Тот, кто с тобою рядом...

Гроттер ошарашено подумала, что могилой эту комнату трудно назвать. Или же у черно-белого волхва было явно неправильное представление о могилах. Они находились в большой квадратной комнате, явно увеличенной пятым измерением. Стены были однотонные, грубо оштукатуренные. Вдоль двух стен стояли широкие каменные скамьи, а в центре помещения находилась тумбочка из куска зеленого змеевика. На ней стояла небольшая урна из белого тусклого металла, украшенная вязью тех же самых рун, что они видели на надгробье. В стене, находящейся за тумбочкой, зияло широкое отверстие, достаточно большое для того, чтобы туда свободно мог протиснуться взрослый человек. Но, что находится там, в этом проходе, не было видно. В стене зияла просто черная дыра, откуда и доносилось едва ощущаемое сейчас дуновение воздуха. - Ничего себе, последнее прибежище волхва, - Таня была крайне удивлена обширностью помещения. – Такая небольшая урна с прахом и такое огромное помещение. И зачем оно вообще нужно? Или Мировуд принимал здесь гостей? - Думаю, что это помещение было отстроено задолго до смерти хозяина могилы, - Глеб осторожно сел на скамью, не выпуская Таню из кольца своих рук. Она устала и очень хотела спать, но ей не хотелось, чтобы Глеб уходил. В конце концов, она по нему так соскучилась, что может позволить себе такую вольность. А ворчать и отбегать от него на нужное в приличном обществе расстояние она может и завтра. По крайней мере, его руки заняты тем, что держат её и не пытаются ползать, куда не надо… а жаль! Таня испугалась своих мыслей, но тут же улыбнулась, стараясь, чтобы Глеб этого не заметил. Она любит его, а остальное… там видно будет! Девушка обняла некромага за шею, уютно пристроившись головой у него на плече. Сколько они так просидели – Таня не знала, потому что бессовестно заснула прямо на руках у некромага. А он, опершись спиной о прохладную стену, не отрывая взгляда от любимого лица, думал, какое это счастье – смотреть на Таню, когда она спит в его объятьях. Но, вскоре, сон сморил и его… ..Таня резко проснулась оттого, что у неё затекла рука, которой она обнимала Бейбарсова за шею. Глеб, почувствовав, как она зашевелилась, тоже открыл глаза. - Что случилось, малышка? – голос Бейбарсова был слегка хриплым со сна, но полон тревоги. - Все в порядке, - Таня вздохнула, с сожалением убирая руку с шеи Бейбарсова. – Просто рука затекла. Так что, представляю, что творится с твоей спиной! - Кроме того, что моя спина, а также все остальные части тела наслаждаются тем, что меня обнимает самая прекрасная девушка в мире, с ней больше ничего такого не происходит! – некромаг ухмыльнулся, в очередной раз, вгоняя Гроттер в краску. - Нет, ты безнадежен! – вздохнула Таня, улыбаясь. – Отпусти меня, а то все-таки тебе неудобно, да и я хочу размяться! Глеб с сожалением выпустил Таню из рук. Гроттер слезла с коленей некромага и потянулась, не замечая, как смотрит на неё Бейбарсов. Впрочем, он быстро отвел взгляд, попытавшись успокоится. Ну, что это за наказание! Разве она не понимает, что он сходит с ума, когда она рядом? Но тут Глеб снова вспомнил, что они – беглые преступники, что Таня, ради него обрекла себя на очень опасную судьбу. Он должен найти выход, должен! Таня, тем временем, прошлась по комнате, не приближаясь, впрочем, слишком близко к проходу в стене. - Глеб! Посмотри, здесь на стене какие-то знаки! – Таня приблизилась к стене, перпендикулярной той, в которой находилась дыра. Некромаг, удивленный её словами, тотчас же подошел, вглядываясь туда, где держала руку Таня. На стене, на уровне глаз, сгладившиеся от времени, но вполне различимые, были высечены древние руны. Таня вглядывалась в три знака, высеченных в каменной стене. Она вспоминала, что означают эти руны. Первая… ну, эту руну она помнила прекрасно, еще с того времени, когда писала Поклепу доклад о Мировом Древе. Это и была руна Мир, обозначающая Мировое Древо, символ силы, приводящий мир к порядку, через покровительство богов и их защиту. Вторая руна… что же она значит? - Глеб, ты не помнишь, что означает этот знак? – Таня показала на символ рядом. - Судя по виду – нечто совершенно противоположное первому, - улыбнулся некромаг. – Но, насколько я помню, это руна называется Чернобог. А означает Хаос и разрушение старого, отжившего. Но для мага это прорыв любой замкнутой системы и познание нового, неведомого, так что, это просто противоположность гармонии первой руны. - Точно, вспомнила, - Таня обрадовалась, что учеба, все же, дает свои плоды. Причем, хорошо, что тогда, когда это нужно! - А третья… - Таня задумалась, глядя на третий знак. Этот значок был очень похож на Краду, который она видела в книге, притащенной магией старого Фео, только руна была опущена вниз и повернута в противоположную сторону. Ну, что же она означает? Глеб, который уже вспомнил значение третьей руны, с улыбкой смотрел на любимую девушку, которая так очаровательно закусила губу, что Бейбарсов едва сдерживался, чтобы не поцеловать эти упрямо сжатые розовые лепестки. - Что-то… что-то такое глобальное, важная руна, - размышляла Таня. – Кажется… вспомнила! Алатырь! Глеб кивнул: - Точно! Да, приятно находиться в компании с образованной девушкой! Таня со смехом легко ударила его по плечу: - Учись, пока я рядом! Это тебе не твоя алтайская глушь и доморощенная лесная ведьма! Впрочем, тебя неплохо обучили работе с костями и прочими малоаппетитными предметами некрокульта! Глеб готов был вечно смотреть на неё и слушать этот голос и смех. Она его не боится, верит ему и спасла его чуть ли не ценой своей жизни и души! - Руна начала и конца всего сущего, - размышляла, тем временем, Таня, снова посерьезнев. – Камень, лежащий в основании мироздания и держащий равновесие между Хаосом и Миром, да? - Верно! То есть, если я не ошибаюсь, получается, что здесь изображена связь Хаоса и Гармонии, которых удерживает магический алтарь равновесия, не давая возобладать одному над другим. Да, Мировуд любил головоломки, бедный его ученик! Но вот зачем он высек их здесь, в гробнице? Их же может увидеть только тот, кто знает об этом месте! А я не думаю, что наплыв посетителей за последние лет двести имел место! Таня задумалась, непроизвольно дотронувшись до значков на стене. Но, поднеся к ним руку, она ощутила едва исходящее от высеченных в стене знаков, тепло. - Они теплые, Глеб, потрогай! – удивленно прошептала девушка. Глеб, поднеся руку к знакам, несколько мгновений прислушивался к своим ощущениям. - Чувствуешь? – Таня с волнением смотрела на некромага. - Чувствую, - утвердительно кивнул Глеб. – Вот только совсем не тепло, а совершенно наоборот! От них веет холодом! Таня неверяще дотронулась до пальцев Бейбарсова: они были холодны, как лед. - Но почему так, Глеб? – некромаг едва удержался, чтобы не прижаться губами к её зеленым глазам, в которых плескалось изумление. – Разве так может быть? Я чувствую тепло, а ты – холод? - Вспомни о хозяине этого места, - Глеб наклонился почти вплотную к стене, чтобы лучше разглядеть руны, почти не видимые в тусклом свете осветительного шарика. – Магия волхвов, тем более, тех, кто практикует всеначалие, реагирует на внутреннюю суть мага. Ты – свет, твоя магия питается энергией солнца, жизни, радости. Для тебя эти руны наполнены светлой магией. Я же – некромаг, магия смерти – моя стихия. И энергию я беру у луны, смерти, покоя… И мне они открываются с темной стороны. - Да, интересно было бы пообщаться с тем, кто практикует такое, - озвучила Таня свою недавнюю мысль, вспомнив об ученике Мировуда. - Хотелось бы посмотреть, как оба эти начала уживаются в маге. - В волхве, - поправил её Бейбарсов. – Но, думаю, если и остался кто-то, практикующий всеначалие, то этот человек не очень-то счастлив. Слишком сильные его раздирают противоречия, то бросая к свету, то погружая во мрак. И так будет до конца его жизни, если ему, конечно, не повезет так, как мне, - Бейбарсов поймал Танины пальчики, задумчиво обводившие руны и поцеловал. - В каком смысле? – покраснела Таня, не отнимая, впрочем, руки. - В прямом, Таня! – Глеб смотрел прямо в её глаза. – Если он не полюбит, так, как полюбил тебя я! Только любовь, взаимная, конечно, способна дать такому человеку гармонию, перестав безжалостно швырять от света к тьме! Мне просто волшебно повезло! Я люблю самую лучшую девушку в мире, и я счастлив! А мое счастье и любовь не позволят темной стороне моей души одержать верх. Пока ты рядом – я отражаю твой свет, малышка! Таня во все глаза смотрела на некромага, чьи глаза, обычно матовые, без блеска, сейчас сияли мягким, совершенно незнакомым светом. Он любит её! Он стремится к свету при помощи этой любви. Мысль наполнила её ликованием. Одновременно, Таня и Глеб потянулись друг к другу, Таня – робко, Глеб – нетерпеливо, едва сдерживаясь. Бейбарсов мягко и властно накрыл её губы своими, молясь всем волхвам и богам, чтобы она не испугалась и не оттолкнула его. Но Таня и не думала противиться, она сама этого хотела и так ждала! Девушка и некромаг, ни о чем не думая, слились в поцелуе. И, погрузившись в светлое чувство взаимной любви и страсти, не сразу заметили, как три руны на стене вдруг вспыхнули ярким зеленоватым огнем.