Уж замуж невтерпёж

      В этот раз она не мешкала ни секунды. Только подошла к порогу – тут же постучала, а, немного погодя, открыла дверь, которая оказалась незаперта, и вошла внутрь.       Блейза в комнате не оказалось. Как и его соседей.       Судя по тому, что две соседние кровати были заправлены идеально ровно, приятели Забини в Хогвартс решили в этом году не являться. Значит, Блейз жил один. Какое раздолье.       Панси прошлась вдоль длинного шкафа, подошла к небольшому письменному столу – одному на все помещение. На нем – творческий беспорядок, иными словами, бардак. Куча сваленных кое-как пергаментов, использованные перья, пара пустых чернильниц. Какие-то книжки, журналы, конверты...       Конверты?       Девушка взяла в руки один из них. Судя по всему, письмо из дома. Здорово помятый, видно, его отправляли единой службой совиной почты, а не личной совой. Аккуратный женский почерк, минимум всяких закорючек и завитушек, но выглядит элегантно. Панси мельком пробежалась по содержанию письма, особо не вчитываясь. Потом взяла следующий конверт.       «Дорогой Блейз...»       «Сегодня ко мне приходили волшебники из какой-то частной конторы... Угрожали...»       «Я хотела подарить что-нибудь более дорогое, но денег не хватило...»       «Они требуют баснословную сумму денег за свёртывание процесса...»       «Это вымогательство...»       — Тебе никто не говорил, — вкрадчиво поинтересовался голос над ухом, — что читать чужие письма – неприлично?       Панси как ни в чем ни бывало свернула пергамент и положила его на место.       — Ты не рассказывал, что у тебя в семье проблемы с финансами, — вместо ответа сказала она.       Блейз на данное замечание лишь хмыкнул.       — А должен был?       — Делая такое нескромное предложение, да, должен.       Повисла неловкая пауза. Каждый задумался о своём. Панси размышляла, на кой черт она тут вообще тратит своё бесценное время, а Блейз силился понять, почему же именно Паркинсон. Почему не Гринграсс? Почему не Дэвис?       — Да, юный сыщик, — Забини глубоко вздохнул и морально приготовился к звуку захлопнувшейся двери. — Финансы моей семьи в плачевном состоянии. Точнее, они были бы в нормальном состоянии, если бы не одно обстоятельство. Однако из этого дерьма просто так не выберешься. Так что предлагаю тебе сейчас развернуться на сто восемьдесят градусов и ножками потопать в сторону двери и закрыть ее снаружи.       Но в ответ никакой реакции не последовало. Панси взяла и открыла следующий конверт.       «Завели дело... Подозрение в отравлении...»       «Серия убийств...»       «Все жертвы – мужчины с достатком...»       «Нужно продать дом...»       — То ваше красивое поместье? Продать?       Блейз медленно кивнул, неуверенный, что на него кто-то в этот момент смотрит.       — Это наш единственный дом.       — И сколько они просят?       — Точную сумму не знаю. Но нужно ещё расчитывать на то, что они попросят больше.       — Кто – они?       — Родня умершего мужа мамы.       Панси вздохнула.       — Это же шантаж. Подайте на них в суд.       — Их показаниями заинтересовалось Министерство. Эти ублюдки каким-то образом пытаются приплести мать к Пожирателям.       — Что за чепуха? Волан-де-Морт грязнокровок травил, а не престарелых мужиков с пухлыми животами и кошельками.       — Моя мать никого не травила.       И снова пауза. Панси поняла, что снова сморозила глупость.       — Прости. И ты собираешься выгодно жениться, чтобы покрыть все расходы?       — Точно. Что в этом удивительного?       — Блейз! Это на всю жизнь! А ты сделаешь это ради какой-то разовой акции.       — Многие так делают. Да и не собирался я следовать этим установкам о нерушимости брачного союза. Бред это все.       — Скажи это своей будущей невесте. — Говорю одной из       кандидаток.       Панси вспыхнула. И откуда в нем столько наглости? Не ей это говорить, конечно, но...       — У меня есть идея получше.       Блейз заинтересованно склонил голову набок. Хотя заинтересованность была скорее показная, а на деле он не ожидал услышать что-то умное. Это же Паркинсон.       — При заключении помолвки платится выкуп. Ну, то есть, своеобразная гарантия нерушимости помолвки. Со стороны невесты. В случае, если помолвка расторгается, сумма остаётся у жениха.       Блейз насмешливо посмотрел на девушку и цокнул языком.       — В моем предложении хотя бы есть логика. В твоём я оной что-то не наблюдаю.       — Что ты имеешь в виду?       — Я предлагал взаимную выгоду. Дама обрела бы вполне себе чистокровного кавалера, а кавалер избавился бы от долгов. Ты же с таким же успехом могла оставить у меня деньги под дверью и свалить, не подписавшись.       — И это было бы моим решением.       Нет, Забини абсолютно точно ее не понимал. С чего такая щедрость? Да, они упражнялись друг на друге в острословии, но это не сделало их очень близкими людьми. Да и Паркинсон мало походила на мать Терезу. По крайней мере, та Паркинсон, которую Блейз наблюдал в Хогвартсе изо дня в день.       — Панси, иди проспись, — парень устало плюхнулся на кровать. — Ты свихнулась после расторжения помолвки с Малфоем. Отдохни пару неделек, а там уж поговорим.       На такое можно было бы и обидеться, не заметь она две вещи.       Первая. Он назвал ее Панси. Просто, так по-свойски, как не делал никогда. Ну, или пару раз в далёком детстве.       Вторая. Блейз выглядел действительно уставшим. Пропал у него из голоса весь этот цинизм и сарказм, с которым слизеринец, наверно, даже во сне не расставался.       — Подумай хорошенько, — Панси улыбнулась, направляясь к выходу. — Если что надумаешь – стучи. Мои двери открыты.