Lifesaver/ Спаситель

      

Глава 11. Я пропал

      Дни календаря нещадно бежали, сменяя друг друга. И вот уже минула неделя, Билл с Томом практически не вылезали из студий как фото, так и звукозаписывающей. Грен по-прежнему «тормозил» — Билл злился и скандалил, а Том молча наблюдал за картиной. Последний стал замечать, как изменились их отношения с певцом на более дружеские. Всё чаще Каулитц выходил из своей светлой комнаты чернее самой дождливой тучи, естественно, это не ушло от его телохранителя, хотя он и сам находился в последнее время в похожем настроении.       Тренировки стали жестче и тяжелее. Картер вспоминал заброшенные в самые дальние уголки памяти приёмы самообороны, оттачивал удары для ближнего боя, пробегал большие расстояния, чтобы развить выносливость. От его взора не могла улизнуть никакая мелочь, парень работал как сканер, замечая опасности со всех сторон, но… Вот странная штука, Тому нравилась его работа. Парень привык к безумному ритму, привык к нечастым перекусам, привык к коротким телефонным разговорам, привык к необычным причудам певца и его манере разговаривать. Он привык к Биллу.       Каулитц же, наблюдая, с какой скоростью летит время, с ужасом понимал, что совсем скоро ненавистная дата припрет его к стенке и, схватив за горло, посмеется в лицо. Конечно, миллиард раз певец отталкивал мысли такого рода, но они возвращались вновь и вновь, вгрызаясь в память и больно вырывая воспоминания из прошлого.       «Нужно сделать что-нибудь срочно, — думал брюнет, — иначе я совсем слечу с катушек».       Решено! Отложив все запланированные дела на «другой раз», парни провели этот день исключительно вместе. Никто их не тревожил -они сидели в ресторане говоря о чем-то понятном только им вдвоем.       Если честно, Билл чувствовал себя рядом с телохранителем абсолютно спокойно, комфортно, иногда полностью расслаблялся, забывая надеть холодную маску. Да и Тому было приятно общаться с ним, не смотря на непонятных тараканов в его брюнетистой голове. Нечто подобное он ощущал с Роем, вот только к Рою было другое отношение…       — Я устал за сегодня, правда, — улыбнулся Каулитц, сбрасывая прямо у порога входной двери туфли, что натерли. Красотка Фэй, как обычно в своём эффектном обличии, поспешила принести домашние тапки Каулитца.       — Да, я тоже, — ответил Том, в который раз замечая «про себя», как смотрит на него девушка. Он одарила его смущённой улыбкой и исчезла.       В доме царила тишина и покой, не было той ужасной, надоедливой музыки как в ресторане. Обоим «К.» она действовала на нервы.       — Эй, Фернандо, сделай два чёрных чая с жасмином, — попросил певец, плюхнувшись на стул прямо на кухне.       — Один, — Том поправил его, сложа руки на груди.       — Это почему? — также скрестил руки Каулитц и сощурил глаза.       — Я не могу терпеть жасмин, — пояснил парень с косичками, слегка улыбнувшись.       — Да-а-а? — ехидно протянул брюнет, сомневаясь в честности телохранителя.       — Я буду с лимоном, — сказал Том, и Фернандо кивнул, ведь он уже запомнил эту мелочь.       — Нет, с жасмином, — уперто настаивал Билл, но и Том не уступал:       — С лимоном!       — С жасмином!       — Сампейсвойжасмин! А я будучай с лимоном.       Сия перепалка могла бы продлиться вечно, если бы не повар, который вручил обоим по кружке и вышел из кухни на перекур. Всё-таки, Том пил чай с лимоном, брезгливо посматривая на Билла, который с удовольствием пил жасминовый чай.       «Бл.дь, ему бы сердечки над головой пририсовать и картина маслом бы получилась! — подумал Томас и усмехнулся. — А ещё дьявольские рожки — вообще, бл.дь!».       — Чего лыбишься? — снова надел холодную маску Билл.       — Тебе какая разница, эгоист? — огрызнулся Картер, и продолжил «фотошопить» изображение певца в голове.       — Мне пох.й, — ответил «человек с рожками и середечками», безразлично смотря в чашку.       — Аналогично, — фыркнул его телохранитель.       Следующие несколько минут парни прожигали друг друга взглядом, и неожиданно резко Билл встал, подошёл к Томасу так близко, что их губы оказались на расстоянии нескольких сантиметров. Обалдев от самого себя, Каулитц выхватил кружку телохранителя и сделал один глоток, а потом несколько ещё. Он не мог понять, почему, но то что он считал редкой гадостью, оказалось вкусным.       — М-м-м, — брюнет облизнул верхнюю губу кончиком языка, заставляя парня на против завороженно смотреть на это, — не так уж и противно.       — Ну, да, — пожал плечами Том. — Неплохо.       — А чем тебе не нравится мой чай? На-ка, попробуй, — он тут же протянул Картеру свою чашку.       — Нет уж, спасибо. У меня аллергия на жасмин.       — Да ладно!       — Да. Если я выпью хоть чайную ложку — покраснею, пойдет сыпь по телу и всё такое.       — Бл.дь, ничего тебе не будет от одного глотка, Том. Туда всё равно ароматизаторов нах.ярили! Нет там жасмина.       Чуток подумавши, парень с косичками взял кружку и сказал:       — Если я сдохну- это на твоей совести, Каулитц.       — Да, бл.дь, не сдохнешь! — заверил Билл, и Картер поверил ему, он неуверенно хлебнул теплый напиток. Приятный привкус остался у него во рту, чуть сладкий.       — Ну, что? — засмеялся Билл. — Не умер?       — Это пока что, — покачал головой Том, сделав умное лицо. Внезапно телефон, мирно лежащий на столе, заорал на всю кухню.       — Да? — ответил брюнет, сосредоточившись на собеседнике. — Что? Леон, ты что совсем рехнулся на хрен?! Нет. Я не успею. Да, никак, — Томас понимал, что певец злиться по его напряжённым скулам и чуть сжатым пальцам. — Вообще никак, Леон! У меня и так завтра запись. Или ты хочешь, чтобы я вообще не вылезал из студии неделю? Отлично. Нет, я не могу. Да. Пока, — он раздраженно бросил трубку на стол. — Достал!       Не спеша, попадаться под горячую руку, Картер молчал. Он видел, как идеальной формы брови, собравшиеся к переносице постепенно приходят в норму, как в глазах перестали сверкать демонические молнии.       — Пойдём в приставку зарубимся? — предложил Билл, массируя виски.       — Идём, — улыбнулся Том уголками губ.       Они прошли в комнату с огромным телевизором, Том хорошо помнил её, так как именно здесь они заснули. Певец включил приставку, вручив джойстик Тому.       — Играем на желание? — спросил Билл, приподняв бровь.       — Нет уж. Просто поиграть и всё.       — Боишься продуть? — ухмыльнулся Каулитц, взяв его «на слабо». Он отчего-то знал, что это подействует.       — Кто? Я? — всполошился собеседник. — Нет, ни капли.       — Так давай!       — Нет.       — Трус, — Билл выбрал бойца и уже приготовился к поединку.       — Ладно, раз ты так хочешь!       Через несколько минут, Томас, довольный собой с победной улыбкой размышлял над желанием, которое предстояло выполнить Биллу. Ох и много же коварных мыслей роилось в его голове! Сидя с раскрытым от удивления ртом, Каулитц был зол. Как это он проиграл?       — Я придумал, идём! — неожиданно воскликнул счастливый телохранитель и вцепился в руку певца, таща его вниз.       — Куда ты меня тянешь?       — Выполнять желание, — неоднозначно улыбнулся Том.       «К.» спустились на кухню и остановились у двери. Аккуратно приоткрыв её, Картер убедился, что Фернандо там.       — Ну и что мне делать?       — Попроси у нашего повара клубнику и банан, но сексуально, похотливо и также съешь их. При нем, — шепотом распорядился Том. — Но не говори, что проспорил.       — А ты где будешь?       — На кухню зайду, сяду и буду наблюдать.       — Ублюдок же ты, Картер! — прошипел певец, отталкивая его от двери.       Медленно, отменно виляя пятой точкой, Каулитц направился к что-то режущему Минху, а Томас тем временем удобно устроился на стуле.       — Фернандо? — томно сказал Билл, прикрывая глаза.       — Да, Билл?       — Ты знаешь, я тут резко понял, что я так сильно хочу… Я даже не могу тебе передать насколько. Мне хочется почувствовать его во рту, облизать, — он провел языком по губам, повар охренел от такого. Но брюнет не думал останавливаться:        — Ощутить его твердость и сладость. М-м-м, я хочу чтобы он входил и выходил из моего рта. Боже, как же это вкусно! Дай мне его, Фернандо. А потом она… Сочная, спелая, мягкая я хочу укусить её, чтобы почувствовать весь вкус. Хочу ласкать её языком…       Описывая ягоды, Билл страстно стонал и хаотично водил руками по телу, сексуально проходился языком по губам, что цирк, который поначалу веселил Тома, заставил его напрячься. Все движения Каулитца, звуки действовали на парня слишком странно. Конечно же, это возбуждало и телохранитель, нервно сглатывая, мял кусок майки, что попала ему в ладонь. Старый знакомый Билла — Фернандо, кстати, тоже завёлся от столь эротичного рассказа, и его стояк стал приподнимать тонкую ткань фартука, он в предвкушении чего-то сжимал кухонное полотенце.       — Так ты дашь мне его, Фернандо? — спросил Билл с ноткой секса в голосе, присев перед ним на стол и чуть разведя ноги в разные стороны.       — Кого, Билл? — осипшим голосом поинтересовался парень, несмело подходя к, казалось бы, настроенным на «не совсем дружеские отношения» певцу.       — Банан, Фернандо, банан, — мягко с расстановкой произнес Каулитц.       — Ба-ба-банан? — сглотнул повар, откровенно пялясь, как Билл облизывает губы.       — О, да, Фернандо, — простонал брюнет, прикрывая глаза.       — Секунду, — севшим голосом сказал Фернандо.       И, правда, ровно столько потребовалось, чтобы достать из холодильника ягоду, и отдать работодателю. Билл аккуратно взял его пальцами и, очистив, принялся очень сексуально кушать. Картер уже был совсем не рад своей же затее, ибо что-то внутри яростно долбило его:       «Прекрати, нет, остановись, хватит, Том. Не думай об этом», — проносилось в голове. Но мысли уже давно не слушались его и рисовали пошлую картину Билла не с бананом, а кое с чем покруче. Закончив издевательство над довольно возбужденными парнями, Каулитц, вытерев салфеткой рот от сладкого сока, победоносно развернулся к телохранителю и ехидно улыбнулся, оценивая его состояние. Оно, кстати, оставляло желать лучшего: руки с силой сжатые в кулаки, приоткрытые сухие губы, охреневшие глаза.       «Получи!» — улыбнулся Билл и скрылся за дверью.       Ошарашенные Минх и Картер не сразу осознали горесть ситуации и несколько секунд смотрели один на другого, но, придя в себя, во взгляде обоих было смущение.       — Кхе-м, — прочистил горло Фернандо, хватая нож и принимаясь за дело. — У тебя нет аллергии на морепродукты?       — Что? — Томас не до конца осознал суть вопроса, потому что ещё секунду назад они пялились друг на друга, как дебилы.       — На ужин будет тортилья с морепродуктами, у тебя нет аллергии?       — Нет, — ещё не выйдя из ступора, ответил парень, медленно поднимаясь со стула.       — Прекрасно.       — Ага, — только и сказал Том, а затем вылетел из кухни за считанные секунды, мысленно уже проклиная себя за загаданное желание.       «Что это было? — подумал он. — Что это, нахрен, было?! Он жрал гребанный банан, как будто делал минет. Бл.дь, реальный минет. А мне показалось, чтобы я хотел быть на месте банана. Сука! Х.йня какая-то. Мне просто показалось. Да. Всё, спокойно, бл.дь».       «К.» встретились на лестнице второго этажа, Том не знал, как вести себя, другой же наоборот — ужасно радовался такой реакции. В кухне ему нравилось следить за эмоциями на лице телохранителя, которые менялись со скоростью света.       — Справился? — ухмыляясь поинтересовался брюнет.       — Да, — отрезал Том, собираясь обойти его, и почесал шею.       — Эй, подожди, что это? — жест не остался незамеченным. Билл спокойно убрал конечность Тома и не знал стоять ему или падать, Каулитц побледнел от ужаса. Вся шея Картера покрылась красной сыпью, которая по-видимому чесалась.       — Что, Билл? Что там? Чего ты так смотришь? — осыпал вопросами телохранитель, понимая, что ничего хорошего можно не ожидать.       — Похоже, ты был прав, — произнес певец очень задумчиво и легко коснулся шеи Тома. — У тебя действительно аллергия на жасмин.       Знаменитый брюнет тяжело вздохнул, прокручивая мысли о том, что делать. Первая нормальная идея, что пришла в его голову — позвонить врачу, а потом прибить Фернандо за такую подставу.       — Слушай, это, наверное, всего лишь небольшое пятно, — Том спокойно улыбнулся, понимая, что нечего беспокоиться.       У него ведь всегда при себе есть таблетки от аллергии. Парень прошел в свою ванную комнату к зеркалу, оценить масштабы катастрофы, любопытный Каулитц последовал за ним. Не торопясь, Томас посмотрел на свою шею и обомлел: постепенно кожа на шее превращалась в жутко чешущуюся красную сыпь. Ни секунды не раздумывая, он стянул с себя спортивный свитер.       — О, черт, — процедил Томас — аллергия стремительно перемещалась на грудь и спину.        — Я сейчас всё улажу, — Билл уже искал номер врача в своём коммуникаторе, во всю паникуя. — Не волнуйся только.       — Билл, остынь. У меня есть таблетки, они помогут, правда. Успокойся, -непоколебимо сказал телохранитель и накрыл ладонью экран телефона. Горячие пальцы Картера, вернее их прикосновение показалось таким мягким и нежным, что брюнет замер.       «Чего так паниковать, если это просто аллергия? Тем более у него есть лекарство. Почему я завелся?» — спрашивал сам у себя Билл, но ответа найти не мог.       Билл быстро опустил руку с телефоном и сунул в карман узких джинсов. Том внимательно проследил за его действиями, замечая слегка смущенный и растерянный взгляд певца. Почесав без того красную шею, Картер зашел в ванную. Он провел в этом доме уже немало времени, так что успел обжиться. В шкафчике под умывальником него стояли лекарства, потому он направился прямо туда. Парень с косичками быстро нашел серебряную пластинку с маленькими голубенькими таблетками. Покрутив в руке препарат, он выдавил две штучки.       «Хуже не будет!» — подумал Томас и глотнул препарат.       Следующим действием было нанесение мази. Но как же он намажет сам себе спину?       «Нет ничего невозможного для Тома Картера! — сказал он сам себе. — Что я спину себе намазать не смогу?»       Он стал к зеркалу спиной, предварительно выдавив на пальцы прохладное лекарство и попытался достать до пораженного участка. То ли руки Тома были слишком короткие, то ли мышцы выросли в объёме, но он никак не мог дотянуться до плеча и помазать как следует. И даже ни высунутый от старания язык, ни подскакивание на носочка, не помогло решить проблему. Тяжело вздохнув, парень сполоснул руку и вышел из ванны. Делать нечего — придется просить Билла. Конечно же, выйдя из ванны, телохранитель увидел Каулитца, сидящего на кровати.       Брюнет выглядел задумчивым — был где-то далеко в своём мире. Он обхватил себя руками и глядел в одну точку совершенно не мигая, словно находился в некоем трансе. В голове летали детские воспоминания не из приятных. Злополучная дата была совсем близко, но парень уже знал, что нужно делать. В последнее время ночами он не мог заснуть и, тщательно обдумывая каждую деталь, каждое слово, он всё чаще провожал зимние звёзды.       — Билл, — позвал его Том и подошел поближе к кровати. Но брюнет никак не отреагировал, чем напугал телохранителя. Тогда парень позвал ещё — на этот раз удачно.       — Я задумался, — сказал Билл, дрогнув от неожиданности.       — Ты не мог бы… мне помочь? — замялся Картер, он не понимал, как попросить об этом. Если честно, телохранитель уже представил «лестные» слова, которые пошлют в его адрес.       — Чем я могу тебе помочь? — ответил Билл и, помассировав лоб, встал с кровати. Его глаза были настолько печальными, что грусть заметил бы даже слепой.       — Если тебе не сложно… — мямлил парень с косичками, сжимая в руках тюбик. — Я просто сам не могу… Ну, в смысле, я сам не достаю…       Каулитц, хлопая черными ресницами, сложил руки на груди и нахмурил брови на первые пару секунд, но потом уголки губ едва поднялись, а лицо расслабилось. Смотря на то, как Том нервничает, оправдывается и неумело подбирает слова, брюнету становилось смешно. В его глазах он был сильным, умным и, казалось бесстрашным парнем, до теперешнего момента.       — Картер, говори уже! — рассмеялся Билл, бросив небрежный взгляд на его руки и без помощи телохранителя понял, что требуется от него.       — На! — Томас вручил мазь в холодные руки и поспешно повернулся задом.       Усмехнувшись и покачав головой, Билл с легкостью открутил крышку двумя пальцами, выдавил на пальцы лекарство и, подняв взгляд, осёкся. Его глаза впились в мускулистую спину телохранителя, жадно рассматривая каждую клеточку, каждый миллиметр. Холодной рукой он дотронулся до пораженной кожи, ощущая насколько она горяча. Нежными и несмелыми массирующими движениями брюнет, словно боясь сделать что-то неправильно, наносил бесцветную слегка прохладную мазь. Чувствуя все прикосновения, спина Картера покрылась мурашками, и он вздрогнул всем телом.Одними подушечками пальцев, едва касаясь спины, Билл с замиранием сердца, забывая, как дышать, выполнял просьбу.       Когда тонкий слой медикамента покрывал сыпь на плече и спине, Каулитцу до боли захотелось обнять Тома. Прижаться к сильной спине прохладной щекой, поцеловав в шею. И он бы обнял, если бы пелену грёз не нарушил парень с косичками.       — Спасибо, Билл, — произнес он, поворачиваясь к его растерянному лицу.       «Угу» — всё, что брюнет выдавил в ответ. Каулитц и Картер пару секунд смотрели друг другу в глаза. За эти мгновения Билл успел упасть в черную пропасть и взлететь в пушистые облака; вспыхнуть ярким пламенем, как птица-феникс и тот час восстать из собственного пепла. Не выдержав, он первый отвел взгляд от карих, казалось, таких глубоких глаз.       Метнув в последний раз потерянный взгляд на Картера, он поспешил сбежать из комнаты как можно быстрее и запереться в своей. Только закрыв дверь, Билл съехал по ней.       «Что, чёрт возьми, происходит? — проносилось в голове. — Какого х.я так хотелось обнять его?! Билл, ты сходишь с ума! Я никогда не хотел сделать это настолько сильно. Его кожа… А глаза? Бл.дь, какие у него глаза! Сдохнуть можно, когда смотришь в них. Похоже, я пропал»…