Innocent

Оставшись наедине с новыми знакомыми, Даниэла заметила, как на нё устремились два взгляда. Вампир смотрел так, словно готов набросится на неё, а в глазах ведьмы она прочитала жалость. Не один из этих взглядов определенно не нравился блондинке, скорее всего, они сейчас начнут подговаривать её предать Паркера. Она сама мечтает воткнуть в его спину нож и вернуться в реальный мир без него, но она не может. Страх к нему за 18 лет стал таким сильным; он словно проник под кожу и течет по венам, смешиваясь с кровью. Так что, Даниэла была уверена в том, что она не предаст Кая, как бы не смотрели на неё эти двое. Ладно бы просто сбегать от него, а перейти на ту сторону, которая жаждет его смерти — совсем другое дело. — Ты же понимаешь, что такому чудовищу не место в реальном мире? — спросила Бонни, в то время, как Деймон начал копать. Сначала Сальваторе хотел возмутиться, почему этот придурок ему приказывает, что делать, но, однако, он понимал, что только он со своей вампирской силой может быстро выкопать яму над пещерой. Дана усмехнулась в ответ. — Понимаю. И что вы предлагаете? — конечно, она даже не думает соглашаться, но ей было интересно, что они могли предложить. — Когда он придет сюда, мы просто грохнем его, выберемся отсюда и разбежимся кто куда. — ответил Деймон, продолжая работать лопатой. — Интересно… — протянула Даниэла. Хотя на самом деле ей было весело. Её забавляло то, что они не знают о том, что в этом месте невозможно умереть, а значит их первоначальный план провальный. — Но есть одна загвоздка… — Какая? — Бонни с подозрением смотрела на собеседницу. — В этом месте нереально умереть. Если вы попытаетесь его убить, он будет мертв полчаса или час. Не больше. А когда он оживет, то будет зверски зол. — объяснила Дана. Интересно, после услышанного, эти двое захотят использовать свой план или нет? Она надеялась на второй вариант, хоть данный момент у неё были сомнения на этот счёт. Ведьма и вампир были настроены решительно. А значит что-то грядёт. Не попасть бы Паркеру под горячую руку. — Значит, ты нам не поможешь с Каем? — уточнила Беннет, а Деймон тем временем закончил копать. — Нет. Я даже расскажу ему о том, что вы задумали. — Дана сделала несколько шагов назад, увидев на себе взгляд Сальваторе. Ничего хорошего из себя он не представлял. Но она не врала ему и не хотела, чтобы из-за этих двоих, Кай наказал её. — Может быть, ты в него влюблена? Все таки 18 лет с ним рядом. Я видел, как такие, как ты, слабые и ничтожные, влюблялись в монстров. — Деймон подходил все ближе к девушке, смотря прямо в ее изумрудные глаза. Она видела в его голубых серьезность, то, что он не шутит. Несмотря на то, что цвет глаз у Паркера и Сальваторе одинаковый, взгляд был разным. Деймон смотрел рассудительно и спокойно, с лёгким нотками раздражительности. Видно, что это всё из-за её поведения. У Кая взгляд совсем другой. Он смотрит с насмешкой, даже с издёвкой, вне зависимости от своего настроения. — Нет, я могу повторить еще раз, нет. Это точно не с любовью связано, а страхом. Смотря на вас, я понимаю, что все мои попытки убежать от него и правда жалкие, как и ваш план. А знаете, почему я убегала? Он мучил меня физически и морально. Его Ад превратился в постепенно и в Мой. А за попытку бегства, он убивал меня. А теперь представьте, что он сделает со мной, если я вам помогу? — на её щеках уже появились две мокрые дорожки, которые она быстро стёрла ладонью. После её монолога образовалось неловкое молчание. Она не ожидала, что расскажет кому-то всё, что скрывалось в её душе столько лет. — И теперь, спустя столько лет, у тебя появился шанс избавиться от него, но ты не хочешь? — Беннет просто не понимала девушку. — В том и дело, это не шанс. Пока вы думаете, что опередили его на шаг — он опережает на целых пять… Кай уже давно знает, что вы хотите предать его, а оставляя меня здесь, проверяет меня на верность. — выдыхает Трэш… — Неужели, ты его так хорошо знаешь? — спросила ведьма, думая, если это так, то это можно использовать против него. — Он непредсказуем, но иногда некоторые его действия можно предсказать. — Даниэла корила себя за все эти откровения. — Обо мне говорите? — резко прозвучал голос сзади. Даниэла и Бонни вздрогнули от неожиданности, а Деймон просто обернулся на звук. Сальваторе так увлекся разговором, что не почувствовал его приближения. Дана кусала в кровь и так потрескавшиеся губы, думая о том, слышал ли он их разговор. Девушка неуверенно подняла на него взгляд. Как всегда в его глазах была знакомая усмешка. — И давно ты здесь? — спросил вампир, словно считывая мысли блондинки .Его тоже интересовало, что он же услышал. — Достаточно, чтобы понять, как вы подговаривали мою игрушку меня предать. И мне приятно, что моя милая Даниэла не пошла против меня. Паркер подошёл ближе и обнял девушку за талию одной рукой, хотя, скорее, он прижал её к себе, не давая никакой возможности отстраниться. По её телу, как всегда, пробежались мурашки от его прикосновений. Не успела она и слово вставить, как он заткнул ей рот поцелуем. И не каким-то там нежным и любящим поцелуем; Кай не способен на такое. Это дикое и пошлое проникновение в рот и очень демонстративный показ, что эта девушка принадлежит ему. Даниэла не спешила отвечать на поцелуй, поэтому недоведьмак второй рукой резко схватил её за запястье, сжав в руке. Тогда девушка чуть не заплакала от боли и начала отвечать, конечно, не так, как Паркер, неуверенно и дрожа. На шоу, которое устроил Паркер, оба зрителя реагировали по-разному. Бонни жалела девчонку, не представляя, что это чудовище сотворило с ней за эти 18 лет. Деймон смотрел на это всё с неким понимаем; он, скорее всего, такой же, как и Кай. Да, он сдерживает себя ради Елены, но если она его бросит, то, возможно, он будет даже хуже, чем Кай. Пока каждый из них задумался о своём, парочка еще целовалась, а Кай продолжал сжимать её руку. Когда боль стала просто невыносимой, Даниэла простонала сквозь поцелуй, случайно прикусив до крови его губу. Паркер отстранился, посмотрев на нее. — Прости… Просто ты сильно сжал руку. Мне стало больно… — девушка пыталась объяснить всё, её голос был похож на писк. И её уже совсем не волновало, что эта сцена происходит при свидетелях. Она просто не хотела, чтобы он её ударил, а если он смотрит так, значит у неё серьёзные проблемы. На её удивление он всё-таки отпустил запястье. — Оближи мою губу. — произнёс парень, с усмешкой посмотрев в её глаза, в которых была видна неуверенность. — Ну же, ты её прокусила, а теперь останови кровь. — рукой, которая до сих пор лежала на её талии, он сократил расстояние между ними. Даниэла не спешила выполнять приказ. Вглядываясь ледяные серо-голубые глаза, она надеялась, что он остынет. Но так же Трэш знала, как он этого не любит. Приподнявшись на носочки, она аккуратно провела кончиком языка по его губе, почувствовав металлический привкус. Девушка скривилась, но не от вкуса крови — к нему она давно привыкла, так как часто слизывала её со своих губ, — когда парень в очередной раз ударит её. — Молодец, хорошая девочка… — приторно-сладкий тон, рука с талии переместились на щёку, поглаживая девушку по щеке, тем самым вызывая мурашки. — Я уже возбудился, но закончим уже в реальном мире. Ладно, пойдёмте, а то опоздаем и придется ждать еще день, а я итак слишком долго ждал. — Кай подтолкнул девушку к пещере. Почти час каждый занимался своими делами. Бонни и Деймон о чём-то шептались, а Малакай при каждом удобном случае(когда ему хотелось) целовал Даниэлу. Она же не смогла отойти от Кая. И ей никак не верилось, что скоро она увидит людей, дождь и другую погоду, кроме той, в которой проживала эти 18 лет. — Вот и все.Можно начинать, в считанные секунды будет затмение. Одной рукой Паркер сжал ладонь Даниэлы, а второй резко запястье Бонни. Блондинка понимала, зачем он перехватил и руку Беннет. Он, наверняка, ожидал от неё и вампира какой-нибудь выходки. Наконец они встали в круг и взялись за руки; в руке Бонни держала анцендент, внутри которого была её кровь. Даниэла лишь затаила дыхание, она скоро будет в реальном мире. До чуда оставались считанные секунды, как вдруг Кай резко забирает прибор и толкает Беннет, забирая часть её силы с помощью телекинеза, после отталкивает Деймона. — Вы полетите следующим рейсом . — ухмыляясь, сказал Паркер, прежде чем растаял в свете как и Даниэла.