В мире, где две луны

Лучник без единого крика падает на пол, а у Лунной Свет разрывается сердце. Тише… Черная мерзкая гадина стоит спиной, не видит. И не слышит как Лунный Свет тихо крадется по камням с ножом в руке. Один удар, один единственный, и она спасет своего Лучника. Винновил оборачивается, смотрит почти ласково, но ее черный взгляд обжигает, мысли болью отдаются в голове, и Лунный Свет падает на каменные ступени, роняя кинжал. — Посмотри на них, Тилдак, — говорит Винновил негромко. — Он и его спутница готовы разорвать нас на части! Лунный Свет дрожит от боли и ярости — о да, она может! Она готова убить и черную змею с ее лживым взглядом и лживыми речами, и уродливого Тилдака, похожего на пещерную летучую мышь! — Отпусти Лучника! Отпусти! ИЛИ Я УБЬЮ ТЕБЯ!!! — ее крик эхом отдается под каменными сводами. Лунный Свет чувствует, как внутри закипает древняя кровь — готовый броситься волк. — Думаешь, сможешь отнять мою жизнь — до того, как я отниму его? Винновил с усмешкой поворачивается к Лучнику, цепляющемуся за прутья своей клетки. Один взгляд — и он с криком падает на пол, и его боль отдается иглами в голове Лунной Свет. — Не надо! — просит она, чувствуя, как по щекам катятся слезы. — Пожалуйста, перестань! И черная змея, смилостивившись, отступает. Лунный Свет бросается к любимому, тянется через решетку, хватает за руки. Лучник, Лучник, драгоценный, спутник мой… Он сидит, опустив голову и одними только пальцами гладит ее ладонь. — Я с тобой, — шепчет она. Он чуть опускает плечи, и Лунный Свет чувствует в этом «Я знаю» и глубокую благодарность. Касается руки в ответ: «Мы все сможем вместе» Легкие шаги Винновил эхом отдаются под сводами. Тилдак не следует за ней, а, замерев, остается около каменной клетки. Лунной Свет все равно. Она все гладит и гладит сильные руки Лучника, его ловкие пальцы, так умело обращавшиеся со стрелами. Все будет хорошо. Пока они рядом — все хорошо.