Луна на Небесах

      За выходными пришёл понедельник, потом вторник, среда. Уроки перед турниром шли в обычном режиме, то есть их посещение было полностью на совести самих учеников. Я старалась нагнать упущенную программу и ждала, пока на стенде вывесят результаты жеребьёвки.       Утром в четверг, после ставшей уже обязательной пробежки и легкой разминки, даже не заходя в столовую и на ходу жуя наспех сделанный сэндвич, направилась в главный корпус.       Сегодня.       Вопреки обыкновению, не смотря на ранний час, в холле толпилась куча народу. А ведь из всех учащихся участие в турнире примет меньше половины, но поглазеть на жеребьёвку и начать делать ставки охотно многим. Вон мелькают в толпе золотые макушки двойняшек Керч, которые уже открыли тотализатор и сейчас активно делают деньги.       Немного потолкавшись, протискиваюсь к доске. 128 участников. 64 пары в первом круге. Лимит на время полчаса и огороженное пространство арены-полигона. Одновременно будут проводить по десять схваток. Внимательно просматриваю списки, ища своё имя и отмечая знакомых.       Мукуро против слабо знакомого мне парня из компании Иерро.       Противников Кена, Чикусы и подрывника я не знаю.       Ямамото досталась девчонка третьекурсница, специализирующаяся на огнестреле, в частности на пистолетах-пулеметах.       Саваде достался ещё один из хранителей Иерро — Ураган. Первогодка против третьегодки, но это норма. Жеребьёвка совершенно случайна, так что не удивительно.       Сам Иерро против девчонки с первого года. Мира Руж. Не помню такую.       А вот и моё имя. Напротив — Ли Сон И. Судя по имени, кореец. Имя не вызывает у меня никаких ассоциаций. Ищу в толпе глазами Кэт, нахожу и чуть киваю, указывая на дверь. Керч прикрывает глаза и показывает раскрытую ладонь. Соглашаюсь, что подождать пять минут я вполне могу. — Сузуне. — У самых дверей меня перехватывает Мукуро, обнимая и вынуждая уткнуться носом ему в грудь. Собственник. Усмехаюсь про себя и чуть ёрзаю, намекая, что меня надо бы отпустить. — И кто у тебя? — спрашивает серьёзно, отстраняясь, но всё равно, держа одну руку у меня на талии. — Некто Ли Сон И, знаешь? — Чуть наклоняю голову на бок. Иллюзионист отрицательно качает головой, значит одна надежда на Кэт. А вот и она. — Давайте вы свой разврат учинять будете без свидетелей? — немного ворчливо говорит девушка и тянет меня за руку в сторону кабиринта, позади смеётся Мукуро, отпуская меня с подругой. Вот интересно, когда я так легко начала называть бесцеремонную Керч подругой? И не притворно, демонстрируя своё покровительство, а по-настоящему? — Сон И, верно? — спросила Кэт и, не дожидаясь моего подтверждения, начала выдавать информацию. — Второй курс, семнадцать лет, по национальности кореец, но уже восемь лет живет с семьей в Италии, вассалы Вонголы. Специализация — ближний бой. Использует парные саи. Пламя — Гроза. В прошлом году в турнире не участвовала, по силе среднячок, ничего особо выдающегося. Посещает лекции по робототехнике.       Благодарно киваю. Увы, но ничего конкретного. Теперь стоит выбрать, как действовать: я могу играть честно и выйти против него на полигоне и может быть даже победить, или я могу подсыпать ему что-нибудь в еду и стать победительницей по неявке противника. А ещё можно совместить. Дать ему что-то с отложенным эффектом, чтобы сработало уже во время поединка. — Кэт, ты знаешь, какая арена достанется мне и Сон И? — Одёрнула уже собиравшуюся уходить подругу. — Могу узнать, — кивнула она. — Буду благодарна.

***

      День прошёл в спешной попытке вытянуть из него лишнюю пару минут. Перед обедом ко мне подошла Керч и сунула в руки лист с более подробным расписанием. Кроме имен и времени там были также номера арен. Меня ждала арена номер 13. — Хочешь составить компанию? — спросила я у сидящего напротив Мукуро, отдавая ему лист. — Ку-фу-фу, можно, — согласился он, пробегая глазами по сетке и видимо ища своё имя. — Кен, Чикуса, вы тоже идёте. — Лист перешёл дальше и приятели кивнули, и уткнулись в расписание.       На «разведку» было решено отправиться после ужина. То, что сейчас называлось аренами, на самом деле было просторным полигоном, имитирующим небольшой город с домами, парками, магазинами и кафе. Даже макеты машин были. Весь город был разделен стенами из неразбиваемого пластика на равные квадраты, которые и будут аренами. По мере уменьшения количества участников, стены будут убираться, пока в конце для двух последних не останется целый город в качестве поля боя.       Пятой ареной был кусочек спального района. Огрызок жилого дома, пара магазинов и небольшая детская площадка. Я обошла место по кругу, запомнила где, что находится, куда можно спрятаться и откуда будет удобнее атаковать. Будь я снайпером, я бы выбрала для себя крышу жилого дома, будь снайпером Сон И, я бы ждала выстрела оттуда. Но мы оба были бойцами ближней дистанции, и потому единственным удобным для нас местом была детская площадка и кусок дороги. Мне была удобнее дорога, потому что там было где размахнуться, Сон И наверняка предпочтёт площадку.       Нужно подготовить несколько сюрпризов, например, бомбочек с сонным или слезоточивым газом. — Ку-фу-фу, закончила? — Мукуро с удобством устроился на выходе с полигона, задумчиво крутя в руках свой трезубец. — Да, место своеобразное, но можно попробовать. А у тебя что? — Подхожу ближе и встаю рядом, прикасаясь плечом к напряжённой руке. — Торговый центр и кусочек стоянки перед ним. — Трезубец растворился, (значит, это была иллюзия?) и Мукуро, освободившимися руками притянул меня к себе, разворачивая спиной и устраивая свой подбородок у меня на макушке. — Придёшь посмотреть? — У меня свой бой вообще-то! — говорю немного сварливым тоном, а сама смеюсь. Порой в поведении Мукуро проскальзывает что-то детское, эти мелкие капризы, страстная любовь к сладкому. — Тогда заканчивай его побыстрее и приходи. — Он не собирался сдаваться пока не выбьет моё обещание прийти. — А я потяну поединок, чтобы ты смогла посмотреть.       Вообще-то смотреть происходящее на аренах можно было через установленные везде камеры наблюдения, записи с которых выводились на многочисленные экраны, которые установят по всей школе, или же можно просто зайти на сайт школы и смотреть трансляцию оттуда. — Хорошо, — соглашаюсь и накрываю своими ладонями обхватившие меня за пояс руки.       Тепло. Так и хочется закрыть глаза и стоять так, и никуда не спешить. Забыть об убитом Винсенте, о тяжело больном Бертолдо, забыть о турнире и Саваде, который хочет ответов на вопросы, забыть о Девятом, который медленно умирает от своего любимого табака, забыть о Иемитсу, которому скоро хоронить жену.       Там в будущем Коломбина Медичи не убивала Саваду Нану. Даже больше. Она не давала ей умереть. Тормозила развитие болезни, но не давала её вылечить. Борящаяся за жизнь женщина была для Иемитсу куда большим наказанием, чем она же, но быстро погибшая.       В этот раз я не стану вмешиваться. Если Нане повезет, она победит свою болезнь, если нет… Что ж, я сумею использовать её смерть себе на пользу.       Медичи похожи на фокусников. Мы показываем вам красивых ассистенток, привлекаем внимание слухами и сплетнями, и пока вы ищите опасность в яркой обертке, мы просто коснёмся вас в толпе и пойдем дальше незамеченные, а вы так и не поймете, что яд уже в вашей крови.       С Ноно Вонголой было так же, он проверяет свою еду, как параноик заставляет пробовать все напитки, с подозрением относится к новым людям в окружении и раз в день перетряхивает свою комнату в поисках крохотного мешочка с ртутью.       И не находит.       А тем временем на личной плантации табака Вонголы, один из работников решил улучшить сигары, которые курит сам босс и дабавляет в них араматическое масло, которое заказывает вместе с отравой от насекомых. Масло совершенно безвредно. Само по себе.       Но кроме сигар Тимотео ещё и очень хочет жить подольше, и потому активно лечится и пьёт проверенные лекарства. Масло и лекарство, оказываясь в одном организме превращаются в медленный яд, разъедающий лёгкие. Легкая простуда для Девятого обратится в пневмонию, которую не смогут вылечить и лучшие медики Медичи. Возраст, что поделаешь. А простуду я ему обеспечу, нужно только дождаться зимы. — Чему ты улыбаешься, Сузуне? — шепнул Мукуро касаясь губами уха. — Секрет. — Чуть разворачиваюсь, чтобы видеть его лицо. — Кажется, я говорил, что от меня у тебя не должно быть секретов. — Напускная строгость и смех, настоящий мальчишеский смех, затаившийся за иероглифом в алом глазу. — А это женский секрет. — Улыбаюсь и тянусь за поцелуем. Я просто хочу урвать ещё немного его тепла. Того, которое только для меня, того, в котором никогда не получу отказ, потому что отдаю в замен не меньше. — Может хватит?! — недовольно воскликнул Кен, когда увидел нас, стоящих обнявшись и обменивающихся короткими поцелуями в перерывах между короткими фразами, за которыми было больше смысла, чем в некоторых речах.       Смех. Мой, Мукуро и совсем тихий Чикусы. Недовольное ворчание Кена.       Тепло. Как же тепло.