Сборник колдографий о поколении next

— Алиса, Алиса, девочка из сказки… — Не называй меня так! — и ножкой бы топнула, но вот топать не по чему. Остаётся только бессмысленно болтать этой самой ножкой в воздухе и судорожно всхлипывать. — Слышишь, не называй! — и слезы, такие предательские, по щекам катятся. Утереть бы их зло, носом хлюпнув напоследок, да вот страшно руки от ветки отнимать. Да и не тереть бы лучше глаза, а то еще сильнее покраснеют, и вид станет совсем жалким. Потом еще взрослые начнут спрашивать, чего ревела, но им-то не скажешь, не объяснишь! И тетя Джинни еще так слишком понимающе смотреть будет, чаем с травами отпаивать и улыбаться немного грустно. — Так только папе можно! — Эй, не плачь, — а он еще так неловко с ноги на ногу переминается и смотрит чуть ли не с мольбой уже. И все веселье из его теплых глаз куда-то вмиг улетучивается. — Алиса, что случилось? — Ничего! — закричать хочется, но из горла только блеклый хрип вырывается вместе с кашлем надрывным. И руки как-то сами собой ветку отпускают, чтобы ладошками рот прикрыть, ведь очень невежливо на людей кашлять, даже если они на два метра ниже тебя стоят. А потом осознание, похоже, медленно возвращается вместе со стремительно куда-то съезжающей ногой, и руки сами в проклятую ветку вцепляются до боли. — Давай я тогда тебе спуститься с дерева помогу? — Джеймс смотрит на это самое дерево очень неуверенно, но чересчур решительно. И руки его сами к палочке, которая из заднего кармана шорт дерзко торчит, тянутся, хотя толку от этой палочки, если он кроме слабенького «Репаро» и невнятной «Аллохоморы», которой его зачем-то Тэдди научил, не знает. — Как ты вообще туда забралась? — ворчит себе под нос, но не зло совсем, скорее удивленно и самую малость испуганно, потому что, кажется, только что хруст ветки слышал. Тихий-тихий такой, но оттого не менее устрашающий. — Случайно, как же еще! — она этот хруст тоже слышит и дергаться еще больше начинает, хотя лучше бы этого не делать. — Ну да, выброс магии, точно, — со знанием дела проговаривает мальчик и дерево вокруг обходит зачем-то. — У меня тоже в твоем возрасте такое постоянно случалось. Вот, например… — и очередную дурацкую историю рассказать, видимо, хочет, но не до нее сейчас. Совсем не до нее. — А теперь не будет случаться! — она перебивает уже совсем невежливо, потому что снова это больное напоминание. — Вот уедешь в школу и… — ветка ломается, а Алиса, как-то уж совсем высоко пискнув, летит вниз. И Джеймс сам не осознает, почему палочку в сторону откидывает, почему коленки в кровь сбивает о землю и почему ловит тут же девочку с каким-то уж очень испуганным вскриком, хотя стоял далеко. — Не ударилась? — она машет головой резко, а косички по плечам его бьют рвано. — Хвала Мерлину! — мальчик совершенно искренне выдыхает и к себе неосознанно прижимает дрожащими руками. А ей становится стыдно до жути, и щёки краснеют отчаянно. — Спасибо, — она скорее пищит куда-то ему в подмышку, потому что объятия почему-то не прекращаются. А сердце от этого еще сильнее заходится, и, кажется, выпрыгнуть даже хочет. — Ты уедешь, друзей новых найдешь, больше играть с нами, мелкими, не захочешь. — Почему это? — он даже как-то возмущенно отстраняется и в глаза заглядывает глубоко-глубоко, аж дыхание перехватывает. — Захочу и играть, и беситься со всеми, как раньше. Просто теперь только на каникулах получится, но я не собираюсь никого бросать! Как ты вообще такое могла подумать? Я же Гриффиндорец! — Ты еще не поступил, — от этой детской обиды в голосе ей смешно становится даже, и губы сами в улыбке расплываются. А он смотрит чересчур серьезно сначала, а потом смеется громко, как и всегда. И мир тогда замирает на мгновение будто бы. — Но поступлю ведь, Алиса, девочка из сказки. И она не возмущается уже, а улыбка только еще шире становится. Наверное, знает, что он об этом милом папином прозвище больше никому не расскажет, будто это тайна великая и слишком личная. А папа, тем временем, только удивленно колдокамерой щелкает, которая так вовремя в кармане оказывается. И потом еще смотрит долго на сидящих рядышком детей, что-то важное понимая.