Привет. Я - Гарри Снейп.

Зато весь следующий день Гарри было не до улыбок. Все не задалось с самого утра. Волшебный потолок в Большом зале был затянут скучными серыми облаками. Четыре обеденных стола, как полагается, уставлены мисками с овсяной кашей, тарелками с копченой селедкой, тостами, блюдами с яичницей и жареным беконом. Гарри, Драко и Рон сели за свой стол рядом с Гермионой, уткнувшейся в книжку.Она все еще сердилась на них из-за противозаконного перелета, судя по тому, как сухо поздоровалась с ними. Не успел Гарри приняться за кашу, как над головой зашумели крылья влетевших сов. Они кружили по залу, протяжно кричали, заглушая голоса мальчишек и девчонок, и роняли там и здесь письма и посылки. - О, нет!- сказал Рон, с ужасом посмотрев на красный конверт, который перед ним сбросила сова. Рон протянул к конверту дрожащую руку и распечатал. Блейз заткнул пальцами уши. «…украсть автомобиль, — гремело письмо. — Я не удивлюсь, если тебя исключат из школы. Погоди, я до тебя доберусь. Думаю, ты понимаешь, что мы пережили, не найдя машины на месте…» Миссис Уизли кричала в сто раз громче, чем обычно; ложки и тарелки подпрыгивали на столах от ее голоса, который еще усиливало эхо, отраженное каменными стенами. Сидевшие за столами вертелись на стульях, ища глазами несчастного, получившего это послание. Рон от стыда почти сполз со стула, так что был виден только его пунцовый лоб. А письмо продолжало: «…вечером… письмо от Дамблдора. Я думала, отец от огорчения умрет. Мы растили тебя совсем в других правилах. Вы ведь с Гарри и Драко могли погибнуть!» Письмо кончилось тем, что миссис Уизли пообещала забрать Рона домой, если такое ещё раз повторится. Красный конверт, выпавший из рук Рона, вспыхнул, и от него осталась горстка пепла. Гарри, Драко и Рон сидели, вытаращив глаза и отдуваясь, как будто их только что окатило волной прибоя. Многие смеялись, но скоро за столами опять возобновилась непринужденная болтовня. Гермиона захлопнула книгу и вперилась в Рона. — Не знаю, что ты ожидал, Рон. Но ты… — Не говори мне, что я это заслужил, — выпалил Рон. Гермиона не успела ответить. Вдоль стола шла профессор МакГонагалл и давала каждому в руки расписание. Гарри в своем листке прочитал, что у их класса два первых урока — травология вместе с пуффендуйцами. Гарри, Драко, Рон и Гермиона вышли из замка, миновали огороды и поспешили к теплицам, где росли волшебные цветы и травы. Громовещательное письмо сделало, по крайней мере, одно доброе дело: Гермиона сочла, что мальчики с лихвой наказаны, и стала опять, как всегда, милой и приветливой. Подойдя к оранжерее, они увидели у дверей весь их класс, дожидавшийся профессора Стебль. В ту же минуту появилась и сама профессор; вместе с Златопустом Локонсом они шли по газону со стороны Гремучей ивы. В руках у профессора Стебль были бинты и гипсовые повязки. Гарри перевел взгляд на иву, несколько ее ветвей украшали гипсовые лотки. И Гарри опять испытал угрызения совести. — Всем привет! — с сияющей улыбкой приветствовал Локонс учеников еще издали. — Я показывал профессору Стебль, как вылечить Гремучую иву! Но, пожалуйста, не подумайте, что профессор меньше меня разбирается в травологии! Просто мне доводилось иметь дело с экзотическими растениями во время моих странствий… — Дети, теплица номер три! — распорядилась профессор Стебль, явно расстроенная. В ней сегодня не было и следа обычного, живого и приветливого, расположения духа. Ребята довольно зашумели. В прошлом году они занимались только в теплице номер один. В теплице номер три растения были куда более интересные, даже опасные. Профессор вынула из-за пояса большой ключ и отперла дверь теплицы. Оттуда на Гарри повеяло теплом, запахом сырой земли, удобрений, тяжелым ароматом гигантских, размером с зонт, цветов, свешивающихся с потолка. Он шагнул было внутрь вслед за друзьями, но его остановила рука Локонса. — Гарри! Ты мне нужен на пару слов. Вы не возражаете, профессор, если Гарри опоздает минуты на три? Судя по недовольному лицу, Стебль возражала. — Вот и отлично, — заявил Локонс и захлопнул дверь перед носом профессора травологии. — Гарри! — воскликнул Локонс. — Гарри! Гарри! Гарри! — Локонс покачал головой, и на его крупных, ослепительно белых зубах ярко заиграли солнечные лучи. - Извините, профессор, но я не хочу опоздать на урок,- сказал Гарри и вошёл в теплицу, оставив Локонса в одиночестве. Профессор Стебль стояла у деревянной скамейки в центре теплицы, на которой лежали около двадцати пар наушников-заглушек. Подождав, пока Гарри займет свое место рядом с Гермионой, профессор начала урок. — Сегодня мы будем пересаживать мандрагоры, — сказала она. — Кто хочет рассказать о свойствах этого растения? Никто не удивился, что первыми подняли руки Гарри и Гермиона. - Гарри, пожалуйста,- кивнула профессор. — Мандрагора, или мандрагорум, — сильнодействующее средство для восстановления здоровья. Мандрагору используют, чтобы вернуть человеку, подвергшемуся заклятию, его изначальный облик. — Отлично. Десять баллов Слизерина, — сказала профессор Стебль. — Мандрагора является главной составляющей частью большинства противоядий. Но и сама мандрагора небезопасна. Кто может сказать почему? Опять взметнулась рука Гермионы, да так сильно, что Гарри пришлось пригнуть голову, чтобы не получить по носу. — Плач мандрагоры смертельно опасен для всех, кто его слышит, — без запинки ответила Гермиона. — Совершенно верно. Припишем еще десять баллов. Мандрагоры, которые сейчас перед вами, — рассада, совсем еще юная. Профессор указала на глубокие ящики, и весь класс подвинулся вперед, чтобы лучше рассмотреть. В ящиках росли рядами торчащие из земли пучки лилово-зеленых листьев — в каждом около ста маленьких мандрагор. — Возьмите наушники, — распорядилась профессор Стебль. Толкаясь, ребята бросились к скамье, никто не хотел весь урок сидеть в розовых из искусственного меха. — Когда я скажу: «Наденьте наушники», постарайтесь надеть так, чтобы абсолютно ничего не слышать. Когда можно будет наушники снять, я подниму вверх большой палец. Наденьте наушники! Гарри быстро надел пару наушников — тишина воцарилась полнейшая. Профессор Стебль надела розовые, засучила рукава мантии, крепко ухватила одно растеньице и с силой дернула. Из земли выскочил крошечный, испачканный землей, безобразный младенец. Листья росли у него прямо из макушки, кожа бледно-зеленая, вся испещренная разноцветными точками, и было очевидно, что он истошно орет. Профессор Стебль взяла из-под стола большой цветочный горшок и посадила мандрагору в темный влажный компост, оставив снаружи только пучок листьев. Затем она отряхнула от компоста руки, подняла вверх большой палец и сняла наушники. — Поскольку наши мандрагоры совсем еще маленькие, — пояснила она, — их плач не убивает. Но их вопли могут часа на четыре оглушить. Я уверена, что никому из вас не хочется пропустить первый День занятий, поэтому следите, чтобы наушники плотно закрывали уши. Когда урок окончится, я подам знак. С каждым ящиком будете работать впятером, компост вот здесь в мешках. И следите, чтобы жгучая антенница не коснулась щупальцами, она жжется,- говоря это, профессор довольно сильно шлепнула темно-красное колючее растение, тянувшее исподтишка к ее плечу длинный щуп, — щуп мгновенно убрался. К неразлучной четверке — Гарри, Рону, Драко и Гермионе — присоединился курчавый мальчик из колледжа Пуффендуй. Гарри его помнил, но они ни разу не разговаривали. — Джастин Финч-Флетчи, — представился он приветливо, тряся Гарри за руку. — Я вас, конечно, знаю. Ты - Гарри Снейп… Ты Гермиона Грейнджер, первая по всем предметам. — Джастин и ей пожал руку. Гермиона просияла. — Ты - Драко Малфой. А ты Рон Уизли. Это ведь твой был летучий фордик? Рон в ответ насупился. Громовещатель, как видно, еще не выветрился у него из памяти. Все пятеро стали набивать цветочные горшки компостом, приготовленным из драконьего навоза. — А Локонс силен! — сияя, продолжал Джастин. — Храбрый, как лев. Вы читали его книги? Я бы со страха умер, если бы на меня напал в телефонной будке вампир. А он хоть бы хны! Сразился и победил. Фантастика! Родители записали меня в Итон, но я так счастлив, что учусь именно здесь. Конечно, моя мама была немножко расстроена, но я дал ей почитать книги Локонса, и она поняла, как прекрасно иметь в семье волшебника, тем более хорошо образованного… Джастин замолчал, и разговор больше не возобновился. Наушники были надеты, и ребята начали пересаживать мандрагоры. Профессор Стебль легко справилась с первым саженцем, на то она и была профессор травологии. Дело, однако, оказалось не такое простое. Мандрагоры не желали расставаться с насиженным местом и переезжать в отдельный горшок, они корчились, брыкались, молотили острыми крепкими кулачками, скрежетали зубами. Гарри минут десять запихивал в горшок одну особенно толстенькую мандрагору. К концу урока он, как и все, был весь в поту, выпачкан землей, с непривычки болели руки. Грязные, усталые, ребята дотащились до замка, приняли душ, и слизеринцы отправились на урок трансфигурации. На уроках профессора МакГонагалл и всегда было трудно, но сегодня особенно. Задание состояло в том, чтобы превратить навозного жука в большую пуговицу. Гарри всё-таки смог превратить несколько несчастных жуков, но вот как раз именно жуки волновали его меньше всего У Драко, как он ни старался, ничего не получилось: весь урок он тренировал жука убегать от волшебной палочки. У Рона дело обстояло еще хуже. Перед уроками он взял у кого-то кусок магической клейкой ленты и замотал ею волшебную палочку. Но палочка, по-видимому, совсем испортилась. Она то и дело потрескивала и искрила, а когда Рон пытался все же превратить жука, он испускал густой дым, вонючий, как тухлое яйцо. В дыму ничего не было видно, и Рон случайно раздавил локтем жука, пришлось просить нового. Что, естественно, огорчило профессора МакГонагалл. Мальчики с облегчением вздохнули, услыхав звонок с урока. Все выбежали из класса, кроме Рона и Драко. Рон принялся дубасить волшебной палочкой по столу, гневно приговаривая: — Глупая, бесполезная идиотка! — Напиши домой, — посоветовал ему Драко в ответ на сноп искр, вырвавшийся из несчастной палочки. — Пусть пришлют тебе новую. — И получу еще один Громовещатель, — тяжело вздохнул Рон, заталкивая в сумку палочку Пошли в столовую обедать. Гермиона показала им целую горсть превосходных пуговиц для пальто, которые получила на уроке трансфигурации, отчего Рону легче не стало. — Что у нас во второй половине дня? — спросил Драко. — Защита от темных искусств, — тотчас отрапортовала Гермиона. После обеда все трое вышли во двор, небо было затянуто хмурыми тучами. Гермиона села на каменные ступеньки и опять уткнулась в свои «Встречи с вампирами». Гарри с Роном и Драко стояли рядом, беседуя о квидциче. Вдруг Гарри почувствовал на себе чей-то пристальный взгляд. Подняв глаза, он увидел мальчика с волосами мышиного цвета. Мальчик смотрел на Гарри, вытаращив глаза, как будто заворожённый. В руке он сжимал обыкновенную на вид магловскую фотокамеру. Поймав взгляд Гарри, он покраснел как рак. — Не сердись, Гарри. Я Колин Криви, — произнес он на одном дыхании, нерешительно шагнув вперед. — Я гриффиндорец. Как ты думаешь… как ты посмотришь на то… если я сделаю снимок? — поднял он камеру. - Зачем тебе? - Ну... ты самый лучший ученик в школе...И самый молодой игрок в квиддич за последние сто лет...- заборомотал мальчик. - Гриффиндорец, который хочет сфотографировать слизеринца. Сына профессора Снейпа. Первый раз такое вижу. А ты, Драко? - Я тоже. - Просто... ты самый лучший ученик в школе... - снова забормотал мальчик. - Только вместе с друзьями. - Спасибо! Я так рад! А ты мог бы подписать фото? - Подписать фото? Ты, Снейп, раздаешь свои фотографии с автографом? Громкий насмешливый голос Дадли Дурсля гулко разнесся по двору. Он остановился позади Колина. - Спешите занять очередь! — надрывал глотку Дурсль, обращаясь к ученикам, наполнившим двор. — Гарри Снейп раздает автографы! - Ничего я не раздаю, — стиснув кулаки, сказал Гарри. — Замолчи, Дурсль. - Заткнись, Снейп! Твой папаша - сальноволосый идиот. - Мой отец преподает у тебя Зельеварение! - Мне всё равно! - А твой папаша - жирный морж! - Тебе просто завидно, - выпалил Рон. - Мне? Завидно? — Дадли больше не кричал, его и так слушала уже половина двора. — А чему завидовать? Чтобы и у меня папаша был сальноволосым идиотом? - Подавись слизняками, Дурсль! — взорвался Рон, взмахнул палочкой, но Гермиона, захлопнув книжку, шепнула ему: - Перестань! - и взглядом указала на приближающегося Златопуста Локонса. - Что, что тут происходит? - Златопуст летел, точно синяя птица; бирюзовая мантия развевалась за спиной, как сохнущее на ветру бельё. - Кто тут раздаёт фотографии с автографом? - Никто не раздает автографы, профессор. Просто я поспорил, что Вы дадите мне автограф. Мне так нравятся ваши подвиги,- соврал Гарри, честно смотря Локонса прямо в глаза. - Конечно я вам дам свой автограф, мистер Снейп. А теперь все быстро на урок! Гарри устроился на последнем ряду и, сев за стол, водрузил перед собой стопку из всех семи книг Златопуста Локонса — спрятался за ними от автора. Тут же в кабинет вошли, громко переговариваясь, и остальные ученики. Рон с Гермионой и Драко поспешили к Гарри и сели рядом. - Ты бы видел, какое лицо было у Дурсля... - зажмурилась Гермиона. - А откуда ты знаешь его отца? - Он сын сестры моей мамы. - Но в волшебном мире нет семьи по фамилии Дурсль, - нахмурился Драко. - Он маглорожденный. - Подожди... Твоя мама тоже маглорожденная? - Да. А ещё она училась на Гриффиндоре. - Да ты что? Никогда бы не подумал. — Моли Бога, чтобы Колин и Джинни не познакомились, а то, глядишь, создадут клуб фанатов Гарри Снейпа,- сказал Рон. — Тише ты! — Гарри толкнул Рона локтем. Не хватало еще, чтобы Локонм услышал последние слова Рона. Когда все расселись по местам, Локонс громко прокашлялся, и в классе стало тихо. Он протянул руку, взял «Тропою троллей» — экземпляр, принадлежащий Блейзу Забинни — и поднял его, демонстрируя собственный подмигивающий портрет на обложке. - Это я, — сказал он и тоже подмигнул. - Подождите,- шепнул Гарри своим друзьям, - сейчас будет весело. - Что ты собираешься сделать? - Подшутить над ним. Смотрите: Агуаменти! -...от ирландского привидения, возвещающего смерть, отнюдь не улыбкой. Едва Локонс это сказал, полилась вода. - Не люблю, когда на каждом шагу твердят о своих подвигах, - прошептал Гарри, пока Златопуст пытался убежать от струи воды. Это продолжалось минут десять, пока Гарри не опустил палочку. - Кто это сделал?! - вскричал мокрый профессор. - Не отвечаете? Хорошо... ждите меня здесь я схожу за... за... за клеткой. Едва Локонс вышел, в классе поднялся шум. - Кто это сделал? - Почему он не снял заклятие? - Эй, Гарри, это был ты? - С чего ты взял? - Не знаю. Просто спросил... Через пять минут профессор вернулся - сухой и с клеткой. - Я вижу, вы все купили полный комплект моих книг. - Конечно, ведь они были в списке, - фыркнул Драко. - Не перебивайте, митер Малфой. Пожалуй, начнём урок с проверочной работы. Не пугайтесь! Я только хочу проверить, как внимательно вы их прочитали и что из них усвоили… - Мой отец узнает об этом! - гневно воскликнул Драко. - Помолчите, мистер Малфой! Вручив каждому листки с вопросами, Златопуст вернулся к столу. — Даю вам полчаса, — сказал он. — Начинайте. Гарри прочитал: 1. Какой любимый цвет Златопуста Локонса? 2. Какова тайная честолюбивая мечта Златопуста Локонса? 3. Каково, по вашему мнению, на сегодняшний день самое грандиозное достижение Златопуста Локонса? И так далее и тому подобное. Последний, пятьдесят четвёртый вопрос звучал так: 54. Когда день рождения Златопуста Локонса и каков, по вашему мнению, идеальный для него подарок? Как только мальчик дочитал, к нему на парту приземлилась записка, в которой он прочитал: Гарри! Это просто ужас! Сделай что-нибудь! Я не читал его книги. Как мне отвечать на вопросы? Драко Спиши у Гермионы, вы же с ней вместе сидите Гарри Она не даёт! Драко Гермиона, выручай! Гарри Что случилось? Гермиона Дай Драко списать ответы. Не все, хотя бы половину. С меня шоколадка Гарри И дашь полетать на своей метле? Гермиона Да, дам. И шоколадку Гарри Хорошо, договорились. Дам списать половину. Гермиона Спасибо, Гарри! Что я могу для тебя сделать? Драко Дай шоколадку Гарри Хорошо, в обед отдам. И ещё раз спасибо! Драко Спустя полчаса Локоне собрал работы и быстренько просмотрел их. — Ай-яй-яй! — покачал он головой укоризненно. — Почти никто из вас не помнит, что мой любимый цвет сиреневый. Я об этом пишу в книге «Йоркширские йети». А кое-кому не мешало бы повнимательнее читать «Встречи с вампирами». В главе двенадцатой я черным по белому пишу, что идеальный подарок для меня в день рождения — благорасположение между всеми людьми, магами и немагами. Но, разумеется, я не отказался бы и от бутылки доброго огненного виски Огдена! И Локонс еще раз проказливо подмигнул. Рон уставился на Локонса недоуменным взглядом. Сидевшие впереди Блейз Цабинни и Теодор Нотт еле сдерживались, чтобы не засмеяться, что, надо сказать, им пока удавалось. Гермиона же, наоборот, вся обратилась в слух. Вернуло ее к действительности только произнесенное на весь класс ее имя. — А вот мисс Гермиона Грейнджер знает мою честолюбивую мечту. Да, я хочу избавить мир от зла и наводнить рынок составами для сохранения шевелюры моего собственного изобретения. Умница девочка! — Он еще раз перелистал ее работу. — Она заслуживает самой высокой оценки. Где мисс Гермиона Грейнджер? Гермиона подняла дрожащую руку. — Отлично! — излучал восторг Локонс. — Отлично с плюсом! Десять баллов Слизерину. А теперь перейдём к делу. Локонс нагнулся за своим столом и поднял с полу большую, завешенную тканью клетку. — Сегодня я вас научу, как обуздывать самые мерзкие создания, существующие в мире магов и волшебников. Предупреждаю: вы будете лицезреть в этой комнате нечто действительно ужасное. Но не бойтесь, пока я рядом, ничего плохого с вами не случится. - Ага, конечно,- буркнул Гарри.- Спорим, что он при малейшей опасности сразу же сбежит? - Единственное, что я прошу — сохраняйте спокойствие. Локонс опустил руку на ткань, закрывающую клетку. — Ведите себя тише, — понизив голос, погрозил пальцем Златопуст. — Они могут перевозбудиться. - Весь класс затаил дыхание, Локонс сдернул ткань. — Да, это они, — драматически произнёс он. — Только что пойманные корнуэльские пикси. Блейз не сдержался и так явно хихикнул, что даже Локонс не принял его смешок за вопль ужаса. — Что такое? — расплылся он в улыбке. — Но… но ведь они совсем… неопасные, — выговорил сквозь смех Блейз. — Не скажите. — Локонс покачал головой. — Их забавы могут быть чертовски неприятны,- с этими словами Локонс протянул руку, чтобы открыть клетку. - Нет, профессор!- воскликнул Гарри.- Их нельзя выпускать в помещении! Они же разрушат здесь всё! Вы что, не знаете?! - Я?- растерялся Локонс.- Знаю, конечно. Но я просто хочу, чтобы вы научились бороться с ними. - С ними не придётся бороться, если не выпускать из в помещении!- настаивал на своём Гарри.- А бороться с ними можно, например, заклинанием "Имобилюс". - Ну вот сейчас вам и представится случай применить свои знания на практике,- Локонс опять протянул руку к клетке. - Но они же разрушат здесь всё!- Гарри прервал колокол. Все стали собираться и выходить из класса. Гарри поспешил уйти как можно быстрее, ему не хотелось, чтобы Локонс опять отозвал его в сторону и начал рассказывать о том, что он, Гарри, ещё обязательно прославится, а пока надо быть немного поскромнее.