It's just a prank, bro

      К счастью, а, может, и сожалению, долго избегать Джоша Тайлеру не пришлось – буквально через пару дней Патрик и Пит предложили коллективную поездку в Лос-Анджелес на пару дней, от которой парни просто не смогли отказаться. Такая возможность провести время с друзьями и немного отвлечься от этих домашних разборок представится парням ещё не скоро, если вообще представится когда-либо ещё, а потому они, не раздумывая, согласились.       Быстрые сборы, встреча в аэропорту, не столь длительный перелёт, и парни уже заходят в дом, который они сняли на несколько недель своего спонтанного отдыха. И в то время, пока остальные разошлись по комнатам раскладывать вещи, Тайлер и Джош молча скинули чемоданы в комнату и пошли осматриваться.       На первом этаже они нашли странную коллекцию жутких фигурок, старое фортепиано, подключаемую через Bluetooth колонку и пару отличных мест, куда можно было бы спрятать камеру. Парни переглянулись и легко улыбнулись, прекрасно понимая, как они собираются развлекаться ближайшие несколько дней.       А начали они воплощать свой план в жизнь уже этим вечером, ведь утром следующего дня к ним должен был присоединиться Брендон, который не успел решить все свои вопросы в Нью-Йорке.       – Сколько времени тебе потребуется, чтобы прифотошопить на фотографию призрака? – сразу спрашивает Тайлер, заглянув в комнату Брэда.       – Что? – хмурится Хитон, переводя взгляд с экрана ноутбука на торчащую из двери голову Тайлера.       – Мы с Джошем хотим распустить слух, что в этом доме живут призраки, чтобы напугать Брендона, поможешь нам? – спрашивает Джозеф, на что Брэд тихо усмехается.       – Если следующей частью вы собираетесь одеть меня в платье и надеть на голову парик, выдавая за призрак маленькой девочки, погибшей здесь несколько лет назад, то я пас. Не хочу сбривать бороду, знаешь, – произносит Брэд.       – Достаточно будет отфотошопленной фотографии и, если Брен спросит тебя о подлинности фотографии, твоего «да», – смеется Тайлер. Брэд соглашается.       – Сможешь сыграть что-нибудь жуткое? – спрашивает Джош, стоя у пианино, когда Тайлер выходит из комнаты Хитона. Джозеф едва заметно кивает, садясь за инструмент и открывая его крышку. Ему требуется несколько секунд, чтобы вспомнить какой-то небольшой черновой фрагмент одного из своих сочинений, который он и исполняет, пока Джош записывал игру Тайлера на диктофон. – Может, сыграешь ещё что-нибудь? – просит Дан, когда Тайлер заканчивает играть, и он останавливает запись на диктофон.       – Тогда мы не успеем приготовить всё до завтрашнего дня, – улыбается Джозеф, закрывая крышку пианино больше из нежелания играть перед кем-то, чем из-за действительной нехватки времени. Но он не может не признать того, что он рад, что его исполнение нравится Джошу.       – Что нам осталось приготовить? – задумался Джош, вспоминая все запланированные дела на сегодня.       – Что вы тут делаете? – размышления прервал голос Патрика, вышедшего из своей комнаты, видимо, на звуки фортепиано, а через минуту из комнаты вышел и Пит с Марком.       – Слушайте, когда завтра приедет Брендон, вы не могли бы рассказать ему пару жутких историй о том, что в этом доме ходят призраки? – просит Тайлер, на что парни едва заметно усмехаются.       – Хотите разыграть его? – спрашивает Пит, на что Тайлер с Джошем кивают.       – Мы в деле, – соглашается Патрик, и парням остается только дождаться следующего дня, чтобы начать приводить все задуманное в жизнь.

***

      – Ну что, сучки, соскучились по папочке? – раздается грохот входной двери, и никому не составляет труда догадаться, кто именно пришёл.       – Блять, можно было бы зайти тише в четыре ебаных утра, – кричит из комнаты Вентц, на что Ури лишь тихо смеется.       – Подъем-подъем, больше никакого сна, мои сладкие мальчики! – Брендон с грохотом открывает дверь сначала в комнату Вентца со Стампом, тормоша парней и выходя из комнаты лишь тогда, когда злые и недовольные они уже стояли на ногах с широко раскрытыми глазами, в которых уже и не было ни намека на сон. После чего эту участь разделил Джош с Брэдом, а после и Марк с Тайлером, спящие в самой дальней комнате (они догадывались, что подобное может произойти и специально выбрали самую дальнюю от входной двери комнату).       – Ну и на кой черт ты поднял нас в такую рань? – ныл Марк, почти засыпая за барной стойкой, ведь они легли спать всего два часа назад.       – Я сегодня вообще не спал, чтобы к вам прилететь, так что можете и проснуться ради меня, – бодрый и счастливый Брендон радостно болтал ногами на барном стуле, проходясь взглядом по едва держащими глаза открытыми парням.       – Не пизди, лететь из Нью-Йорка до Лос-Анджелеса около шести часов, а ты в самолете так спишь, что в случае если самолет падать начнет, ты даже не проснешься, – тихо произносит Пит, кладя голову на кофейный столик, возле которого сидел на ковре, на что все парни что-то согласно заулюлюкали.       – Ладно-ладно, раз так хотите спать, можете идти, не буду задерживать, – сдается Брендон.       – Ты это говоришь только потому что сам не выспался, – говорит Патрик, на что те, кто ещё хоть немного держался в сознании, закивали головами.       – Да ладно вам, я не такой уж и вредный, – отмахивается Брендон, на что все находящиеся в комнате подняли свои головы и одарили Ури скептическим взглядом. – Что?       – Ничего, – говорит Вентц, вставая с пола. – Пойду свечку за твою доброту поставлю! – Пит медленно поплелся в сторону своей комнаты, после шепотом добавляя: – Сатане.       – Вот спасибо! – смеется Брендон.       – О, кстати о Сатане, – немного оживился Тайлер, подходя к Ури. – Пока тебя не было, у нас тут такое происходило, – Джозеф старается сделать напуганный вид, но на деле он просто едва старается не выдать свою улыбку. – Видишь те фигурки? – Тайлер показывает на тумбочку с какими-то жуткими металлическими фигурками, на что Брендон с промедлением кивает. – Они перемещаются по дому в произвольном порядке. Мы все ходили в магазин за продуктами вчера, а когда вернулись, все они пропали, – Тайлер перешел на шепот, стараясь говорить более запугивающее. – Потом весь вечер мы находили их в разных местах, хотя когда мы уходили, дома никого не оставалось.       – Ещё шаги слышали, – добавляет Марк, замечая, что взгляд Ури с неверящего медленно переходит в задумчивый.       – А, и я тут фото вчера сделал, посмотри на это, – Дан достает телефон, показывая Брендону селфи со странным пятном на заднем плане.       – Вы это серьезно сейчас? – напугано спрашивает Брендон, на лице которого уже не осталось ни следа от предыдущего веселья.       – Я смотрел на то фото, думал, парни хотели посмеяться над нами, но это не подделка, – заверяет Брэд, и было заметно, как Брендон побледнел.       – Ну ладно, уже поздно, надо бы пойти доспать свои заслуженные часы, – говорит Патрик и все парни, согласно кивая, дружно встают с места и как можно скорее уходят, оставляя запуганного Брендона одного, который через секунду резко дергается на стуле от звука пришедшего на телефон уведомления.

***

      Когда Тайлер и Джош проснулись, Патрик с Питом уже ушли гулять по городу, а Марк с Брэдом сели за просмотр каких-то архивных фотографий (на самом деле это был просто предлог, чтобы не мешать Тайлеру с Джошем разыграть Брендона). Сам же виновник торжества распаковывал свой багаж в своей комнате, Джош и Тайлер решили, что это самое лучшее время начать действовать.       Джош ещё вчера смог подключить свой телефон к беспроводному динамику, а потому сейчас находясь на втором этаже (комната Брендона, как и динамик, находились на первом) Дан включает записанную вчера игру Тайлера, постепенно увеличивая звук так, что её было слышно уже по всему дому.       Результат не заставил себя ждать. Несколько секунд и Брендон выглядывает из своей комнаты, хмуря брови и осматривая коридор, когда понимает, что этот звук ему не мерещится.       – Вы слышите это? – Ури заглядывает в соседнюю комнату, где Брэд и Марк, заранее предупрежденные об играющей музыке, не обращая на неё внимания, просматривают фотографии.       – Что? О чем ты? – делает непонимающий вид Марк, и Брэд так же хмурит брови, прислушиваясь и отрицательно мотая головой.       – Да не может же мне это казаться! – нервно почти вскрикивает Брендон, когда музыка становится громче, и проходит в зал, как раз туда, где располагался динамик и старое пианино. И стоит только ему пройти в зал, как Джош выключает музыку.       – С тобой точно все в порядке? – обеспокоенно спрашивает Марк, выходя следом за Брендоном.       – Да, просто… Не бери в голову, – отмахивается Брендон, ещё раз внимательно осматривая зал, а после возвращаясь в свою комнату.       Марк и Джош с Тайлером показывают друг другу поднятые вверх большие пальцы. Ещё одна часть их плана выполнена.

***

      Джош и Тайлер заранее договорились и поделили ночь на две части. В первой дежурит Джош, во второй Тайлер. Их задача была в том, чтобы подкидывать под дверь Ури те жуткие металлические фигурки, и, возможно, издавать какие-нибудь жуткие звуки по ходу дела. Сначала они хотели устроить из этого настоящее состязание, подобное тому, которое было, когда они заставляли кровать со спящим Марком всяким хламом. Но по итогу ночи никто из парней не попался Брендону на глаза, чем и обеспечили парню ещё одну незабываемую бессонную ночь.       А вот утро было уже не настолько удачным, потому что нервный и до жути напуганный Брендон оборачивался на каждый шорох. Пит даже пошутил насчет того, что действительно пытался продать душу Брендона Сатане, чтобы местные призраки оставили остальных в покое, и тот, кажется, любезно принял такой подарок. Парням тогда показалось, что Брендона вот-вот хватит удар и пришлось вскрыть все карты, чтобы оставшиеся недели отпуска не пришлось проводить в больнице рядом с Ури.       Конечно, было забавно поначалу, когда Брендон, настолько сильно уверовавший во все происходящее, совсем не верил своим друзьям, но после, когда он все же понял, что это был лишь очередной розыгрыш, покрывал всех, кого видит благими ругательствами (но длилось это недолго, потому как почти сразу Брендон пошел в свою комнату, на этот раз совсем не боясь заснуть).       Вечером же парни собрались отметить, наконец, начало совместного отпуска. И Тайлер сидел вместе с друзьями ровно до того момента, пока их кружки не начали заполняться алкоголем уже в третий или четвертый раз.       Джозефу очень понравился этот дом не столько из-за внутреннего интерьера, сколько из-за заднего двора, на котором разместился небольшой бассейн, перед ним сейчас и сидел Тайлер, задумчиво смотря на водную поверхность, от которой отражалось темное небо и первые звезды. Так странно не разделять общего веселья из-за глупого страха сделать что-то, о чем потом он мог бы пожалеть, но Тайлер привык к этому. Он давно не посещает встречи, которые подразумевают алкоголь, потому что не хочет сталкиваться с последствиями вновь – ему едва повезло, что в прошлый раз все закончилось, не так плохо, как могло бы. А как могло бы? Тайлер вернулся бы в Колумбус, а, может, это сделал бы Джош, который явно после всего произошедшего не захотел бы находиться с Тайлером даже в одном помещении. Насколько же шатка их дружба, что всего одна ошибка может разрушить её? Но Тайлер готов держать себя в рамках, ради их дружбы. Ради Джоша.       Ради Джоша, который сам всеми силами пытается выбить Тайлера из этих рамок. Разве это правильно? Тайлер так не думает, но он не понимает, почему в последнее время все эти шутки, подразнивания и заигрывания нашли место в их общении. Джош пытается вывести его на чистую воду? Не проще ли сразу сказать Тайлеру об этом на прямую, пресечь его бессмысленные старания. Не проще ли…       – Почему ты сидишь здесь, а не с нами? – голос Джоша прерывает мысли Тайлера, заставляя его взгляд сфокусироваться на водной глади с уже полными созвездиями. Сколько он просидел вот так?       – Ты же знаешь, что я не пью, – произносит Джозеф, даже не поворачиваясь в сторону Джоша. Он видит его тень, подсвеченную светом от стеклянных дверей дома, и заметно напрягается, когда Дан садится рядом.       – Но это не повод сидеть здесь три часа, – говорит Джош, пытаясь заглянуть в опущенное лицо Тайлера.       – А ты засекал? – смеется Джозеф, на что Джош серьезно отвечает:       – Да.       Попытка Тайлера разрядить обстановку, лишь накалила её до такой степени, что просто сидеть здесь было слишком некомфортно.       – Посмотри на меня, Тай, – это тихое, почти нежное «Тай», сбивает Джозефа с толку, слишком сильно лаская его уши. И в попытках воспроизвести это слово, это произношение в своей голове снова, в попытках отпечатать его в своей памяти, Тайлер не замечает, как рука Джоша тянется к его щеке, и оттого тихо вздрагивает, ощущая кончики чужих пальцев своей кожей. – Ты боишься меня? – хмурится Джош, осторожно поворачивая своей ладонью лицо Тайлера, не поднимающего глаз, в свою сторону. – Посмотри на меня, – повторяет Джош, но в этот раз интонация совершенно другая. Тихая просьба, будто это настолько важно, настолько решающе для них, что Тайлер поддается, поднимая медовые глаза на лицо Джоша, и, вероятно, это было его ошибкой, потому что тот взгляд, с которым Джош смотрел на него, был чем-то совсем новым, чем-то притягивающим. Чем-то. Будто и не было никаких издевательств, не было этих игр, в которые они затянули друг друга. Только что-то чистое и слишком хрупкое, что достаточно одного движения, одного лишнего вздоха, и все это исчезнет, пропадет.       И пока в голове Тайлера все громко кричало о том, что следует прекратить всё это, пока это не вылилось во что-то, о чем Тайлер потом вновь будет жалеть, он, будто совсем не слыша голос разума, накрывает ладонь Джоша своей, не пытаясь как-либо убрать её, скорее наоборот, давая свое одобрение.       Тайлер даже не может сказать точно, кто первый поддался этому моменту и первым коснулся своими губами губ другого, но это уже казалось таким неважным, потому что это осторожное, мягкое прикосновение было чем-то совсем новым для них. Глотком свежего воздуха. Чем-то необходимым, чем-то жизненно важным. Этот поцелуй не был похож ни на один предыдущий, которыми парни скорее старались задеть друг друга. Слишком медленно. Слишком нежно. Слишком важно. Слишком, слишком, слишком.       Слишком хорошо, чтобы быть правдой.       Тайлер сам не понимает, откуда находит в себе силы отстраниться от Джоша, но он не находит в себе силы посмотреть после этого в его глаза. Возможно, оно и к лучшему.       – Пожалуйста, хватит издеваться надо мной, – слишком тихо произносит Джозеф. Вероятно, Тайлер бы не выдержал такого количество непонимания и какой-то щемящей грудь боли в чужих глазах. – Ты ведь просто пьян.       Джош едва сдерживает усмешку, которая отзывается лишь глухим стуком в его сердце. Если бы Тайлер был бы чуточку внимательнее, то он бы заметил, что Дан за вечер не выпил ни капли алкоголя, но, если Джозефу так проще, то Джош не против. Ему давно пора было перестать надеяться на что-либо. Джош сам виноват, что всего на секунду смог запустить надежду в свое сердце. Он сам сделал себе больно, не Тайлер.       – Да, – тихо произносит Джош. – Да ты прав, – увереннее говорит Дан, будто больше убеждая себя, чем Тайлера, и натягивая кривую улыбку, которую Джозеф даже не видит, все ещё боясь поднять свои глаза на Джоша. – Спокойной ночи, Тайлер, – тихо говорит Дан, вставая с места, и заходя через стеклянные двери обратно в дом, где прямо у входа сталкивается взглядом с удивленными глазами Марка.       – Так вы… – начинает Эшельман, переводя удивленный взгляд то на Тайлера, все ещё сидящего возле бассейна за стеклом и не видящего того, что сейчас происходит в доме, то на Джоша.        – Пожалуйста, Марк, не сейчас, – так же тихо говорит Джош, даже не позволяя Марку закончить, и проходит к лестнице. – Я… – он останавливается на секунду, рвано вдыхая воздух в легкие и выдавая шаткую усмешку. – Просто я идиот. Не бери в голову, – ещё тише говорит Дан, поднимаясь на второй этаж.       Сегодня они оба проебались.