Сборник колдографий о поколении next

— Молодой человек, если вы сейчас же не назовете пароль, то я буду вынуждена принять меры... — Милая, милая Розита, — послышался из-за угла ласковый, успокаивающий голос, — не надо никого звать. Я сама со всем разберусь. — Роза, ну неужели! — с облегчением воскликнула Полная Дама и перестала так усиленно махать веером: буквально мгновение назад казалось, что гриффиндорский страж хочет сдуть назойливого когтевранца обратно к нему в башню. — Этот юноша уже час пытается пробиться в гостиную, чтобы засунуть мистеру Томасу его "Молнию" в за… — Да, я поняла, — тут же перебила Уизли, хватая нерадивого мстителя, который от такого резкого движения чуть не расплескал содержимое бутылки, под руку и уводя подальше от любопытных глаз портрета. — А теперь быстрее говори, в чем провинился мой однокурсник. Нас не должны видеть вместе. — Боишься, что ревновать начнет? — пьяно ухмыльнулся Скорпиус, когда девушка практически прислонила его, а заодно и себя к стене для большей устойчивости. — Ой, простите, в его голове даже такой мысли не промелькнет, ведь мы с тобой враги до скончания времен. — Мерлиновы кальсоны, что ты вообще несешь? — опешила гриффиндорка, упустив при этом момент, когда парень начал вновь усиленно вливать в себя огневиски. И где он его вообще достал? — Правду и только правду, душа моя, — не унимался Малфой, — ты так громко за него болела на сегодняшнем матче, так расстраивалась, когда бедному мистеру Томасу прилетало в голову бланджером, — театрально смахнул он слезу, которая, очевидно выступила от очередного большого глотка адского поила. — Хотя ему явно не стоит бояться последствий: он даже абсолютно здоровый вряд ли отличит гиппогрифа от саламандры. — Он играет за мой факультет, как я еще, по-твоему, должна себя вести? — начиная приходить в себя и немного отстраняясь от чересчур крепких объятий, спросила девушка. — Я слишком сильно люблю квиддич, чтобы сидеть в стороне и отмалчиваться. — И именно из-за огромной любви к игре, — с явным сарказмом протянул Скорп, медленно сползающий по стеночке вниз от тяжести своего тела и опьянения, — ты целое утро не отходила от этого гениального игрока. — Я пыталась поддержать всю команду перед важным матчем. Слышишь? Всю! — угрожающе проговорила Роза, хватая своего благоверного за воротник рубашки и с силой подтягивая вверх. — Не надо мне тут устраивать сцен ревности в неадекватном состоянии. — Я ревную?! — возмутился Малфой, всеми силами отталкивая от себя девушку, видимо, чтобы наглядно показать свою независимость. Но стоило ему только потерять опору в виде хрупкой на первый взгляд волшебницы, как перед глазами все поплыло, пол под ногами начал куда-то проваливаться, а стена за спиной покатилась в сторону. — Зачем мне ревновать абсолютно чужого человека? — Затем, что мы уже несколько лет далеко не чужие друг другу люди, а ты так и не научился мне доверять. Колдография сделана проходившей мимо гриффиндоркой-младшекурсницей, которая, зарядившись энергией и весельем победивших в матче студентов, на радостях снимала все подряд, даже и не подозревая, что невольно стала свидетельницей чего-то очень личного и всеми силами скрываемого от мира.