул и сжимал рукой. Послышались первые стоны."Кажется я двигаюсь в правильном направлении".Мелькнувшая мысль тут же улетучилась, оставляя место животным инстинктам и дикому желанию. Рука спустилась ниже, ловко расправившись с застежкой джинсов. Подцепив их вместе с трусиками, он сдернул их до самого конца. Свон тут же переступила их и отшвырнула в сторону, как ненужную тряпку. Усадив Эмму на упавшее бревно, так удачно оказавшееся здесь, он заставил ее откинуться назад, оперевшись руками о ствол. Затем обеими руками раздвинул ноги и принялся любоваться самым потаенным и столь желанным местечком Спасительницы. - И долго ты будешь глазеть? Или все же приступишь к делу? - съязвила Эмма. Никак не отреагировав на ее колкость, он обхватил руками ее бедра, чтобы она не смогла их свести, и с неистовым желанием припал губами к ее клитору, лаская и дразня. Эмма и не думала вырываться. Для пущего удовольствия она запустила одну руку в его волосы и еще теснее прижала к себе. Боже, что он вытворял языком! Вырисовывал невидимые узоры, покусывал и сжимал клитор зубами, заставляя Эмму громко кричать и выгибаться навстречу от жгучего удовольствия. Она тысячу раз поблагодарила себя за то, что увела Крюка довольно таки далеко от поляны. И молча молилась, чтобы ее крики не долетели до родных, заставляя тут же примчаться на зов. А тем временем Киллиан действовал все настойчивее. Он буквально рычал от удовольствия, ведь стоны Свон заводили его куда больше, чем секс с любой другой женщиной. Для более острых ощущений, он стал ласкать себя через ткань штанов. Эмма, почувствовав, что разрядка близко, стала умолять Киллиана не останавливаться. И в тот момент, когда ее тело запульсировало в блаженной судороге, Киллиан кончил вместе с ней. - Черт возьми. Это было...- уже во второй раз он не мог подобрать слова - Одноразово - с усмешкой повторила Эмма - Я очень надеюсь, что это "одноразово" повторится еще раз - наконец нашелся что ответить Киллиан - Когда вернемся в лагерь - никому ни слова. И ради Бога, убери эту ухмылку с лица. Никто не должен знать о нас. Поэтому сделай вид, что тебе крупно досталось. - Как пожелаешь - Киллиан склонился в шуточном поклоне и побрел за Эммой обратно к лагерю, принимая самое грустное выражение лица, на которое он был способен. Но в душе он ликовал. Это была его первая большая победа. Но расслабляться не стоит. Он выиграл одно сражение. Теперь же ему предстояло выиграть войну, приз в которой сердце и тело Эммы Свон. И он точно не собирается упускать этот шанс.