Я хочу уйти красиво...

Сейчас 21 июня и это значит, что это четвёртая годовщина моего проживания в Лондоне. А ещё это значит, что пришло время генеральной уборки в моих вещах... Это уже какой-то своеобразной традицией стало. Режим "Капрала Леви" включен! - Итак, что тут у нас? - раскрыв дверцы деревянного шкафа, я, в первую очередь, увидела одежду, которая была в порядке. Всё было выстирано, выглажено и развешано по местам и нужным полочкам. Даже придраться не к чему. С обувью обстояли дела также. Какая же я молодец, минус одна проблема. Всё ещё разок проверив и скинув невидимые пылинки с полок, я с чистой совестью перешла к столу. А вот тут ад кромешный. Во-первых, я перебрала всё ручки, карандаши и, в общем, канцелярию, что была, на пригодность. Выкинула половину. Во-вторых, я вымыла эти чёртовы ящики мокрой тряпкой, а потом протёрла их насухо, потому что за год там пол горсти пыли и соринок собралось. В-третьих и самое сложное, надо было перебрать весь свой блокнот. За весь год там обычно 2/3 части листов не нужна или использовано под черновик. Нет, я, конечно, меняю листы, но частенько мне что-то выкидывать жалко и это потом мешает использовать блокнот, так как он оказывается переполненным и листы отказываются переворачиваться. В конечном счёте, я выбрала целую стопку листочков высотой так 10 см в утрамбованом виде. И это с учётом ещё "несколько" стопок таких листиков, которые я нашла во втором ящике, специально отведённый под бумагу. Они, так для справочки, лежали в вертикальным способом широкой стороной ко мне. Теперь вы понимаете, сколько у меня лишней макулатуры набирается за год. Пункт третий. Под кроватью мой чемодан и его надо почистить и внутри и снаружи. А то неизвестно ещё какая там нечисть заведётся, нам и своей хватает в поместье. Мне так ещё и в жизни. Отскрябывать его от грязи и проверять все потаенные уголки оказалось непросто, но и с этим справились. Ту же участь постигла и рюкзака. Хвала всем богам, что я знаю, он маленький. После того, как я всё вытрясла, я вернула швабру и тряпки слугам, а к Себастьяну так ещё и с подарочком пришла в виде моей стопочки макулатуры. - Себастьян, - я отпустила перевязанной верёвочкой стопку и та с небольшим хлопком упала на стол. - держи, это можно использовать для разжигание печки и каминов. - И с чего это такая щедрость? - спросил меня дворецкий, изогнув бровь. Наверняка думает, откуда у меня столько бумаги. - А у меня генеральная уборка. - я протёрла лоб, на котором было парочка капелек пота. Я на эту "традицию" убила полдня и чутка подустала. - Проводится каждый год в этот день, когда я выкидываю всё ненужное из своих вещей. В основе всего скопления мусора стол, так что держи. - я подтолкнула стопку бумаг к дворецкому и та немного проехала к мужчине. - Что такого в этой дате? - он ещё не понял, но я, оттряхивая ручки, уже направлялась к двери. - Я уже четыре года, как в Англии живу! - крикнула я ему на ходу, идя по коридору. Мне ещё Финни надо помочь в саду, а то опять из сада в пустыню превратит. Так что надо поторопиться. Это ещё не все традиции на сегодняшний день. "Вечером. Автор." Мейлин как раз зашла на кухню за сервизом. А в это время Бард как раз пытался разжечь печь, но чёртовы двора наотрез отказывались загораться и бедный повар ничего с этим не мог поделать. - Чёрт! - тихо выругался мужчина с сигаретой во рту. Можно, конечно, было использовать её для розжига, но она последняя из пачки, а пачка тоже, как назло осталась единственной. Так что лучше он её сам докурит, а не использует для печки. - Бард, не ругайся! Это некрасиво. - сделала замечание малиноволосая, думая какой сервиз сегодня лучше подать. - Да, да, помню. - пробурчал светловолосый, всё ещё копаясь в печке. Тут на глаза попались стопка бумаги, перевязанных верёвочкой, в уголке. Листки были исписаны исписаны каким-то почерком. На одних листках буквы то скакали, то были ровными и красивыми. На третьих так вообще была такая мазня, что ничегошеньки не разобрать. Четвёртые были просто изрисованы какими-то лицами с подписями. – А это ещё что? – повар начал перебирать пока неизвестную ему макулатуру. - Господин Себастьян сказал, что это бумага для розжига. – горничная тоже подошла, рассматривая находку мужчины. И что там такого он нашёл? - Что-то почерк знакомый… - задумался Бардой. Он точно видел где-то такой почерк, да и не раз. Вот только где… Перебирая листы, он заметил кое-что интересненькое. - Эй, Мей, смотри! – в руках повар держал лист с изображением портрета горничной по плечи в профиль и спереди. Картинок было несколько и повторялись. Три из них было не разглядеть от изобилия зачёркиваний карандашом, а две были целыми. - Ого… - только и выдохнула. Нарисовано, конечно, немного грязно, но… Её ещё никогда не изображали на портретах. Даже таких маленьких. – Интересно, кто чьё же всё-таки это? – она взяла в руки листик и задумалась. Перебирая в голове разные варианты, кто мог это сюда принести. - Ребят, вы что делаете? – сзади послышался женский голос. Парочка обернулась и увидела Веру, которая принесла чистые скатерть для Мейлин, она должна была их сменить в столовой. – Вы зачем в мою макулатуру полезли? У вас же работы полно. Шишек от Себастьяна давно не получали? - Так это ваше?! – ребята были в шоке. А Барда осенило, чей всё-таки это был почерк. - Эм… Ну да. – девушка замялась. Вера не ожидала такой реакции от обыкновенной стопки ненужных бумаг. – Сегодня у меня генеральная уборка была в вещах, а вот это всё накопилось за год. – она указала кивком головы на стопку – Вот и попросила Себастьяна впустить её в ход. Зачем добру зря пропадать? - девушка махнула плечами, сложив руки на груди. Вере было самой жалко выкидывать такую кучу бумаги. Лучше пусть она послужит для дела, а не засоряет планету. - А что тут такого? - Да мы тут, похоже, ваши рисунки нашли. - Мейлин передала лист бумаги, который держала, пока повар объяснял ситуацию почёсывая свою макушку. Пару минут смотря на лист бумаги, вспоминая когда она это рисовала, девушка всё-таки вспомнила, какого года работа. - Ёлки-палки... - девушка вздохнула и начала хихикать. Это же надо отыскать в груде хлама листик прошлогодней давности. - Ребят, вы даже не представляете в какие дебри памяти сейчас меня загнали. Я этот рисунок нарисовала, наверно, когда Мейлин на работу принимали. Он у меня просто в блокноте хранился несколько лет и, как я считаю, пришло ему время отправиться на пенсию. - К-когда меня принимали на работу? - горничная была немного в шоке. Это же сколько этому рисунку лет получается... - Ага. - а вот Вера была само спокойствие. По крайней мере, в выражении лица, держала весёлую улыбку. - Надо же было тебе придумать наряд, когда ты только пришла. Вот и подбросила Нине пару идеек. Да и лишняя тренировка по рисованию мне не помешала бы никогда. - девушка начала что-то усердно вспоминать. - Знаешь, Мейлин, а ведь тебя было очень сложно найти. Ты была уж слишком прыткой. - Ч-что?... - у малиноволосой горничной глаза стали раза в два больше от такого заявления. - Говорю, тебя было очень сложно поймать. Ты постоянно куда-то перемещалась, пришлось все силы на это бросить, чтобы обнаружить твоё местонахождение. - начала вспоминать темноволосая те деньки. Пришлось писать целый доклад дворецкому с прилагаемой картой, чтобы снайпершу можно было поймать. А это было очень трудно сделать. Пришлось тогда посмотреть несколько киноплёнок и рассчитывать откуда можно дать удара. - С Бардом и Финни было куда проще. - Так вы нас нанимали с господином и Себастьяном вместе? - Бард просто стоял шокированным и стараясь вникать во всё это. - Как сказать... - Вера начала подбирать нужные слова для объяснения - Я просто дала ваши рекомендации, - она подняла ладони - но принимал решения всё-таки Фантомхайв, а Себастьян вас приводил в поместье. Вот и всё. Так что, пожалуйста, не считайте меня своим героем, который привёл вас сюда. Я сделала для вас мало, чтобы вы сюда попали. - достав часы из под рубашки, девушка глянула на часы. - Быстро за работу! А то Себастьян вам тумаков надаст! - разбежавшись кто куда все начали выполнять свою работу. "Ночь. Вера." Я сижу на берегу озера и тупо смотрю на часы, отсчитывая каждую минуту. Я каждый год теперь стала сюда прибегать и так сидеть. А если не было возможности, как во второй год, то сидела перед окном. Короче, мне нужна в такой момент тишина. Я даже музыку не слушаю. Мне на такой момент тиканье часов самое громкое, что есть в округе. Вода как будто чувствовала моё настроение. Так что даже лёгкий ветерок не нарушал её идеально ровной зеркальной поверхности. Всё в округе стихло. Только стук часов отзывался у меня в часах, как бой курантов. - Наконец-то... - тихо пробурчала я себе под нос, захлопывая часы и залезая всей пятернёй в волосы. Спать хотелось неимоверно сильно, так что ещё немного и пойду обратно. - Этот чёртов день закончился. - для меня это было неимоверным облегчением. Как камень с души свалился. У меня к вечеру частенько такое настроение почему-то в этот или ближайшие к нему дни. Я сжала кулончик браслета в кулаке. - Так что такого в этом дне? - я даже не оборачивалась, итак знала кто за моей спиной стоит. Только Себастьян так тихо может ходить. - Я же говорила тебе, это день, когда я приехала в Англию. С этой даты я живу здесь. - терпеливо отвечаю я ему. Он наверняка уже понял, что ещё это дата обозначает. - То есть, это дата твоей смерти. - Это скорее было не вопрос или уточнение, а утверждение. Он уже давно догадался- это точно, поняла окончательно по этой фразе. Слышу, как он идёт ко мне, а потом его фрак на своей спине. Рюкзак стоял рядом со мной с боку, так что он не мешал. С этой вещью стало немного теплее. - Ага. - я коротко отвечаю, смотря глазами на дворецкого и завернувшись поплотнее во фрак. А потом моя головушка перемещается ему на плечо. Господи... Какой же он тёплый. - Ещё один год прошёл. - Уже четвёртый? - уточнил черноволосый. Я просто кивнула на это, чувствуя руку, которой прижимал меня к себе демон. - "А ведь мне просто нужен был герой..." - промелькнуло у меня в голове какая-то очень грустная мысль - "Но свой любимый демон лучше." - я посильнее прижалась к Себастьяну, прикрыв глаза. Наконец-то я успокоилась окончательно. Ни разу в этот день мне не было так легко.